шутки амфибос.
— Ничего, ничего, это мы позже обсудим, — сказал Лёха и принялся оглядываться в поисках официанта. — А сейчас, действительно, надо водочки выпить. Хоть в пять утра это совершеннейшая дикость, но отмечать окончание наших приключений киселём и кофе — вообще за гранью моего понимания.
Ковалёв заметил официанта и махнул ему рукой.
— Закажи и мне тогда пятьдесят граммов, — неожиданно сказал Жаб. — Поддержу вашу традицию — пить эту странную неприятную жидкость по праздникам.
— Да ты просто на глазах становишься человеком, друг мой! — радостно вскричал Лёха и обратился к подошедшему официанту: — Принеси нам, братишка, водочки холодненькой граммов триста и блинчики с чёрной икрой! Праздник у нас сегодня!
Глава 24. Выпуск
— Я, Иван Ковалёв, принимая торжественную присягу и вступая в ряды офицеров Армии Тропоса, клянусь соблюдать Конституцию Федеративной Республики Тропос и Кодекс Пятой Конфедерации, служить своему Отечеству до последней капли крови, способствуя его величию, славе и процветанию! Клянусь быть честным, храбрым, добросовестным, стойко переносить все тяготы и лишения воинской службы, не щадя жизни ради блага Отечества, как этого требует мой долг офицера и гражданина!
Иван стоял посередине плаца и зачитывал текст присяги. Перед ним на покрытом красной скатертью столе лежали две книги: Конституция Тропоса и Кодекс Пятой Конфедерации. Слева примерно в двух метрах от новоиспечённого офицера стоял знамёнщик со знаменем училища и двумя ассистентами. Справа — начальник училища. Позади красивым ровным квадратом выстроились остальные курсанты-выпускники.
Слева от выпускников стояли ещё три квадрата — первые три курса. Справа, выстроившись в шеренгу — командиры и преподаватели. Сразу за ними расположился оркестр училища. Все были в парадной форме и отличном настроении.
На противоположной стороне плаца на специальной трибуне сидели гости, в основном родственники выпускников, в том числе и отставной командир штурмового отряда специальной бригады быстрого реагирования Армии Тропоса Алексей Ковалёв. Джия передала Лёхе просьбу Ивана — тот очень хотел, чтобы отец пришёл на официальную церемонию в форме. Ковалёв не смог отказать сыну, благо Джия после развода сохранила все вещи, которые бывший муж не забрал из их общего дома, в том числе и его парадную форму со всеми боевыми наградами. И Лёха надел эту форму впервые с того дня, как вышел в отставку.
Иван произносил текст присяги, а Ковалёв про себя проговаривал за сыном каждое слово. Когда-то он сам точно так же стоял на плацу и клялся быть храбрым и добросовестным. Лёха понимал, насколько это событие важно для Ивана, и невероятно радовался, что не подвёл сына. Ковалёв сдержал слово. Он успел. Он разобрался с Бронкхорстом за два дня до выпуска в училище.
Глядя на сына, Ковалёв вспомнил, как в своё время маленький Ванька, натягивая на себя что-либо из отцовской формы, заявлял, что непременно станет военным. Джия тогда смеялась и говорила, что на их семью военных хватит. А Ванька хмурился и отвечал, что хочет быть как папа. И вот теперь бывший штурмовик смотрел, как его повзрослевший и возмужавший сын принимает присягу и становится офицером.
Лёха с удивлением обнаружил, что по его щеке покатилась слеза. Такого с суровым военным не было давно. Если не считать газовой атаки аборигенов во время зачистки Азелора, после которой у всего отряда почти сутки текли слёзы и чесались глаза, то в последний раз Ковалёв плакал в восемь лет, когда соседский мальчишка взял покататься новенький Лёхин велосипед и сломал его так, что тот не подлежал восстановлению.
Ковалёв утёр слезу и улыбнулся. Было хорошо и спокойно. Происходящее казалось каким-то удивительным приятным сном и очень хотелось, чтобы сон этот продолжался как можно дольше.
Лёха понимал, что уже через несколько дней он будет вновь бороздить просторы Обитаемого Пространства галактики № 15-М-99 в поисках работы и приключений. И ему опять будет не хватать Ивана и Венлинг. Ему будет не хватать Джии, с которой они наконец-то по-настоящему помирились, но так и не смогли найти нужных слов, чтобы договориться начать всё заново. Будет не хватать верного товарища Жаба, который уже готовился стать полковником королевской гвардии Далувора. И даже вечно суетящегося адвоката Носка, к которому Лёха уже успел привязаться и который так и не вышел на связь после их расставания.
Но всё это ожидало бывшего штурмовика лишь через несколько дней, а сейчас, переполненный гордости и радости, он смотрел, как Иван принимает присягу, утирал с щеки слезу и ему казалось, что у него есть семья. Пусть временно, пусть ненадолго, но всё же семья. Джия обнимала бывшего мужа, радуясь вместе с ним за сына, тесть впервые за долгие годы смотрел на Лёху с уважением, тёща не пыталась сжечь взглядом, что уж говорить о Венлинг — она казалась абсолютно счастливой оттого, что папа был рядом.
Иван дочитал текст присяги. Начальник училища пожал ему руки и персонально поздравил, после чего новоиспечённый офицер вернулся в строй, а его место занял другой выпускник.
Примерно за полтора часа присягу принял весь выпускной курс. Начальник училища ещё раз поздравил всех со столь знаменательным событием и произнёс слова напутствия. После этого оркестр заиграл гимн Тропоса, и все четыре курса торжественным маршем прошли по плацу. На этом официальная церемония закончилась.
— Ну что ж, поздравляю всех с ещё одним настоящим офицером в нашей семье! — произнёс Лёхин тесть, едва умолк оркестр. — Предлагаю сейчас дождаться Ивана и всем вместе отметить это событие! Надеюсь, ни у кого нет каких-либо планов на сегодняшний день?
Сказав это, Тонг посмотрел на бывшего зятя. Венлинг схватила Лёху за руку и тоже попыталась заглянуть ему в глаза.
— Особых планов нет, — ответил Ковалёв. — Разве что переодеться надо. Ходить по ресторанам в форме я не готов.
— А зачем нам рестораны? — сказал тесть. — Я думаю, дома будет лучше. Посидим по-семейному, поздравим Ивана, поднимем бокалы в его честь.
— Ну если не заставите меня наполнять эти бокалы, то я не против. А то я до сих пор не изучил, из какой посуды, что пить.
— Можем взять пива, — ответил тесть улыбнувшись. — Там всё понятно с посудой.
— Пива? — переспросил Лёха. — А в чём подвох?
— Нет никакого подвоха, я сам люблю пиво.
— Нет уж! — воскликнула Джия. — Вот вы вдвоём пиво и пейте! А я в такой день собираюсь пить только шампанское!
— Договорились! — ответил
