Мгновенно преобразившись, Накамура изобразила скромного руководителя, невероятно счастливого оттого, что ей оказали высокое доверие. Они обменялись уважительными поклонами. Финансовый директор заверила, что совсем не верила в свой успех на фоне столь сильных соперников. Пылко пообещала приложить все свои силы на благо наших компаний. Тут же пригласила всех членов компании в ресторан, восстановить свои силы, отметить успех, выпить сакэ, которое она будет им лично подавать. Накамура всячески расхваливала польщённого мужчину, преувеличивая достоинства комиссии и свои недостатки.
Как ни странно, всё это входило в обязательную программу ритуала. Вот только участвовать в нём должна была растерянная Киоко, переводившая непонимающий взгляд с одного на другую, не понимая, что происходит. Я в это время с Кэтсу и Мэйли тихонько стоял в сторонке и старался не попадаться на глаза руководителям, чтобы не оттенять их светлые лица и не претендовать на уже чужие заслуги.
Дождавшись, когда Накамура освободится, Такэути и представитель компании Тайсей принесли ей положенные поздравления. Пусть сухие и неискренние, но всё же. Это тоже часть ритуала. Конечно, она их милосердно приняла. С удовольствием похвалила своих конкурентов за терпение, за участие, отметила высокое качество представленных на тендер работ. Заверила в своём уважении и готовности с ними работать. Ещё раз списала всё на удачу. Попросила отнестись к произошедшему с пониманием.
Когда наша группа уходила, встав за спиной Накамуры, изображая часть свиты, подчёркивающую важность директора и её высокий статус, я спиной ощущал пристальный, полный подозрений взгляд Киоко. Она, догадавшись, что дело нечисто, разумеется, не стала произносить этого вслух. Логика ей подсказывала, что я появился здесь не просто так, не имея прямого отношения к проводимому тендеру. Плюс мои странные связи, о которых ходило столько противоречивых слухов. Вдвойне подозрительным выглядело появление Мэйли, с которой я отходил в сторону, а потом кому-то звонил. Да и то, как я её избегал, тоже наводило на размышления.
Признаюсь, у меня не хватило силы воли, чтобы подойти к ней и попытаться её утешить, посочувствовать, поругаться на несправедливую оценку. Пригласить куда-нибудь выпить. Пообещать что-нибудь для неё сделать. Это было бы слишком фальшиво и лицемерно. Я так не смог. Видимо, не до конца ещё вписался в высшее общество, где подобное в порядке вещей. Поэтому, чувствуя себя последней сволочью, просто ушёл. Думаю, на этом ничего не закончится, ни я этого так просто не оставлю, ни она. Вот только у нас получится разнонаправленное движение. Я постараюсь ей сделать хорошо, а она мне плохо.
Чем ярче светилась от счастья всё ещё не верящая в победу Накамура, тем мрачнее я становился.
— Надо же, совсем не ожидала, что нам отдадут тендер, — покачала головой финансовый директор, всё ещё находясь под впечатлением от случившегося.
Чем меньше надежд на успех, тем больше он приносит удовольствия. Если бы наши шансы на успех были ещё ниже, полагаю, она бы сейчас испытала нечто подобное на оргазм. Слышал, некоторые руководители чуть ли не тащатся от таких вещей. Адреналиновые наркоманы, долбанные. Впрочем, каждый из нас пытается найти удовольствие в своей работе. В этом нет ничего предосудительного. Дождавшись, когда Кэтсу-сан уйдёт за машиной для директора, с лёгким недовольством подсказал.
— А нам его и не отдавали.
Придержал её за верёвочку, чтобы воздушный шарик «Накамура» случайно не улетел в небеса. Обернувшись, она бросила на меня недоумённый взгляд.
— Нам его продали. Не так уж и дёшево, но в пределах разумного, — педантично уточнил.
Вмиг став серьёзной, Накамура требовательно спросила, — Сколько?
Естественно, не забыв осмотреться, проверяя наличие посторонних глаз и ушей. Мэйли в расчёт не приняла, догадавшись, что та не просто так появилась и я не случайно заговорил об этом в её присутствии. Набрав цифру на телефоне, показал ей. Предупредил, что деньги нужно отдать сегодня, иначе решение пересмотрят. Имя человека, через которого я решил проблему, называть не стал, хотя Накамура им поинтересовалась. Сослался на коммерческую тайну.
