Эллисон – дочь Ирвинга Азоффа, одной из крупнейших фигур в американской музыке. В 2012 году журнал «Биллборд» назвал его самой могущественной персоной в музыкальном бизнесе. Хотя в то время наибольшую известность Азофф снискал как босс компании «Лив Нэйшн», он также вел дела целого ряда знаменитых артистов, включая The Eagles, Кристину Агилеру, Maroon 5 и (очень кстати для Ким) Канье Уэста. Ирвинга и Канье свела между собой Крис, которая была весьма дружна с женой Ирвинга, Шелли, на протяжении более чем тридцати лет.
Азоффы и Кардашьяны жили неподалеку друг от друга в Беверли-Хиллз, так что их дети росли вместе, проводя время в гостях друг у друга. Ким с удовольствием изучала гардероб Шелли – и особенно шкатулку с украшениями, примеряя ее бриллиантовые кольца.
Ким всегда уважала желание Эллисон быть скромницей, и они редко фотографируются вместе, хотя и по-прежнему постоянно общаются. Ким часто говорит, что они с Эллисон «познакомились в тот день, когда я родилась», и на этом умолкает. Другие дружеские отношения Ким со столь же знаменитыми людьми получают куда большую огласку, но Эллисон – самая давняя и дорогая ее подруга.
Это утонченное воспитание было результатом того, что Роберт продолжал зарабатывать кучу денег без необходимости вернуться в мясной бизнес. Не все его вложения окупались так хорошо, как «Радио&Рекордз». Как отмечал Ирвинг Азофф, «некоторые были успешными, другие нет. Но он был по-настоящему надежен, честен и очень предприимчив».
Чета Кардашьян плотно вросла в общество Беверли-Хиллз. Они и четверо их чудесных детей утвердились в бассейново-вечериночном круговороте – со всеми его ловушками, которые влечет за собой успех. Их счастье не продлилось долго. В 1990 году мир Кардашьянов распался на части.
Глава 3
Интрига с осложнениями
Семья Кардашьян всегда ужинала вместе, даже когда дети были еще маленькими. После молитвы Роберт по кругу спрашивал присутствующих о «вершинах и безднах». Все по очереди должны были поведать о самом светлом и самом темном событии своего дня. Когда Ким рассказала на телевидении, что у них был такой обычай, его стали копировать в семьях по всей стране.
В один из вечеров 1990 года никаких «гор» не было. Роберт и Крис усадили всех за стол и спокойно объяснили, что подали на развод. Роберту-младшему было всего два года, так что он ничего не понял, но все три девочки заливались горючими слезами. Их родители изо всех сил старались не раскрывать истинных масштабов собственных мучений.
Они хотели как можно меньше травмировать своих отпрысков, поклявшись, что благополучие детей останется для них самым важным мотивом и они постараются вести себя как можно более корректно. Но легче было сказать, чем сделать.
Роберт был совершенно уничтожен. Как выяснилось, у Крис полным ходом шел бурный двухлетний роман с мужчиной моложе ее. Любовника звали Тодд Уотерман, это был очень привлекательный игрок футбольной команды «Эл-Эй Хит». Крис на тот момент было тридцать три года, а он был на десять лет моложе ее.
Тодд впервые увидел Крис на фотографии у одного из друзей в Беверли-Хиллз, и увиденное ему понравилось. Очевидно, она ощутила те же чувства, когда они встретились лицом к лицу на вечеринке у общих друзей. Их изложение дальнейших событий разнится. Она утверждает, что они впервые целовались в чулане в холле дома ее подруги. Он же говорит, что в означенном чулане они впервые занимались сексом, галантно добавляя, что это было «волшебно».
Бывшие любовники согласно вспоминают, что впоследствии секса было целое море. В своих мемуарах Крис, которая и на этот раз дает своему бывшему любовнику вымышленное имя (он назван Райаном), без особой стыдливости вспоминает, что они занимались «безумным» сексом почти во всех местах, какие только можно себе представить: на теннисном корте, в крытом бассейне, в гараже, на заднем сиденье машины и на самых разных лестницах. «Секс – везде и всегда», – пишет она.
Тодд подтверждает, что их секс был великолепным, как под крышей, так и под открытым небом. «Мы были весьма изобретательны», – скромно вспоминает он. Правда, память подвела его, когда ему задали вопрос, занимались ли они любовью на супружеском ложе в Тауэр-Лейн. Тодд сказал, что совершенно уверен, что они занимались сексом где-то в доме, но ничего конкретного так и не вспомнил.
