Доктор вздохнул и наклонился над лежащим человеком — тот находился без сознания, а изо рта у него торчал продолговатый предмет. Поднатужившись, доктор извлек его — то был кусок хозяйственного мыла.
Тут на крыльце появился и сам хозяин — он был одет почти как Серапионыч, только место сюртука занимала шуба с государева плеча.
— Все ясно, — с обреченностью в голосе сказал Рыжий, едва завидев потерпевшего, — уже и до него добрались.
— До кого? — не оборачиваясь, спросил доктор. Он пытался определить, жив ли пациент, и если жив, то как привести его в чувство.
— Это боярин Андрей, — пояснил Рыжий. — И его убрали тем же способом, что и князя Владимира.
— Между прочим, пациент скорее жив, чем мертв, — сообщил Серапионыч, — только без сознания.
— Ну так давайте занесем его в дом, — обрадовался Рыжий. Они подхватили боярина и принялись затаскивать в терем. — Доктор, умоляю вас, заклинаю, сделайте все возможное, чтобы его спасти!
— Это мой долг, — совершенно спокойно, безо всякой рисовки откликнулся доктор.
* * *
После приключений минувшей ночи Василий Дубов проснулся довольно поздно. Скоморохов в комнате не было — очевидно, они отправились по своим делам, прихватив некоторое количество «лягушачьих» монет. Во всяком случае, одна из корзин, где содержались лягушки, была пуста.
В дверь постучали. Василий накинул халат и впустил в комнату гостя, коим оказался его сосед — отец Нифонт:
— Извините, коли разбудил. Сам-то я рано всегда встаю, к заутрене… Господи, что это?!
— В каком смысле? — не понял Дубов.
— Откуда у вас эта ладанка? — Священник указал на медальончик, небрежно валявшийся на столе среди прочего барахла.
— Купил с рук на базаре, — не совсем искренне ответил детектив. — А что, эта вещь вам знакома?
— Ну еще бы, — отец Нифонт бережно взял медальон в руки. — Это же ладанка моего племянника, Евлампия. Видите, тут на обороте буква «Е».
— Тогда она — ваша.
— Да-да, благодарю вас, — обрадовался священник, — но сколько я вам за нее должен?
— Нисколько, — ответил Василий. — В конце-то концов, она мне досталось почти за бесценок.
— Да благословит вас бог, Савватей Пахомыч, — бормотал отец Нифонт.
— Ах, ну что вы, — обаятельно улыбнулся Василий. — Кстати, ваши поиски продвинулись?
— Да-да, продвинулись! — воскликнул священник. — Вчера я узнал, что мой племянник встречался с одним человеком, я даже узнал, с кем, и сегодня надеюсь поговорить с ним лично… — Говоря это, отец Нифонт стал пробираться к двери.
— Одну минутку, — остановил его Дубов. — Эта благочестивая сударыня, Миликтриса как там ее по батюшке — она случаем не в Садовом переулке живет?
— В Садовом, — несколько удивленно остановился в дверях священник. — А что, вы с ней знакомы?
— Нет еще, — задумчиво отозвался детектив. — Но все-таки как тесен мир…
Отец Нифонт вышел из комнаты Дубова, неслышно прикрыв дверь, а Василий вытащил из-за корзины с лягушками свою чудо-шкатулку.
* * *
Майор Селезень проснулся и потянулся так, что кости захрустели.
— Эх-ма, как славно поспал! — воскликнул он своим густым басом от избытка чувств. Под крышей сеновала заметалась парочка голубей. Майор сел и неспеша стал вытаскивать душистое сено из шевелюры. Лучи утреннего солнца, проникавшие через многочисленные дыры в крыше, играли в воздухе пылинками.
— Господи, сколько лет я уже не ночевал на сеновале, — умилился Селезень. — Прям сельская идиллия!
Но тут майор насторожился. Что-то было не так. Не прошло и секунды, как он вскарабкался по стропилам наверх, к отверстию в прогнившей дранке. По спине Селезня пробежали противные мурашки. Вот тебе и сельская идиллия! На деревенской площади стоял обоз из нескольких десятков телег с холщовыми навесами. А вокруг разгуливали люди в одинаковых черных одеждах. Для того чтоб догадаться, что это армия, не обязательно было быть майором десантных войск. Зато Селезень сразу профессионально прикинул, что живой силы противника около тысячи единиц. Вооружены разнообразным холодным оружием. Ведут себя спокойно, нагло. Границу перешли, видимо, на рассвете. Никакого сопротивления не встретили и расслабились. Иначе бы прочесали всю деревню. Но возле повозок выставлено охранение. Чего это они так пекутся о своем обозе? Внизу послышалась тихая возня, и майор, выхватив пистолет ТТ, мягко, по-кошачьи спрыгнул вниз. Тот, кто никогда не видел Селезня в боевой обстановке, не поверил бы, что этот грузный, неуклюжий человек мог в одно мгновение превратиться в стремительный и смертоносный комок мышц. Он тенью скользнул к двери, и когда она только приоткрылась, дуло майорского ТТ уже смотрело в лоб посетителя.
— А, Васятка! — расслабился майор. — Проходи быстрей, не светись.
* * *
— Да уж, как говорит наш общий знакомый Василий Николаевич Дубов, почерк тот же, что и в случае с князем Владимиром, — сочувственно вздохнул Пал Палыч, оглядывая неподвижно лежащего на кровати боярина Андрея. — Но на этот раз довести дело до конца им не удалось.
— Как я понял, прежде чем потерять сознание, боярин Андрей успел стукнуть нападавшего крестом по голове, — пояснил Серапионыч. — Видите, там даже следы крови. Злоумышленник бежал, не успев засунуть мыло поглубже, а тут на стук поспел ваш покорный слуга и вытащил брусок изо рта, избежав тем самым летального исхода.
— А кто же в таком случае стучал в дверь? — задался вопросом глава сыскного приказа. Рыжий открыл рот, чтобы что-то сказать, но промолчал. За него ответил Серапионыч:
— Надо полагать, в дверь успел постучать сам боярин Андрей. Еще до того, как на него напали.
— Черт знает что, — зевнул Пал Палыч. — Утречко сегодня выдалось — не дай боже. Сначала меня разбудили — выяснилось, что сбежал Каширский, теперь еще вот это…
— Каширский сбежал?! — так и подскочил на месте Рыжий. — Только этого нам еще не хватало!..
— Ну да, — уныло подтвердил Пал Палыч, — подпилил решетку и сбежал.
— Говорили же тысячу раз, чтобы за ним смотрели с особым тщанием! — с досадой топнул об пол Рыжий.
— А я тысячу раз говорил, что надо новую темницу строить, эта никуда не годится, — совершенно спокойно ответил Пал Палыч. — Ну а что касаемо до боярина Андрея, то мне доложили, что до вас он был в тереме князя Длиннорукого, который только вечером вернулся из Новой Мангазеи. Кроме него, там находились еще несколько бояр, и как раз из тех, кто поддержал боярина Илюхина, когда тот призвал сместить Государя.
— Какой кошмар, — прошептал Рыжий. — Это просто черт знает что…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
