Когда они оказались всего в нескольких сотнях метров над входом в их туннель, Руиз вынул телескоп и стал всматриваться вниз, в противоположную от них сторону стены, где и находился вход. Он подстроил фокус и увидел Чоу, которая стояла у края туннеля с легкомысленно откинутым забралом шлема и приветственно махала рукой. Разрешающая способность телескопа была слишком невелика для Руиза, чтобы он мог разобрать, какое выражение лица было у нее.
Руиз свернул телескоп и повесил его на комбинезон.
- Дерьмо собачье! - сказал он.
- Что?
- Мне кажется, сестер нет в живых - а это означает, что нас поджидает Публий. Но, по крайней мере, он не убил нас, как только завидел. Он любит смотреть на мучения жертв. Это одна из его самых больших слабостей, и в один прекрасный день она приведет его к гибели, как я надеюсь.
Руиз покусал губы, потом настроил свой шлемофон на длинноволновую передачу.
- Публий? Ты меня слышишь? Если ты меня сейчас убьешь, ты пропал. Я не поверил ни на миг в представление Чоу - и она, и ее сестра были в последней степени агорафобы.
Прошло несколько секунд. Потом Чоу отступила назад и упала мягко, словно кукла.
- Что ты хочешь сказать этими словами, что я пропал? - Публий говорил напряженным шепотом. - Ты теперь мой, Руиз. Ты никуда не денешься. Если ты повернешь обратно, наверх, мне достаточно только связаться с моим новым Юбере, и он перехватит и прикончит тебя. Или, может быть, я просто выстрелю запаховый искатель, чтобы он тебя нашел, хотя мне очень не хотелось бы портить свой новый поезд трупами.
Руиз вздохнул. Как он и надеялся, самое плохое было позади. Ничто не давалось легко с такими чудовищами как Публий - этот создатель монстров вполне мог помериться с ним хитростью, и, может быть, даже превосходил его в этом. Он глубоко вздохнул и вынул свой пистолет из сапога, маленькую штуковину, которая стреляла бронебойными большими пульками. Пульки, попав в тело, взрывались. Он приставил дуло к своему виску так, что при нажатии курка его мозг обратился бы в такую кашу, что даже Публий не смог бы просеять ее на предмет выделения памяти.
Голос Публия переполнял его шлем.
- Какой же ты дурак. Неужели ты думаешь, что мне важно, смогу я порезать тебя на игрушки или нет? Или что мой маленький генчишка взорвется, когда взорвешься ты? У меня кое-что побольше поставлено на карту. Я просто-напросто соберу несколько клеточек и отклонирую, чтобы потом повеселиться.
- Это будет очень даже здорово, - сказал Руиз. - Но ты все еще ничего не понял. Ты уже пробовал связываться с Юбере?
- Нет, - сказал Публий, и в голосе его зазвучала самая крохотная нотка неуверенности. - А что? Неужели ты потерпел фиаско? А если и так, то почему бы мне тебя не убить? И кстати, где мой генч?
Руиз с удовлетворением отметил, что Публий, видимо, не вламывался в подлодку.
- Я оставил его в подлодке.
- Неужели? Вот уж неосторожно с твоей стороны.
- Нисколько. В первую очередь, как мог ты быть настолько глуп, чтобы решить, что я не понимаю, что для тебя одним гончем больше, одним меньше никакой разницы. Во-вторых, на мне больше нет твоего бешеного ошейника. В третьих, я воспользовался генчем, чтобы кое-что добавить к твоей куколке. Убей меня - и ты никогда не получишь возможности использовать твою марионетку, даже если он сейчас сидит в контрольной рубке своей крепости, командуя всем, чем можно.
Последовало страшное зловещее молчание, которое прерывалось только тяжелым дыханием.
Наконец Публий заговорил, и его голос был полон холодного сдерживаемого бешенства, которое напугало Руиза больше, чем все хвастливые угрозы.
- Почему я должен тебе верить?
- Свяжись с Юбере.
- А если ты провалился, и там сидит настоящий Юбере? Тогда настоящий узнает, кто действовал против него, и даже я не хотел бы оказаться лицом к лицу с Юбере в открытой войне.
- Вот вождь какая проблема, а? - Руиз старался изо всех сил говорить холодным равнодушным тоном.
Прошло еще время, а поезд тем временем полз все ближе и ближе к туннелю.
- Что мне делать? - спросил он Олбени.
Руиз перевел коммуникатор на близкое действие, чтобы он мог говорить с Олбени так, чтобы его не слышал Публий.
- Ничего. Или он больше нуждается в той каше, которую он заварил с Юбере, чем в мести - или мы уже покойники. Или хуже. Может быть, тебе лучше было бы снести себе башку энергометом или прыгнуть к генчам в яму, чем позволить Публию взять тебя в восстановимом состоянии.
- Он такой гад?
- Еще хуже.
Они приближались к туннелю, и Руиз уменьшил скорость, держа пистолет наготове возле виска. Они проскользнули и остановились прямо под входом в туннель. Стали ждать.
Из туннеля донесся страшный звук. Это не походило на звук, какой могло издать человеческое существо. Похоже было, что какой-то хищник, лев или огромный страшный медведь, начал таким образом рычать. Сперва Руиз не мог понять, откуда такой звук может исходить, однако потом сообразил, что Публий получил подтверждение слов Руиза и теперь ревел от ярости.
Звук внезапно прекратился. Огромный робот-убийца с потрепанным и пораненным панцирем подполз ко входу в туннель и спустил вниз кабель с магнитными пряжками на конце. Руиз поднял руку, поймал пряжку и пристегнул ее к груди комбинезона.
Олбени посмотрел на него и побледнел.
- Хорошо ли ты подумал, Руиз? - голос его дрожал. Казалось, Олбени потерял свою веселую браваду перед лицом чудовищного гнева Публия.
- Я не знаю, какой у нас еще есть выбор, Олбени. Там, внизу, - генчи, вверху - люди Юбере, которые, вероятно, начинают уже удивляться, что такое случилось с их хозяином. Они станут нервничать и искать ответы на вопросы, а ответов у нас нет.
- Наверное, ты прав, - сказал с сомнением Олбени.
- Не знаю насчет этого, но у меня есть небольшая возможность шантажировать Публия, который всем сердцем увлекся этой кашей с Юбере. Не думаю, что он попытается нас убить, пока у него есть надежда, что этот его план еще сможет сработать.
Олбени поглядел вверх на робота-убийцу.
- Надеюсь, эта овчинка стоит выделки, - сказал он.
Он пристегнул кабель к своей броне, и робот стал подтягивать их вверх.
18
Чоу лежала, как куча тряпья, теперь на ее броне были видны наспех заделанные дыры. Прибор из сплава и черного пластика, прикрепленный к ее спине, был трупоход, который Публий использовал, чтобы заставить ее тело двигаться как приманку, когда попытался завлечь их в туннель тихонечко.
Робот-убийца вел их дальше в туннель, и они прошли мимо тела Мо, вжавшееся в угол между полом и стеной, словно она и умерла-то, насмерть перепуганная глубиной дыры.
Публий устроил небольшой лагерь подальше от ямы и ее вони. Теперь он сидел за складным туристическим столом, скорчившись над своим обедом, вглядываясь в картину на экране видеосвязи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
