по дну клетки, подпрыгивая на прутьях. Сделав два круга, шарик вылетел между прутьев и исчез. Я стал искать его на полу.
– Напрасно, его тут нет. Он появится минуты через две.
Через две минуты под ногами Севидова материализовался шарик.
– Цирк какой-то! – я поднял комочек бумаги, развернул – он был весь испещрен непонятными формулами.
– Это пока что опытный образец машины времени! – протрещал Виссарион.
Севидов усмехнулся, глядя на него:
– Слишком громко, Виссарион. Ваша церковь, милейший потомок, имела, вернее, будет иметь то же свойство, что и моя клетка. В каком году ее закроют?
– Кажется, в 29-м, – я не понял намек Севидова!
– Вам придется как минимум два года ждать своего возвращения.
– А если ее сломать раньше?
– Я бы не советовал этого делать, возможно, возникнет другой баланс сил в конструкции, и тогда вы повторите свой неудавшийся опыт.
Я задумчиво комкал в руке шарик.
– Могу ли я рассчитывать на свое инкогнито? Ведь мое двухлетнее пребывание здесь, хочешь не хочешь, приведет к изменению истории и кто знает…
– А вы уже сделали необратимый шаг в своей жизни.
– Вы что имеете в виду, доктор? – спросил я, краснея. – Ведь шарик вернулся?
– Чтобы объяснить это, потребуется немного времени.
Глава двенадцатая
Теория доктора Севидова
– Сейчас науке известны четыре координаты – пространство и время. Материальный мир, существующей в такой системе, подчиняется ее законам.
Одна из основных аксиом физики гласит, что в определенный момент времени может существовать не более одной точки с заданными координатами. Я несколько расширил эту аксиому: “В данный момент времени в данной системе координат из неограниченного числа вариантов развития определенного процесса развитие происходит только по одному варианту.”
Возьмем простейший случай: опыт с подбрасыванием монеты. Всякий раз может выпасть орел, либо решка. Мы имеем всего два варианта. Выпал орел. Бросим еще раз. Перед нами снова двойной выбор. А если бы в первый раз выпала решка?
Севидов вырвал из тетради чистый лист:
– Представим все возможные варианты на бумаге:
1й бросок – орел 2й бросок – орел
– решка
– решка 2й бросок – орел
– решка
и так далее. Запишем цепочки событий: О-О…, О-Р…, Р-Р…, Р-О…
Чем больше бросков, тем больше цепочек. Каждая из них – хронологическая последовательность событий, иначе говоря, история, где измерением времени служат броски. Теперь, зная, например, что выпало во второй раз, мы как бы вернемся назад и положим монету второй раз, специально на обратную сторону. Мы получим другую цепочку событий. Так вот вы оказались уже в цепочке событий, отличной от той, что называлась в вашем времени историей, и поверьте – вам уже не вернуться обратно. Вы понимаете? Попав в прошлое, то есть к нам, вы раздробили историю на две ветви, и вторая ветвь стала вашей, причем только для вас. Вернувшись в ”свое” время, вы даже можете встретиться с самим собой, который появится на свет в 1972 году, если вы отправитесь сейчас же, не оставив здесь никаких следов.
– Но это пока невозможно – произнес я и бросил шарик в корзину.
– А скажите, вы не встречались со своими предками? – “предки” в вопросе доктора звучало непривычно.
– Да, я ездил к ним.
– Глупо с вашей стороны. Весьма вероятно, что вашего двойника и ваших родителей вы в будущем уже не встретите. Вы уже вмешались в их жизнь.
– Но я пробыл у них всего ночь!
– Все равно, риск очень велик. Не говоря о том, что и наши судьбы вы изменили бесповоротно.
Мне захотелось провалиться сквозь землю после таких слов. Какой я глупец! Сначала надо было хорошенько подумать, а я поступил, как мальчишка. Доктор абсолютно прав!
– Скажите, Николай Иванович, а ваш макет – неужели все так просто?
– Конечно нет. Металлическая ось – это основная часть моего прибора. Она представляет собой неоднородный магнит. Я не стану вам объяснять все тонкости процесса, скажу только, что наложение силового и магнитного полей создает здесь компактную аномальную область пространства-времени, и любой предмет, пересекающий эти поля, совершает прыжки во времени.
– А вы не хотели бы сделать макет побольше?
– Дорогой мой, моя цель – создание полноразмерной модели. Пока что я – теоретик, а какой теоретик не мечтает стать практиком? Вам вот посчастливилось совершить переход во времени без особых усилий. Но это случай. Я же хочу доказать на практике свою теорию. Но у меня совсем нет денег, а главное – сподвижников. Вы наверняка захотите помочь мне, и тогда ваши шансы снова увидеть близких возрастут вдвое. Так что выбирайте – либо вы ждете разрушения церкви, либо помогаете мне.
– А откуда в церкви магнитные линии? – спросил Виссарион.
– Возможно, она стоит над магнитными породами – другого объяснения я пока не нахожу.
– Или на этом месте магнитное поле земли имеет какую-то критическую зону, – предположил я в свою очередь.
– Насколько мне известно, залежей магнитной руды в нашей губернии не обнаружено. И что, если через два года храм взорвут или разрушат как-то по-другому, или оставят в покое? – рассуждал доктор. – Вам, милейший, не остается ничего иного, как помогать мне.
Часть вторая
Глава первая
Дело
Для осуществления замысла доктора нужны люди и деньги. Пока нас было всего трое – Виссарион с радостью согласился помочь, и его энергия очень пригодилась нам.
Самой большой сложностью в деле создания машины времени являлось отсутствие, как говорят в наше время, высоких технологий. Поэтому изготовление осевого магнита казалось Севидову делом невыполнимым. Его макет так и не смог стать настоящей машиной за несколько лет поисков подходящего решения.
Я выдвинул замечательную идею! В то время электричество уже начинало прокладывать себе дорогу в отечественной индустрии, но Ленинский план ГОЭЛРО не спешил осветить провинцию. Я предложил Севидову использовать в нашем проекте электромагнит вместо обычного, а заодно сделать полезное городу, и за счет этого привлечь больше людей. Обнародовать истинную цель нашей работы было небезопасно, а под эгидой элекрификации Георгиевска можно спокойно заниматься своим делом.
Так доктор Севидов вышел с предложением в горсовет и горком и, подведя экономическое обоснование, получил идеологическую поддержку и самое главное, денежную ссуду.
Согласно нашему плану, к осени 1929 года ночные улицы должны будут осветиться огнями, и в заводских цехах заработать станки с электромоторами. Я попросил Виссариона установить связи с машиностроительным заводом, с металлургическим комбинатом и аэроклубом в Москве. Источником энергии мы выбрали ветер, для усиления которого решено было построить несколько аэродинамических труб на высоком берегу реки севернее города. За изготовление ветряков брался аэроклуб.
Горожане сначала восприняли нашу затею с враждебным недоверием, но через несколько месяцев самые отчаянные предприниматели (“НЭПманы”) уже делали нам заказы и долевые вклады. Дело пошло! Доктор Севидов непосредственно занимался разработкой своего аппарата, а Виссарион Иванов руководил его изготовлением на заводе. Посторонние не могли знать истинного его назначения, так как
