"И чего такого находят в этих девственницах", - устало размышлял он про себя, вспоминая прошедшую ночь. Юноше впервые довелось превращать девушку в женщину, и приобретённый опыт у него никакого восторга не вызвал. Во-первых, Кииза жутко боялась с самого начала. Во-вторых, страшно стеснялась наготы, - как своей, так и его. В-третьих, ей было больно. Даже когда самая главная преграда оказалась прорвана, девушка вся судорожно сжималась от боли после любого более-менее резкого движения парня. И наконец, она просто ничего не умела. Разумеется, ни о каких ответных действиях речи идти не могло. Удовольствия парень так и не получил. Когда его семя, наконец, излилось, это было воспринято, как долгожданное окончание мучений, причём обеими сторонами.
Именно из-за этого, когда утром девушка уже прямо попросила у него дать ей полторы тысячи кредитов для его жениха, юноша ответил согласием. Если б Кииза не оказалась девственницей, он бы послал её грубо и коротко. Просить такую сумму за одну ночь - просто хамство, ни одна, даже самая дорогая проститутка столько не потребует. Если б девушка была девственницей, но не решилась попросить деньги напрямую, она тоже ничего бы не получила, несмотря на все намёки прошлым вечером. В конце концов, изначально парень обещал Киизе только ужин в ресторане и, возможно, номер в отеле, ничего больше.
Но при виде того, на какие жертвы девушка пошла ради своего жениха, у Павла просто совести не хватило сказать "нет".
- Есть! - торжествующе воскликнула сотрудница архивной службы. - Нашла! Как я и предполагала, записи были стёрты при помощи административного доступа. Вот он, твой беглец, господин.
- Ну, и как же теперь его зовут? - заинтересовано спросил Павел.
- Его новое имя Илнац. И... - протянула она, вводя новый запрос. - Да. Спустя два дня после смены имени он улетел на рейсовом до Хальголаа. Тут есть фото, в картотеке транспортной компании. Можешь полюбоваться на его новое лицо.
- Очень хорошо, - довольно улыбнулся парень. - А можно теперь окончательно стереть эти удалённые записи? Чтобы больше никто их не увидел?
- Ну... Не знаю... - покачала головой собеседница в притворных сомнениях. - Это будет очень трудно сделать...
Павел спокойно ожидал продолжения, взирая на девицу с одобряющей улыбкой.
- Хорошо, - согласилась она, подмигнув и кокетливо поведя плечиками, - только ради тебя, красавчик. Минуточку... Всё, их больше нет.
- Замечательно! - с энтузиазмом воскликнул юноша.
- Ожидаю благодарности, - игриво напомнила собеседница.
- Какой именно? - со значением спросил он.
- Как насчёт того, чтобы встретиться вечером? - томным голосом спросила она, строя глазки. - Сходить в ресторан?
"Что-то не хочется", - неприязненно подумал парень.
- А что скажет твой начальник, если узнает, что ты залезла в регистратор и стёрла там записи? - невинным тоном поинтересовался юноша. Улыбка мгновенно исчезла с лица клерка.
- Но ты же сам меня попросил! - возмущённо воскликнула девица.
- Разве? - удивился парень. - По-моему, я просто спросил, возможно ли это сделать. Подожди, у меня под протокол сохранено было...
- Не надо говорить моему начальнику! - испуганно попросила девица. - Меня уволят!
- Но мы же этого не хотим, правда? - доверительно проговорил он, наклонившись к самому её уху. - Давай так. Я тебе плачу тысячу наличными. И мы дружно забываем об этом маленьком инциденте. Идёт?
- Идёт, - недовольно буркнула она.
Выйдя из здания архивной службы, Павел по защищённому каналу связался с искином "Милу" и уже при помощи находящейся на борту установки туннельной связи подсоединился к инфосети Содружества.
- Герджи, привет. У меня для тебя есть ещё один заказ. Примешь?
- Привет, Павел. Конечно.
- Лови файл. Здесь досье. Этот человек раньше жил на Армике. Потом удрал на Флок, сменил имя, лицо и идентификатор нейросети, новые в том же файле. Должен был прибыть рейсовым на Хальголаа шесть дней назад. Мне нужно с ним поговорить. Но имеются сложности. Во-первых, это штатный сотрудник СИБ. Во-вторых, за ним охотится Маренциу. Возьмёшься?
- Это срочно?
- Желательно, чтобы я нашёл его раньше, чем люди из Синдиката.
- Понятно. Тридцать пять тысяч, пятнадцать авансом. Если Маренциу найдёт его раньше, чем мы, возвращаем аванс, за вычетом пяти тысяч. Такие условия устраивают?