— Хорошо, — кивнула. — Сумма в пределах ожидаемого. Постарайся поменьше об этом вспоминать, особенно в непроверенных местах и незнакомых компаниях. Деньги доставят в течение двух часов. Поставишь машину на нашей служебной, подземной парковке. Коробки заберёшь из моего кабинета. Я распоряжусь. Кэтсу поможет, но об их содержимом и предназначении ему знать не обязательно. Сам доведёшь сделку до конца?
— Да.
— Отлично, — обрадовалась.
Она даже облегчённо выдохнула. Накамура не хотела лишний раз пачкаться и подставляться. Удивлён, что она так легко мне поверила. Хотя проверить эту информацию она сможет потом, через главу комиссии, когда работа уже будет вовсю кипеть.
— Я же займусь развлечением этой шайки мошенников. Устрою им грандиозную попойку, иначе нас не поймут. Кстати, кто это? — только сейчас обратила внимание на Мэйли, неподвижно замершую со взглядом кобры, направленным ей куда-то в район переносицы.
— Моя доверенная помощница. Она из фонда «Мацумото и партнёры». Как раз занимается решением подобных дел. Если бы не эта женщина, у нас ничего бы не получилось, — не поленился отметить заслуги китаянки, представляя её финансовому директору. — Фудзивара-сан хорошо знает Чигусу Мэйли, хотя лично они не знакомы. Поэтому можете спокойно рассказать главе о её участии в этом деле.
Я решал этим сразу несколько задач. Накамура в любом случае всё расскажет и постарается нарыть на Мэйли побольше информации, а так, ей вполне хватит подтверждения моих слов от Ренки. В дальнейшем моя помощница сможет напрямую выходить на финансового директора от моего имени, если потребуется. Накамура теперь знает, к кому может обратиться по поводу щекотливых вопросов, о которых я узнаю в тот же час. Заодно этим объяснением прикрою некоторые странности своей помощницы.
— Не скажу, что мне не жаль расставаться с деньгами компании, я бы нашла им другое применение, но так тоже неплохо.
— Да? Чем же? — удивился, ожидав большего негатива.
— Теперь не придётся унижаться перед главой комиссии, который будет выполнять надзорные функции со стороны заказчика. Хоть бы намекнул, дав понять, что пошёл на сделку. Вместо этого зачем-то нагрузил туманными фразами про своё расположение, оказанную милость, надежду на благодарность. Свинья. Хрен ему, а не дополнительные любезности. Этот «благодетель» отработает у меня каждую йену. А как он хотел? — возмутилась.
Если бы он сейчас стоял рядом, даже с учётом новых данных, Накамура не посмела бы сказать ему это в лицо. Один из негласных девизов Японии: Каждому человеку — подходящее слово. Каждой должности — своё отношение. Тут не принято говорить людям то, что вы думаете, да ещё напрямую, из-за чего на меня нередко странно посматривали, впадая в замешательство.
После этого Накамура со своим заместителем уехала в офис, а я с Мэйли остались на стоянке в моей машине. Думал, Ариме потребуется гораздо больше времени, чтобы разместить объявление, но, видимо, она очень хотела получить подтверждение того, что она дура не больше, чем сама того хочет. До вечера не дотерпела. Вероятно, существует какой-то временной лаг, когда она могла вернуть свои деньги без потерь. Поэтому уже через пятнадцать минут я увидел объявление о продаже туфель за семизначную сумму, причём не в иенах. В этом не было бы ничего удивительного, в мире продавались подобные образцы ювелирного искусства, совмещённого с индивидуальным дизайном и работой обувного мастера, однако на присоединённой к объявлению фотографии виднелись всего лишь коллекционные туфли известного бренда, стоимостью где-то за десять тысяч американских долларов. Мэйли подсказала. Не поверив, для более точной оценки отправил фотографию, на которой виднелись женские ножки в чулках, край юбки и массивного деревянного стола Хаякаве. Пятнадцать пятьсот, пришёл ответ, а за ним ещё три сообщения.
