Серые и мрачные городские улицы, привычно малолюдный КПП-3, через который только на Ферму и ездят, больше в том направлении от города никто не живет. Легально, по крайней мере, потому как прошли слухи о том, что где-то в том направлении устроила себе базу какая-то довольно крупная банда. Но на этой дроге они не безобразничали, тут или колонны идут, или просто смысла нет возиться, тут товар не возят, так что мы никого и не опасались. Ну и на самый крайний случай оставался карабин СКС, который я поставил между колен и придерживал за цевье, и федькин автомат лежал в креплении на потолке.
Пейзаж за воротами сменился сначала полной разрухой, но затем пошел лес, хвойный и поэтому зеленый, даже глаз радующий после обшарпанного Углегорска, который только депрессии вызывать способен. Дорога совсем раскисла под бесконечными дождями, но большой «Блиц» этот факт игнорировал и месил колесами мокрый песок вперемешку с грязью. Федька насвистывал, крутил руль и заодно покуривал в приоткрытое окно, заставляя меня время от времени отгонять дым от лица и сожалеть о том, что мы едем не в моем «тазике», в который бы задувало под тент сбоку и где курить бы у Федьки точно не вышло.
Докурив, Федька выбросил длинный папиросный окурок в окно и повернулся ко мне:
– Иван тебе все же рассказал вчера что-то?
– Вот именно, что… «что-то», – усмехнулся я. – Вроде бы мы вот что добыли…
В двух словах пересказал Федьке рассказ Ивана, который тоже излишней пространностью не отличался. Мой спутник задумался, потом спросил:
– А нам это что дает?
– Нам? – немного удивился я вопросу. – Пока ничего, кроме факта, что в этом «слое» какие-то дырки образуются. И кто-то пытается научиться ими управлять. Больше ничего пока… Да, кстати, забыл совсем!
Я рассказал Федьке про свою вчерашнюю встречу с Мамедом на рынке, заставив задуматься еще глубже. Обычно вполне решительный, сейчас он озадачился.
– Это что, Пашка получается?
– Почему именно Пашка? – переспросил я.
– Ну а кто? – посмотрел он на меня удивленно. – Если с Власовым, то, скорее всего, из нашей группы. Если худой и длинный, то Пашка. А он сам говорил, помнишь, что на реке работал? Его еще мартыхай укусил и без него ушли. А потом он… ну блин, точно же, так и получается!
Федька даже по рулю кулаком стукнул.
Все верно, так и получается. Нельзя сказать, что я до этого не додумался, но больно упоминание о всяких темных делах с Пашей не вязалось. Это скорее про нас с Федькой подумать можно было, мы тут шустрим да халтурим, за длинным рублем гоняемся, все обмануть местную систему норовим, а Паша если и подрабатывает, так на службе сверхурочными и инструкторством. Не похож он на «пособника», ну просто никак. Хотя… про «темные дела» нам Сергей сказал, а он и сам персонаж крученный до нельзя, так что никаких гарантий насчет того, что он нам выдал версию правдивую, дать нельзя. Мог и просто дежурную, специально для лохов приготовленную, огласить. И все же…
– Федь, но Пашке пока по-любому ничего говорить не будем, – сказал я.
– А чего это? – немного насторожился он.
– А так… мало ли что там на самом деле, – пожал я плечами. – Посмотрим что дальше будет. Интуиция, считай. Надо только с Сергея твоего побольше информации получить.
– Ну… как скажешь, – чуток подумав, согласился Федька. – По большому счету он мне все же не друг, а скорей приятель. Будем посмотреть. И с Серегой поговорим, предъявим типа, во что это он нас втягивает. Может и проговорится. Хотя вряд ли, – закончил он с большим сомнением в голосе. – Не тот человек.
До Фермы ехали уже молча, оба задумались. Даже Федька призадумался и молчал, хотя молчать он не слишком приспособлен. Вскоре показались обшарпанные кирпичные стены вокруг старого депо, крашенные в бурый суриковый цвет стальные ворота, за ними закрытая со всех сторон вышка с караульным, выглядывающим в узкие окошки-бойницы. Ворота открылись, нас пропустили в так называемый «накопитель», выполнявший роль шлюза, где в очередной раз документы проверили и в глаза посветили, во избежание неприятных сюрпризов. Ну, без этого здесь никак, можем ведь и «переродиться» невзначай, как тот мужик в бане. Сидим с Настей в парилке, дверь хлоп – и сразу пальба, насилу отбились. Тоже ведь был человек как человек, а встретился с «призраком», хлебнул Тьмы – и на тебе, получи, фашист, гранату.
Двор депо был просторен. Нашлось место для здоровенного кирпичного сооружения, в котором раньше коротали время паровозы, а теперь обосновался так называемый «виварий». Рельсов не было, их давно на металлургический увезли, в переплавку, но шпалы местами еще лежали. Несколько пакгаузов, гараж и немалого размера административное здание, где мы и квартировали, занимая втроем крошечный кабинетик в самом дальнем углу.
Место для моего «тазика» уже никто не занимал, привыкли, что он в самом конце ряда машин стоит, но «Блиц» туда не влез, великоват. Пришлось Федьке приткнуть грузовик впритирку к забору, так, что я вынужден был выбираться наружу через водительскую дверцу.
Иван был уже на месте, в нашем общем «кабинете», как раз прилаживал самодельный кипятильник к стеклянной банке. Рядом на тумбочке стояли три кружки, пакетик чая и на развернутом кульке возвышалась горка пряников.
– Здоров, Вань, – поприветствовал я приятеля и начальника, попутно вешая на стенку свой карабин, а потом пристраивая туда же штормовку, сегодня на удивление не промокшую, машина у Федьки не протекала.
– Ой Ваня, вы нам чаю? – с ходу глумливо восхитился Федька.
– Куда вам, дуракам, чай пить? – притворно вздохнул Иван. – Садитесь, что ли.
– Да мы-то сядем, – заявил Федька, плюхнувшись на громко скрипнувший стул. – Ты насчет машины новой не врал?
– Не врал, не врал, – покачал косматой головой Иван, наблюдая за процессом закипания воды. – Машину дали и Милославский затребовал еще одну «жужу» построить или что-то вроде. Вот так.
– А просто машина нам на фига? – немного удивился я.
– Не хочешь?– в свою очередь удивился Иван. – Тогда на своей катайся. А вообще броня нам пока не сильно нужна, к самой Тьме лезть не придется. Ну, по ближайшим планам, пока «жужу» не построят.
– И что за машина? – оживился Федька.
– Да что-то ленд-лизовское, пойдем да посмотрим.
– А кто нам мешает? – сказал Федька. – Чай только допьем.
Машина оказалась в общем-то знакомой – канадский полноприводный «шевроле» вроде того, что катался в «Горсвете», почти что бескапотный, и стекла у него еще вперед наклонены немного. Чем-то еще на ГАЗ-66 похож, только поменьше заметно, полуторка. И еще тот грузовиком был, а этот вроде микроавтобуса, с одним большим салоном, куда вся наша компания запросто влезет с любым багажом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