- Да.
- Принято, сейчас высылаю договор.
Илнац, так теперь звали человека, познакомившего своего старого знакомого Ремци с неизвестными работорговцами, а потом поспособствовавшего тому с приобретением новой нейросети, оставался последним из пяти человек, чьи фотографии и имена две недели назад дал Павлу Улвар. Остальных четырёх юноша уже нашёл. Одного, правда, обнаружил мёртвым, - ещё раньше с ним поговорили люди Маренциу. Трёх других парень во время разговора, помимо всего прочего, усиленно расспрашивал, где бы теперь мог обретаться бывший торговец Ремци. Это на случай, если ребята из Синдиката тоже с ними потом поговорят. Павел надеялся, что о его встрече с Ремци-Ралтом на станции "Кедар" Маренциу ещё не знает.
Вот на след Илнаца не удавалось выйти целых две недели, до сего дня. Хотя, надо сказать, Павел не так уж рьяно этот след искал. Нельзя было показывать, что это его сильно интересует. Поэтому поездку на очередную планету, где, по имеющимся у него данным, видели того или иного беглеца, юноша подгадывал так, как будто заглянул туда ненароком, по торговым делам. Чуть позже практика показала правильность подобной стратегии.
Спустя три недели после беседы с Ремци, окончившейся гибелью последнего, Маренциу ненавязчиво пригласил Павла в своё поместье на Армике, на ужин. И как бы мимоходом расспросил, как продвигаются поиски его бывшего конкурента. Юноша с абсолютно честным видом поведал, что Ремци он ещё не нашёл, зато обнаружил четверых его бывших подельников. Одного, правда, в непригодном к разговору виде. Разговор с Ралтом, его последующая гибель, а также ниточка, ведущая к Илнацу, остались за скобками.
В этом заключался определённый риск, - если Маренциу уже успел выяснить, что некто Ралт и есть искомый Ремци, то парня вполне могли повесить за ребро на крюк. В подвале этого же поместья. Но пронесло. Либо глава Синдиката ничего не знал, либо не счёл нужным прибегать к форсированным методам допроса. Дом работорговца Павел покинул вполне благополучно.
А потом наступило затишье. Надежды на Герджи не оправдались, - тот так и не смог выследить скрывающегося агента СИБ. Согласно последнему полученному от него сообщению, Илнац сел на рейсовый лайнер в Атранскую империю, но до пункта назначения не долетел. По крайней мере, если судить по документам и свидетельствам очевидцев. И на промежуточных станциях не сходил. И с тех пор ни слуху, ни духу. Павел выждал для верности ещё две недели, а потом связался с Жанной.
Журналистке парень поведал следующее. Во-первых, бывший торговец Ремци сменил имя на Армике и стал Ралтом. Кто ему при этом помогал, юноша не сообщил, но намекнул, что тот человек, фото которого его знакомая присылала, действительно мог приложить к этому руку. Имя этого человека парень также раскрывать не стал. Зато сказал, что, возможно, он теперь находится где-то на территории Империи. Это было во-вторых. Ну а, в-третьих, поговорить с Ралтом, по его словам, к сожалению, не получилось. Мол, за два дня до прилёта Павла на станцию "Кедар" бывший работорговец, увы, скончался. Что-то там у него с кораблём случилось.
В доказательство своих слов парень предъявил заверенную копию контракта на поиск Ремци, с отметкой об успешном выполнении, и официальное заключение о смерти Ралта, а также результаты генетической экспертизы биологических образцов, оставшихся от покойного, свидетельствующие о его настоящем имени. Последнее исследование по просьбе Павла провела служба внутренней безопасности корпорации "Кедар", - юноша действительно вернулся туда спустя пару дней. Главным образом, чтобы проверить, не наследил ли где. Жанна доказательства приняла и без звука оплатила пятнадцать тысяч, которые юноша запросил в возмещение понесённых расходов.
"Пашка! У меня сын родился! Назвали Михаилом! Будет Михал Михалыч! Приезжай к нам, отпразднуем!" "Пашенька, а у нас с Мишей маленький родился. Приезжай к нам в гости, будем рады!" "Паша, нужно встретиться и поговорить по поводу этого дела с торговцем. Я тут кое-что ещё нарыла". Эти три сообщения, от Михаила, Маши и Жанны, соответственно, одно за другим свалились ему на нейросеть в течение всего двух дней. Но самой первой пришла записка от Милу. В ней его начальница сообщала, что инспектор Сштаарс временно нейтрализован, и Павлу вместе с кораблём можно вернуться в Империю. Давно пора, на самом деле. Павел уже два с половиной месяца болтался по Фронтиру.
