Читаем без скачивания Корпорация Томб райдерс (СИ) - Алексей Ракитин

   Но наконец-то у меня под ногами стало светлее - это человек, ползший по тоннелю, посвечивал себе фонариком. Вот белый круг появился на противоположной стене - значит неведомый гость скоро появится. И точно - через пару-тройку секунд я увидел под ногами голову и плечи ползущего человека.

   Нагнувшись, я жёстко схватил его обеими руками за шею и рванул вверх, громко выдохнув : "А-а !" Этот простейший звук служил сигналом для действий моих товарщей - Прохор бросился к дёргавшемуся в моих руках пленнику и выхватил из его рук фонарь, а Мевер, подсев пониже, послал в освободившийся тоннель блок песчаника. Вопль гнева и боли, донёсшийся оттуда, возвестил, что камень нашёл свою цель.

   Удерживая корчившегося мужчину в руках ( его восемьдесят килограммов не вес для меня !), я спрыгнул с камней, освобождая тем самым подход к коридору. И после камня, пущенного Мевером, туда полетели блоки, которые держали в руках охранники пирамиды. Грохот камней, застучавших о стены и друг о друга, показался мне настоящим обвалом, думаю, того же мнения остались и люди в коридоре. Одного или двух летевшие блоки должны были серьёзно травмировать или даже убить, остальные же должны были решить, что в узком коридоре рухнул потолок.

   Я бросил пленника на пол лицом вниз и придавил сверху коленом. Тот крутил головою, пытаясь увидеть меня. Проша направил в лицо лежавшему свет фонаря и я понял, что в мои руки попался Первый. Расчёт, стало быть, оправдался !

   Признаюсь, не стал я отказывать себе в маленьком удовольствии и с чувством ударил поверженного противника раскрытой ладонью в ухо - не с целью травмировать, а сугубо для того, чтобы он задумался о природе страданий. Первый пискнул ; в эту минуту он явно был деморализован всем случившимся.

   Терять время не следовало, наша фора не превышала двух-трёх минут. Как только снайпера снаружи будут предупреждены о похищении командира, мы с Прошей просто-напросто не сможем выйти из пирамиды !

   Первым делом я забрал пистолет Первого, цинично оборвав страховочный ремешок. Считается, что оборвать его очень трудно, но только не мне и не в ту минуту ! Затем я перевернул бывшего начальника на спину ( тычок в солнечное сплетение ) и снял с него узкий ранец-тубус с лазерным маяком. После чего принялся ощупывать карманы его разгрузочного жилета в поисках карточки с микрочипом. Тут я немного запаниковал, потому что её мне не удалось отыскать сразу. Усилием воли подавив нараставшее волнение, я принялся по второму разу ощупывать карманы. Наконец, ключ-карту я нашёл в заднем кармане штанов пленника ; карман этот я, разумеется, тут же оборвал и завладел ценным трофеем.

   Покуда я прятал ключ-карту и одевал себе на спину рюкзак с маяком, Первый проблеял :

   - Ять, это ты, что ли ?

   - С Прошей, представь себе !- я позволил себе ухмыльнуться.

   По коридору носились охранники, подтаскивая камни из западного склепа и забрасывая ими наклонный тоннель. Звуки их падения вибрировали и усиливались внутри коридоров и камер так, точно мы находились внутри оргАна.

   - Но ч-чёрт побери, как ты тут оказался ?!- простонал Первый, едва не заплакав. Видимо, богатое воображение уже нарисовало его невесёлую будущность в этом мире.

   - Долгая история ! Нет времени рассказывать,- отмахнулся я.

   - Ты хочешь захватить "яйцо" и бросить нас тут ? У тебя ничего не выйдет ; для активации протокола отзыва нужно знать пароль ! Не оставляй меня тут, возьми с собою,- взмолился Первый.

   - А как же твои коллеги в тоннеле ?- признаться, я поразился цинизму своего бывшего начальника. Вроде бы, пора уже было привыкнуть, но нет, я не привык !

   - Да плевать, пусть сами выбираются, как хотят. Не оставляй меня, без меня ты не сможешь даже сесть в "яйцо" !

   - Уж я смогу, ты не сомневайся !- тут я захохотал и смех мой был вполне искренним.- Так что оставляю тебя на расправу храмовой охране ! По просьбе Прохора и от себя лично хочу лишь сказать тебе последнее "спасибо" и "adios, canalies !"

   И я с чувством врезал Первому в переносицу, да так, что он кровавыми соплями из носа отсалютовал в потолок. Первый отправился в полноценный глубокий нокаут, а мне было с ним не по пути...

   - Мевер !- позвал я египтянина. Когда старик приблизился, я вынул из кармана пару колец, взятую в пирамиде Аменемхета Первого, и вложил ему в ладонь. Затем обнял за плечи, выражая тем самым своё чувства приязни и благодарности, и указал на лежавшего ничком Первого. Провёл пальцем по горлу, давая понять, что с пленником можно не церемониться.

