пойдет об ужасном событии, произошедшем в Кемерове 25 марта 2018 года. Это пожар с трагическими последствиями в торговом центре «Зимняя вишня». Для того чтобы быть хронологически точным, хотел бы напомнить вам, как развивались события.
Это было воскресенье. Пожар начался, как считают специалисты, от короткого замыкания между третьим и четвертым этажами. Каникулы, воскресенье, масса народу. Огонь распространялся с огромной скоростью. Даже беглый взгляд показывает, что была нарушена противопожарная безопасность. Все эвакуационные выходы были закрыты, не работала пожарная сигнализация, не было средств пожаротушения, охрана не была подготовлена к развитию таких страшных событий и, как говорят свидетели, просто покинула место пребывания. Жертв было меньше, чем могло бы, потому что огромный героизм проявляли простые люди, которые спасали детей, иногда даже ценою своей жизни. Короче говоря, здание вспыхнуло как спичка, и результаты этой трагедии, конечно, ужасающие: 64 погибших человека, но самое страшное, что стократ увеличивает ужасы происходившего — это 41 ребенок. Сорок один ребенок заживо сгорел в этом центре!
Что удручает, это то, как трагедией стали пользоваться во имя собственных целей, во имя зарабатывания денег и политических капиталов. Появлялись в СМИ ужасающие подробности, что погибло 300, 400, 500 человек. Причем делалось это очень профессионально.
Вот такие фальшивые голосовые сообщения были выложены в Сеть: «В морге на Волгоградской 174 трупа. Принимать уже не могут. Прикатили 150 человек, там 148, что ли. Следом потом еще привезли 20 с лишним, и потом позвонили, сказали готовить еще на 80 человек. МЧС, Поздняков, значит, у нас больше трехсот „двухсотых“! Что у вас по местам? Сколько можете принять? Больше трехсот трупов, что ли? Мест сколько у вас, спрашиваю? Сколько можете принять? Куда их девать? Ну максимум, наверное, сотню. Просто тут дошли до 4-го этажа. И в кинозале, значит, тут угарным газом, значит. Отравление. Общее количество около 300, получается? Прости мою душу грешную. 170 уже привезли трупов. Мешки закончились».
Это был вал, чудовищный информационный поток, в котором уже было невозможно понять, где правда, а где нет.
Устраивают траурные митинги по всей стране: зажигают свечи, приносят цветы. Но люди в интернете, наши, так сказать, доблестные либералы, начинают делить всех на правильно скорбящих и на неправильно скорбящих.
Вот на Манежной площади в Москве был митинг людей, которые пришли просто помянуть эти страшные жертвы в Кемерове.
А на Пушкинской площади, тоже в центре Москвы, был другой митинг, туда тоже приходили люди, предполагая, что они могут здесь помянуть погибших. Но очень скоро этот митинг стал переходить в, так сказать, политическое действо, в оппозиционный шабаш с выкриками, скандированием: «Долой власть чекистов!», «Государство, Путин, власть скрывают!», «Мы хотим знать правду!» и так далее. То есть нагнеталось протестное настроение, которое в таких трагических ситуациях может привести к весьма серьезным последствиям.
Очень показательна реплика ведущей канала «Дождь» Анны Монгайт: «Вот сейчас на Пушкинскую площадь пришел Алексей Навальный. Тот, кто оседлает этот протест, Навальный или Собчак, и станет лидером оппозиции!»
Не протест оседлает, а беду оседлает. Горе человеческое, гибель детей оседлает. Ох, какая точная фраза! Ох, какое точное определение! Оседлает! Для чего? Для достижения своих политических целей.
Но вернемся в Кемерово и попытаемся разобраться, что же все-таки там произошло. После трагедии туда прилетает руководитель МЧС Пучков[43], прилетает председатель Следственного комитета Бастрыкин и, в конце концов, прилетает и сам президент, потому что это трагедия национального масштаба, не локального.
Владимир Путин, президент России, сказал: «Что же у нас происходит? Это ведь не боевые действия, не выброс метана в шахте. Люди пришли отдыхать, дети. Мы говорим о демографии. Теряем столько людей. Из-за чего? Из-за какой-то преступной халатности, из-за разгильдяйства. Как это вообще могло случиться? В чем причина?»
Когда схлынул первый шок, стали выясняться подробности, которые этот шок могли только усугубить.
Во-первых, «Зимняя вишня» была зарегистрирована как малый бизнес. Значит, имелись налоговые и надзорные каникулы, льготы. Число арендаторов превышало все нормы. Это нагрузка на электрику. И, кроме того, не сработала почему-то пожарная сигнализация.
Приехало больше ста следователей, которые занимаются расследованием этой ужасной трагедии.
В принципе, на этом можно было бы и закончить, ожидая результатов расследования произошедшего в Кемерове. Но нам пришло письмо. Его автор — экс-заместитель начальника Северо-Западного регионального центра МЧС России по надзорной деятельности полковник внутренней службы А. В. Белянский.
Вот что он пишет: «Крайне потрясен трагедией в Кемерове, считаю своим долгом довести до вашего сведения информацию о системных недостатках и недоработках в деятельности МЧС, многие из которых, на мой взгляд, самым негативным образом повлияли на ситуацию в Кемерове. Первое, на каком основании торгово-развлекательные центры министерством были отнесены к объектам малого и среднего предпринимательства и для них были объявлены налоговые надзорные каникулы, исключающие проверки их противопожарного состояния.
При этом необходимо отметить, что был издан приказ МЧС от 12.09.2016 года № 492.
Так вот, в этом приказе огульно и категорически запрещено осуществлять какие-либо проверки объектов малого и среднего предпринимательства… следствием подобного в кавычках „законотворчества“ и бездумного, даже халатного отношения руководителей министерства к исполнению федерального законодательства в сфере пожарной безопасности было следующее: только за второе полугодие 2017 года практически сгорели свыше 10 крупных торговых центров, погибли 4 и пострадали 19 человек.
Московская область, Москва, Ростов, Владивосток, Оренбург, Краснодар, Иркутск, Казань, Тюмень, Екатеринбург. В 2018 году прокатился вал пожаров в торгово-развлекательных центрах: Уссурийск, Благовещенск, Екатеринбург, Санкт-Петербург, Иркутск, Ангарск, Краснодар. Как фронтовые сводки, публикуются в СМИ сообщения о пожарах с гибелью людей. Только за последние три месяца текущего года в СМИ опубликовано 55 сообщений о пожарах, в которых погибли, внимание, 194 человека, в том числе 63 ребенка.
Экономический ущерб, наносимый чрезвычайными ситуациями и пожарами экономике страны, по утверждению экономистов, в последние годы достиг 2 % ВВП. 800–900 миллиардов рублей в год.
Указанное, по моему мнению, является следствием многих просчетов и недостатков в деятельности МЧС.
В первую очередь к ущербным решениям министерства необходимо отнести бездумный и бездарный подход к так называемой оптимизации расходов на текущее содержание и повышение эффективности расходов, который свелся к массовому увольнению в 2015-м и 2016 годах сотрудников федеральной противопожарной службы.
В результате чего образовалась брешь почти в 60 тысяч штыков и были обескровлены боевые расчеты реагирующих подразделений. Как итог этого — неэффективное тушение пожаров. Не может не возникнуть вопрос: сколько еще должно погибнуть людей в пожарах, чтобы исключить бездумное глупое экспериментаторство с федеральной противопожарной службой.
Экс-заместитель начальника Северо-Западного регионального центра МЧС России по надзорной деятельности полковник внутренней
