Ли Кидон поднес руки к лицу, изображая лошадиные шоры. Он внимательно смотрел на Кан Чхиу. Писатель должен был оценить его рассказ по достоинству. Кан Чхиу сунул руку в карман, но затем снова вытащил и захлопал в ладоши.
– Это все? Молодец. Аплодирую стоя.
– А к-как же оплата?
– То, что ты мне тут вещал, это не история, а так, информация. В истории должен быть герой, злодеи, проблема, какая-то динамика. Я думал, ты мне содержание диссертации пересказываешь. Чуть не уснул.
– Р-разве информация ничего не стоит?
– Не по моим стандартам. Я же не нон-фикшен пишу, а художественную литературу. Поэтому я готов платить за историю, но не за информацию.
– Если так, то д-даже когда у меня появится действительно стоящая информация, я вам не скажу.
– Ты что, угрожаешь мне?
– Нет, не угрожаю. Просто предупреждаю на будущее.
– Будущее… Почему-то это слово кажется мне таким странным. Вспомни, что я говорил, когда поручал тебе это задание. Как следует выполнишь работу – сможешь многого добиться. Посмотрим, чего ты стоишь.
Кан Чхиу вышел, напоследок хлопнув стирателя по плечу. Он направился к лестнице. На холоде у него сразу же покраснел кончик носа. То, о чем рассказывал Ли Кидон, было ему в общих чертах известно. Он впервые слышал словосочетание «Пиктус Лэер», но вот о том, что такое «лэер», или «слой», Кан Чхиу знал уже давно. Вдруг на ум пришла утренняя строчка из книги: «Я надеюсь. Мы его похоронили». Спускаясь со второго этажа на первый и вспоминая мрачное предсказание, он чувствовал, будто спускается под землю.
7
На следующий день Кан Чхиу первым делом отправился по тому адресу, который дал ему Ли Кидон. Он почти не спал. Стоило погрузиться в сон, как из темноты начинал доноситься голос. Ему не удавалось ни понять, кому он принадлежит, ни разобрать слова, но это совершенно точно был человеческий голос. Кан Чхиу уснул только под утро и проспал всего два часа. Он принял душ и почти сразу вышел из дома. Предсказание в книге было еще более зловещим, чем вчера, причем на обеих страницах. Слева на третьей строке было сказано: «А вместо этого она разгорелась еще сильнее и стала опасной»[2], – а справа: «Неужто для этого надобно проливать кровь, покуда все не погибнут?»[3]. Даже книжка, которую он с удовольствием читал в детстве, не сулила ничего хорошего.
Он зашел в кафе, сел за столик, выбрав место у окна, из которого был хорошо виден дом на другой стороне улицы, и заказал кофе. На входной двери здания стоял кодовый замок, значит, войти внутрь могли только жильцы. Попивая кофе, Кан Чхиу раздумывал, как попасть к цели. Для начала нужно справиться с этой дверью. А потом просто дергать все двери подряд. Или понаблюдать: может, удастся вычислить нужную. Или лучше подождать, пока никого не будет, и пробраться внутрь? Сначала надо войти в здание и разведать обстановку. Или, может… Он смотрел в пустую чашку, когда его размышления прервал голос:
– Вы ведь Кан Чхиу? Я ваша фанатка. Можно ваш автограф?
В этом кафе его уже узнали. Если сегодня кто-то застанет его за попыткой проникнуть в чужой дом, завтра это будет во всех новостях. Кан Чхиу расписался на листочке и, чтобы никто больше не приставал к нему с разговорами, встал и вышел из кафе.
Когда он перешел через дорогу и подошел к зданию, то заметил, что кто-то как раз выходит наружу. Идеальное совпадение. Кан Чхиу старался вести себя естественно, как местный. Дружелюбно улыбаясь, он стал ждать, когда женщина, открывшая дверь, выйдет на улицу. Но та выходить не стала.
– Вы ко мне?
Даже сквозь солнцезащитные очки женщины хорошо просматривались темные круги под глазами. Они были настолько четкими, что их легко было принять за дополнительное затемнение на линзах очков. По сравнению с ними остальная внешность казалась вполне обычной. Женщина была худой, высокой, с большими глазами, скрытыми под темным стеклом.
– Вы меня знаете? – спросил Кан Чхиу, стоя перед дверью.
