полумиллионом долларов. Паромщик сдержал слово.
Но никто не обращает внимания на деньги: все несутся к Виджет. Просто чудо, что ее не затоптали в темноте. Урсула возится с путами Айви и Иезавель, а Табита, встав на четвереньки, плачет над птицей, пытаясь взять ее на руки, которые все время проскальзывают сквозь тело Виджет.
Квини берет Виджет на руки и подносит к Тэбби.
– Мне очень жаль, – шепчет она и гладит подломленное заднее крыло. – Мне очень жаль, Тэбби.
– Она просто спит, – говорит стоящая позади всех Руби и улыбается своей лунатической улыбкой.
Квини думает, что Руби не в себе, но ворона вдруг открывает глаз и неуверенно поднимается.
– Я просто оградила ее заклинанием, чтобы этот плохой человек не причинил птичке зло, – говорит Руби.
Тут поднимается радостный галдеж: все обнимают Руби и гладят Виджет.
– То есть ради меня вы были готовы умереть, – завороженно произносит Персефона. – Умереть, чтобы только Харон не забрал меня. – В глазах девочки стоят слезы.
Квини отмахивается – мол, какие пустяки.
– Вот не хотела я, чтобы ты мне помогала, но ты же настырная. Девочка моя, ты спасла нас.
– Каждому рано или поздно требуется помощь, – говорит Персефона, словно это так просто.
И тут Квини понимает, что девочка права. Каждому человеку действительно рано или поздно требуется помощь.
– Уж простите, что прерываю ваши телячьи нежности, – замечает Айви, – но у нас осталось ровно десять минут, чтобы доставить деньги в банк, который, кстати, по воскресеньям не работает.
– А нам и не надо идти в банк, – говорит Персефона, выпустив Квини из объятий. – Поехали ко мне домой, потому что все собрались там. – Тут она мрачнеет. – Ой, за десять минут мы не доедем.
– Не доедем, так долетим, – отвечает Квини.
Гримуар поместья Муншайн
Руководство по изготовлению ведьминской метлы (записано Айви)
Выбирайте древесину с учетом ее магических свойств.
Начните с подходящей даты – будь то ваш день рождения, полнолуние или сезонный праздник, когда можно получить от дерева необходимые качества.
Попросите у дерева разрешения забрать ветку и сучья и окажите ему честь, сделав подношение в виде фруктов или воды. Благословите ветку и сучья и освятите их, окурив шалфеем. Привяжите к ветке сучья веревкой или медной проволокой. Вырежьте на ручке ведовские символы, украсьте ее лентами с колокольчиками, а в саму метелку добавьте пучок перьев вашей любимой птицы. Нежно подуйте на метлу, проходясь от основания до «перьевой» части, чтобы метла верно служила вам и оберегала вас.
Подметите метлой вход на кладбище.
60
Воскресенье, 31 октября Вечер. Осталось шесть минут
Персефона летит на метле, обхватив Квини, а между ними пристроился мешок с деньгами. Стоит ей высунуться из-за спины Квини, как в лицо бьет такой сильный ветер, что глаза начинают слезиться. На секунду Персефона высвобождает руку, чтобы убрать с лица кудряшки.
Они летят вдвоем на харлейке Квини, навороченной ведьминской метле, поэтому Тэбби с Руби, управляющие классическими вариантами, немного отстают. Квини крепко сжимает руль, подобный приподнятым рогам. Она ловко лавирует, облетая деревья, дымовые трубы и спутниковые тарелки.
– Нам туда. – Персефона указывает на свой дом. Машины гостей все еще на парковке, и это хорошо.
Квини начинает резкое снижение, и у Персефоны сводит живот. Харлейка аккуратно планирует на дорожку перед домом. И все же посадка оказалась гораздо мягче, чем боялась Персефона.
– Крутяк, – говорит она, спрыгивая на землю и забирая мешок с деньгами. Метла накрепко зависла в воздухе, словно опираясь на колеса.
Наконец приземляются и остальные ведьмы. Персефона вытаскивает из кармана телефон и включает камеру, держа ее на уровне лица:
– Мы начинаем прямой эфир в ТикТок! – Все ведьмы непонимающе таращатся на нее. – Вы хотите понять зачем? – говорит Персефона ведьмам. – А затем, чтобы не было подставы.
Персефона быстро отсылает эсэмэс Регги Коллинзу, чьи контакты она на всякий случай сохранила в день, когда пытались снести поместье:
«Привет, Регги. Это я, дочь мэра. Смотри прямо сейчас мою трансляцию в ТикТок, тебе наверняка захочется осветить это событие».
Остается всего три минуты. Персефона следует за Квини с поднятым телефоном, Квини стучится в дверь, ведьмы встают за ней полукругом. Буквально сразу же дверь открывает отец Персефоны, лицо у него довольное, и тогда Персефона наводит на него камеру.
– Какого черта? – Уилл Стоутон изумленно оглядывает пришедших.
– Мы принесли полмиллиона долларов, – говорит Квини. – Я знаю, что Джон Хаторн у вас, так что можно считать это доставкой на дом.
– Однако. – Мэр пытается справиться с удивлением. – Но ваше время истекло.
– Ничего подобного, у них осталось еще две минуты. – Персефона протискивается мимо Квини, Стоутон пятится. – Мы находимся в доме Уилли Стоутона, мэра Кричли Хэкл, – продолжает вещать девочка. – Именно сюда ведьмы принесли полмиллиона долларов, которые они задолжали банку Хантера Томпсона. Срок для выплаты этой огромной суммы истекает в полночь, то есть через две минуты, так что они успели вовремя.
Персефона наезжает камерой на деньги в мешке, затем дает панораму мужчин в гостиной, изумленных, как олени, ослепленные фарами.
Персефона подходит к Джону Хаторну, снимая крупным планом его лицо, на котором написано крайнее удивление.
– Вы собираетесь принять деньги, господин Хаторн, или будете изворачиваться, пытаясь надуть этих слабых пожилых леди?
Персефона разворачивает телефон в сторону ведьм и тихонько подмигивает. Поняв намек, Квини сразу же горбится, изображая неустойчивость на слабых ногах, Айви косит под божий одуванчик. Урсула кривится, словно поела несвежей рыбы, ну а Иезавель – Иезавель остается все той же секс-бомбой, разве что чуть с меньшим запалом в тротиловом эквиваленте.
– Вы действительно собрались отстраивать свою «Мужскую Вселенную» на земле, которой даже еще не владеете официально? – Персефона наклоняется над столом с чертежами и подробно все снимает.
– А ну выключи немедленно! – кричит Уилл Стоутон и пытается отнять у дочери телефон. – Фони, немедленно прекрати сьемку!
Мэр тянет телефон на себя, Персефона не сдается, и тут происходит нечто странное. Пальцы ее вдруг начинают искрить, Стоутон вскрикивает как от удара током, отдергивает руку и с ужасом смотрит на дочь, в глазах его мелькает догадка. В отличие от своей дочери он почему-то не сильно удивился.
Неслабо, а?
61
Понедельник, 1 ноября Сразу после полуночи
На головокружительной скорости Квини летит впереди Урсулы на своей харлейке, одежды ее развеваются, и Урсуле сразу же приходит на ум картинка из детства: день стирки, на бельевых веревках сушатся, хлопая на ветру, белоснежные простыни.
