Это был настоящий ужас! Оцепеневший Степан застыл возле валуна, не в силах оторвать взгляд от каменного лица Лаврентия и от его губ, с которых слетали слова других голосов. Кто поселился в его теле? Что за сонмище чудовищ говорит сейчас, пользуясь его губами?
Голос стал детским и засмеялся – шепеляво, захлебываясь, как иногда смеются совсем маленькие дети.
– Иди, иди, – сказал он. – Служи своему Богу и оставь нас в покое. А не то…
В следующее мгновение силы оставили Степана. Ноги его сделались ватными, тошнота подступила к груди, а от нахлынувшей слабости в глазах сделалось темно. Он отступил на шаг и опустился на землю, не в силах больше стоять. Сделав над собой последнее усилие, капитан попытался отползти в сторону – подальше от страшного места, но это ему уже не удалось: мгла окутала сознание, и он провалился в пустоту.
Очнулся он уже утром, когда неяркий солнечный свет, пробивающийся через облака, освещал поляну. Над головой, в сплетенных ветвях гортанно покрикивали чайки. Рядом сидел Лаврентий – на вид живой и здоровый. Только бледность заливала его лицо, а белки глаз выглядели желтоватыми, как у сильно уставшего человека.
– Как ты? – выдавил из себя Степан, с ужасом ожидая услышать из уст своего друга голос чужого. Вдруг эти голоса поселились в нем навсегда?
– Голова сильно болит, – ответил колдун равнодушно. Потом взглянул на Степана. – А как ты здесь оказался? Я ведь был тут один, а вы должны были ждать меня на корабле. Что ты здесь делаешь?
– Решил проведать тебя, – вымолвил Степан. – Испугался, что ты здесь один. Вот и приплыл – решил проведать, как ты тут.
– Ну и как, проведал?
Степан принялся рассказывать другу о том, что видел и что произошло здесь ночью, на что Лаврентий лишь качал головой и хмурился.
– Это святилище древних богов, – серьезно сказал он, выслушав рассказ. – Тебе не следовало приходить сюда в одиночку. Это могло быть опасно.
– Но я же не в одиночку, – заметил Степан. – Я шел сюда, зная, что ты находишься здесь.
– Меня здесь не было, – покачал головой колдун. – Ты сам это видел, и это тебя испугало. Мое тело было здесь, и через него с тобой разговаривали боги здешних мест. А я находился совсем в другом месте.
Как тотчас же выяснилось, Лаврентий не помнил ничего о том, что было ночью. Днем накануне, оставшись на острове один, он ходил по святилищу. Гладил стволы деревьев священной рощи, беседовал с ними, настраивался на их лад. Потом точно так же сделал с камнями на опушке и под конец почувствовал, что святилище готово впустить его и беседовать с ним. Только тогда колдун надел снова свою шапку с бубенчиками и принялся колдовать. Он выполнил привычные ритуалы и проговорил все необходимые заклинания для перехода в потусторонний мир.
Он добился своего: святилище впустило его, и он потерял сознание. В потусторонний мир он попал, но на все это время перестал существовать в этом мире. Оттого и не видел, как светились в ночи гигантские валуны, как пришел Степан и какие тени мелькали в световом столбе.
– Наверное, это были картины будущего, – предположил он. – В свете, о котором ты говоришь, отражались картины нашего будущего, которые я видел в своем сне. Ведь я спрашивал богов именно об этом.
– И что они сказали тебе? – спросил Степан, садясь на земле. – И что это были за боги?
Лаврентий усмехнулся снова.
– Я не могу сказать тебе всего, – ответил он. – Тем более, сейчас. Многого ты не поймешь, а многое из того, что я видел, скорее всего, не случится. Ведь мы получили предупреждения о многом, и я буду стараться направлять тебя. Конечно, если ты будешь слушать моих советов.
Он посерьезнел.
– Но четыре вещи могу сказать тебе уже сейчас. Хорошо, что ты пришел сюда, и мы с тобой наедине, потому что команде об этом знать необязательно.
У Степана не было сомнений в том, что друг скажет ему правду. Прошедшей ночью он воочию убедился в том, что колдун имеет власть над силами потустороннего мира, и сказанное им действительно передано от богов. Ну, пусть не богов, но могущественных существ, которым многое подвластно.
– Мы не сможем вернуться домой, – сказал Лаврентий. – Путь на родину для нас заказан. Заклятие капитана Хагена все еще действует. Он не шутил и не лгал: по его заклятию мы обречены скитаться по свету, не в силах вернуться домой.
– Это первое, – заметил Степан. – В общем-то, ничего нового. Мы с тобой и не думали, что Хаген шутит. Давай дальше.
– Дальше, – сказал Лаврентий. – Опять же о нашем возвращении. Хаген наложил на нас заклятие, и оно действенно, потому что он владеет осколком камня Алатырь большего размера, чем тот, который есть у меня. И чтобы снять заклятие, мы должны найти настоящий камень-Алатырь.
– Ну, это мы с тобой тоже знали, – нетерпеливо перебил Степан. – А есть что-нибудь новое?
– Да, – кивнул колдун. – Я был на острове. На том острове, где ты уже побывал. Там стоит бел-горюч камень-Алатырь, там растет дерево с листьями для исцеления народов. И там сидит красная девица, которая ждет тебя. Мне был показан этот остров.
– Ну, и что же ты скажешь?
– Скажу лишь, что, судя по виду, этот остров – не Грумант, – засмеялся Лаврентий. – И не Готланд. Этот остров находится очень далеко отсюда. Там земля, растрескавшаяся от солнца, а кругом море. Не такое море, как здесь, а синее-синее и очень яркое. Наверное, это далеко на юге. Впрочем, ты учил географию в монастыре, а я даже не перешагивал порога монастырской школы, так что тебе лучше знать.
Степан встал, чтобы размять ноги. Теперь, при свете дня, обстановка вокруг была совершенно прозаической. Серое небо, начал накрапывать ледяной дождик с мокрым снегом. Он сыпал на деревья священной рощи, на магические камни, расставленные в святилище, и ничто не говорило о том, что ночью могло быть здесь…
– То, что ты говоришь – не новость, – сказал Степан другу. – Мы найдем этот остров в южном море, найдем камень-Алатырь и вернемся затем домой.
– Есть только две трудности, – сообщил невозмутимо Лаврентий, также поднимаясь на ноги. – Во-первых, это – капитан Хаген. Мы забыли о нем, но он отнюдь не забыл о нас. Он следит за нами и готовится сделать нечто, что наверняка способно погубить нас.
– А что именно, тебе не сообщили?
– Здешние боги против него, – сказал Лаврентий. – Они дали мне это понять. Но у него в руках камень-Алатырь, и поэтому ему никто не может помешать. Нам постоянно нужно быть настороже, он готовится нанести удар.
– А второе? – спросил капитан. – Вторая трудность?
– Вторая трудность звучит не так страшно, как первая, – озадаченно улыбнулся Лаврентий. – Но она не менее огорчительна. Дело в том, что к тому моменту, когда мы найдем тот самый остров с камнем, деревом и девицей, мы с тобой оба должны оставаться девственниками. В противном случае, если мы не сохраним девство, камень не сможет нам помочь.