   Прохор понял, что я прощаюсь и тоже подошёл к египтянину.

   - Пока, Мевер !- сказал мальчик, взяв его правую ладонь в свою руку и с чувством пожав.- Ты всегда поил меня свежей водой, спасибо !

   Мы помчались по коридору прочь, на выход. Достигнув его конца, стали на четвереньки и, стуча о камни коленями и ладонями, побежали по наклонному ходу наверх. Этот участок был очень неудобен для движения : первая его половина поднималась под углом примерно двадцать пять градусов, а наклон второй увеличивался до тридцати. То есть крутизна коридора по мере продвижения к выходу возрастала. Выпрямиться внутри тоннеля высотой метр десять было невозможно, из-за чего весь путь нужно было преодолеть на четвереньках и притом в максимальном темпе.

   Наверх мы вылезли буквально взмыленные. Но если пройденный участок пути был просто неудобен, то предстоявший - по-настоящему опасен. Выход из западного тоннеля находился на высоте тридцати с лишком метров - это уровень одиннадцатого этажа. Вроде бы и немного, мы могли бы спуститься по верёвке, но главная опасность заключалась не в высоте даже, а в том, что нас мог подстрелить снайпер, прикрывавший подходы к северной грани пирамиды. Чтобы попасть в "мёртвую" для обстрела зону, нам с Прошей следовало оказаться на южной стороне. Чтобы сделать это максимально быстро я в предыдущие дни провёл кое-какую подготовку. По моему приказу один из жрецов при помощи специальных медных крючьев поднялся на вершину пирамиды и закрепил там конец каната. Другой конец завели в отверстие западного коридора. Я рассчитывал пробежать по грани пирамиды, держась руками за канат.

   Мы всё не раз уже отрепетировали с Прошей, но тем не менее сейчас я ощущал себя не в своей тарелке. Развлеченьице предстояло ещё то !

   На самом выходе из тоннеля мальчик сел мне на плечи и я прижал его ноги к торсу плечами ; такое размещение позволяло мне контролировать положение его тела. Отвязав канат от каменного блока, я вцепился в него правой рукой и полез наружу, вон из пирамиды.

   Ветер пустыни обдал лицо холодком. Ущербный месяц заливал всё вокруг ровным молочным светом. Белый песчаник облицовки, наклонной стеной уходивший вверх и вниз, казался покрашенным мелом. Я ясно видел стену, окружавшую пирамидный комплекс ; тень, отброшенная ею, казалась прорисованной углём. Пустыня просматривалась на многие километры ; там можно было различить мельчайшие расселины и кучи щебня. Долину и канал я видеть не мог - они находились с восточной стороны пирамиды.

   Я осторожно вылезал из тоннеля. Вот левая рука потеряла опору и я поспешно схватился ею за канат. Теперь я держался за него обеими руками и эта зыбкая опора приняла на себя основной вес моего и мальчика тел. Канат завибрировал, пошёл волной. Я покрепче уперся коленями в камень и толкнул себя вперёд, точно ныряя в воду.

   - Держись, Проша !- сказал я мальчонке.

   - Держусь, дядя Глеб...- он двумя руками охватил мою голову, за лоб и нижнюю челюсть.

   Я стоял, упираясь ногами в наклонную грань огромной пирамиды на высоте тридцати с лишним метров над землёю. На плечах моих сидел мальчик, в руках я сжимал канат, который только и мог гарантировать наше спасение. И я помчался со всех ног к юго-западному ребру пирамиды, от которого меня отделяли шестьдесят ( если не больше !) метров.

   Расчёт мой строился на том, что снайпер просто-напросто не увидит моего стремительного забега, а если и увидит, то не поймёт, что же именно он видит. Всё-таки нас разделяли почти двести метров ! Мне надо было выиграть всего-то десять-пятнадцать секунд, а там я перескочу на южную грань и меня уже никто не достанет !

   Этот забег оказался самым невероятным в моей жизни. Я преодолел нужное расстояние на одном дыхании. Очутившись на ребре пирамиды, я на секунду остановился, пытаясь охватить взглядом удивительную панораму, открывшуюся мне : небольшую южную пирамиду, соседку Ломаной, широкую мощёную площадь между ними, стену, долину на юге и востоке, начинавшуюся за стеной. Это было по-настоящему потрясающее зрелище. Хотя, допускаю,что восприятие увиденного сильно зависело от ракурса, под которым я на всё это смотрел.

   Очутившись на южной грани пирамиды, я начал спускаться вниз. Теперь можно было уже не спешить, здесь нас никто подстрелить не мог. Только спустившись во двор и сняв с плеч Прохора, я почувствовал усталость в руках и плечах, но сознание того, что мы не можем растрачивать полученную фору, погнало меня вперёд.