– Нет. Вы не ко мне пришли?
– Вас зовут Чо Ису?
– Да.
– Тогда, значит, к вам. Не ожидал, что мы так внезапно столкнемся.
– Проходите.
Чо Ису стала подниматься на второй этаж, не потрудившись проверить, последовал ли за ней Кан Чхиу. В старом здании смешались самые разнообразные виды вони. Запахи хлорки, масла, гниющей древесины, кожи… Второй этаж напоминал свалку. Чем дальше они продвигались, тем больше вокруг было мусора. Чо Ису открыла дверь с номером 2222 в самом конце коридора и вошла внутрь.
Помещение потрясло его не меньше, чем свалка на этаже. Но внутри, в отличие от коридора, было довольно пусто. Почти никакой мебели, только стул возле окна и платяной шкаф около метра в ширину. Так пусто, что шаги Кан Чхиу отдавались эхом. Чо Ису вытащила из шкафа еще один стул, складной, и поставила его рядом с первым, у окна, из которого было видно только соседнее здание.
– Садитесь, – вяло сказала Чо Ису.
– Благодарю.
Складной пластиковый стул затрещал под его весом. Это был очень старый стул. Кан Чхиу внимательно посмотрел на женщину, анализируя ее внешний вид. Возраст – чуть за тридцать, кожа бледная, как будто она несколько месяцев не видела солнца, солнцезащитные очки, большие глаза, но веки полуопущены, словно ей тяжело держать их открытыми, руки, выглядывающие из длинных рукавов, такие худые, что больше похожи на палки.
– Я представлюсь. Меня зовут Кан Чхиу. Я писатель.
– О, так вы пишете…
– Не буду отнимать у вас время, вы…
– Вижу?
– Что?
– Разве вы не поэтому ко мне пришли? Потому что я вижу то, чего не видят другие?
– А вы правда видите?
– Вам часто снятся сны?
– Конечно. Но запоминать не получается.
– У вас бывают такие сны, когда вы точно знаете, что спите, но не можете избавиться от ощущения реальности происходящего?
– Да. Сейчас, например. Я уверен, что это реальность, но слушаю вас – и такое ощущение, что это сон. Это место слишком минималистичное, чтобы сойти за реальность.
– Минималистичность – признак того, что мы не в реальности?
– Безусловно. Такое пустое пространство не место для реальности. Это место для Бога. Бог любит простоту. Уверен, если открою этот шкаф, увижу Млечный Путь, – рассмеялся Кан Чхиу. – Я шучу.
– Там труп.
– Что?
– Там труп человека, которого я убила три года назад. Нет, это неправда, я соврала.
– Издеваетесь?
– Вовсе нет. Иногда очень хочется соврать, ничего не могу с собой поделать. Это как рефлекс.
– Как любопытно. Врете и сразу признаетесь?
– Я вру не потому, что у меня есть какая-то цель. В этом и отличие.
– Хочется заглянуть в этот шкаф.
– Я не могу спать.
– Я тоже вчера не мог уснуть. Поспал всего часа два.
– Я и часа в сутки не сплю.
– Такое возможно?
– Просто закрываю глаза. Только закрою, и сразу вижу другой мир. Это похоже на сон из детства. Поэтому без очков не обойтись.
– Не врете?
– Я сразу признаюсь, если вру.
– И когда это началось?
– Пять лет назад.
– Что произошло?
– Ничего необычного. Вдруг, без особой причины, у меня началась бессонница. Стоило закрыть глаза, как я начинала слышать какие-то голоса, видеть другой мир. Поэтому я их не закрывала.
– Как выглядит этот другой мир?
– Сложно объяснить словами. – Чо Ису на миг закрыла глаза, а потом указала на пластиковый стул, на котором сидел Кан Чхиу. – Вот здесь стоит стул, но, когда я закрываю глаза, он исчезает и на его месте появляется другой предмет. Закрывая глаза, я как будто нажимаю на переключатель. Переключатель между двумя мирами. Слышали про «Пиктус Лэер»?
– Как интересно. Не ожидал, что мне снова придется услышать это загадочное название. Да еще и на следующий день.
– Мне рассказал один маг. Меня очень удивили их записи: один в один описание моих симптомов. Еще там говорилось, что мир состоит из нескольких слоев. Можете себе представить?