Страстно влюбленные друг в друга, они, как порой случается в подобных обстоятельствах, стали безрассудно опрометчивыми. Тодд, точно статусный бойфренд, постоянно появлялся под ручку с Крис на вечеринках и барбекю у знаменитостей. Она вела себя как одержимая. Крис так часто виделась с Тоддом (даже ездила с ним кататься на лыжах), что его мать Ильза пребывала в полной уверенности, что Крис и Роберт уже расстались: «Она не заговаривала со мной о своем муже. Если бы она это сделала, я спросила бы ее – и чего же ты добиваешься, охотясь за моим молоденьким сыном, при таком количестве детей?»
Неудивительно, что у Роберта возникли подозрения. Он постоянно видел Тодда в обществе своей жены, в том числе в собственном доме, где они вместе играли в теннис. Тодд с удовольствием вспоминал, что однажды Роберт решил сыграть роль рефери в их игре и постоянно объявлял ему потерю подачи из-за неправильного положения ног.
Что было гораздо серьезнее, Роберт нанял частного детектива для наблюдения за женой, и тот проследил ее до скромной квартирки в Студио-Сити, которую они с Тоддом использовали как любовное гнездышко.
Неизбежное столкновение с Робертом – еще один эпизод, который двое любовников вспоминают по-разному. Крис писала, что это произошло в ресторане в Беверли-Хиллз, где они уютно завтракали вместе. Тодд же рассказывал, что они выруливали из его гаража в джипе с открытым верхом, когда подлетел в своем «Мерседесе»-кабриолете Роберт, выпрыгнул из него и принялся размахивать клюшкой для гольфа. Тодд рад был бы остановиться и встретить Роберта лицом к лицу, но Крис побоялась, что у разгневанного мужа может оказаться при себе пистолет, так что два автомобиля устроили гонки по улицам Беверли-Хиллз, которые завершились, лишь когда Тодд резко вывернул на другую дорогу.
Тодд, который стал известной фигурой только в 2012 году, после того как Крис в своей книге изобразила его под именем Райана, опасался за свою личную безопасность. Особенно после телефонного разговора, который, по его словам, состоялся у него с О. Джеем Симпсоном, велевшим ему держаться подальше от Крис. О. Джей явно зазывал Тодда к себе домой, чтобы обсудить проблему подробнее, – приглашение, которое Тодд, не задумываясь, отверг.
Жестокая ирония этого адюльтера состояла в том, что почти за все платила Крис – но у нее не было своих денег. Она пользовалась кредитными картами, которые оплачивал ее муж. Первое, что Роберт сделал, разоблачив измену и решив подать на развод, – это аннулировал все кредитки Крис. Финансовые последствия в итоге привели к наполненному горечью и враждебностью бракоразводному процессу.
Вся эта прискорбная история разворачивалась как неудачный эпизод из сериала «Династия» (или, наоборот, удачный – в зависимости от того, переживать его или просто быть зрителем). К чести Крис, она не пыталась оправдать свое поведение ничем, кроме признания, что стала невыносимо несчастной в своем браке. Разрушительное воздействие, которое ее роман оказал на семью, особенно на двух старших дочерей, стало очевидно, когда разводные документы были опубликованы в журнале «Стар» в США и перепечатаны по всей Америке и в Соединенном Королевстве.
Самый душераздирающий эпизод имел место в мае 1990 года, когда Кимберли (как тогда звали Ким) застала мать в слезах после «жестокого» разговора с Робертом. Он пребывал в таком эмоциональном смятении из-за случившегося, что обзывал Крис ужасными словами всякий раз, как они пытались поговорить друг с другом. Крис потом говорила: «Она [Ким] так расстроилась, что мне стоило немалых трудов вовремя отвезти ее в школу». Она добавляла, что в тот день Ким дважды звонила ей, умоляя вернуться домой. Очевидно, девочка боялась, что мать их бросит.
Хлои, будучи намного младше сестер, похоже, ничего не имела против Тодда и с удовольствием садилась на заднее сиденье машины, если он собирался ехать обедать с ее матерью. Он считал ее умницей и «милейшим ребенком».
Роберт съехал из Тауэр-Лейн, предоставив Крис справляться с жизнью самостоятельно. В разводных документах есть ее показания под присягой с подробным описанием, по собственному выражению Крис, «роскошного образа жизни». Одни только ипотечные платежи за дом составляли пятнадцать тысяч долларов в месяц, а еще нужно было платить садовнику, горничной и домработнице; кроме того, восемьсот долларов в месяц шли на оплату одежды для детей и две тысячи в месяц – на ее собственные нужды. Долги по кредитным картам за покупки в разных магазинах достигли более двадцати тысяч долларов.
