— Вот и проследишь, выяснишь, кто он на самом деле.
— Как пожелаете, хозяин.
До города добрались без происшествий. Утро нового дня развеяло неприятный осадок воспоминаний. Заботы вытеснили тяжелые мысли. Жизнь брала свое. Истории Лерста, полные невероятных приключений, слушали с интересом уже все в обозе. Забавный парень оказался их новый спутник. Немного чудаковатый, но увлеченный путешествиями, сказками и былинами. Ард нашел в нем родственную душу. Лерст был старше его на семь лет, но когда они погружались в беседу или спорили о дальних землях и прославленных героях — разницы в возрасте не ощущалось. Сказитель выглядел худощавым, даже отощалым. Не хватало на него Пэг с ее пристрастием накормить всякого голодного. Уж под приглядом кухарки вес быстро набрал бы. А то глядеть жалко. Тонкие руки, щуплая высокая шея, ввалившиеся щеки, ребра выпирают, хотя поесть сказитель любил. И сытно. Парень постоянно что-то жевал: то сухарь, то сорванную с куста ягоду, то подобранную с земли дичку-грушу. Когда ни спроси, Лерст не отказывался перекусить, даже если трапезничал совсем недавно.
— Не в коня корм, — изрек Херидан, которому хватало порой на весь день трех сухарей и узкой полоски сушеного мяса.
Пард постоянно сокрушался, что шалопутный сказочник съел все запасы, и на обратную дорогу придется покупать новые. Однако в пути от голода никто не умер. В Мерте, хорошенько подкрепившись в одной из харчевен, все разошлись по своим делам. Ард с охранниками поехал за товаром, Рэйхе с Сайнарией отправились на поиски мастера скрипок. Лерст в библиотеку.
В порту можно было заблудиться, но помня наставления дяди, Ард быстро нашел нужный склад и отвечающего за товар смотрителя — толстого как бочка, с обвислыми до груди усами Каяда Али. Тот для приличия поворчал, что задержались. Еще день-два и ушел бы бесценный груз в другие руки, уже и покупатель приходил, цену лучшую давал. Не держи договор с Элдмаиром — давно сбыл бы с рук. При виде вложенной в ладонь монеты смотритель стал более услужлив и улыбчив. Засуетился, распахнул с поклоном двери склада.
— Достопочтенному Элдмаиру всегда рад услужить. А ты, значит, племянником ему приходишься? Похож, похож на дядю. Хватка купеческая чувствуется.
Ард отсчитал остаток оплаты, забрал товар и, поспешно распрощавшись, уехал. Херидана с охранниками и грузом он отправил обратно в харчевню, сам решил пройтись по городу, поискать жену с Сайнарией. Поспрашивав людей, узнал, что изготавливающий скрипки и прочие музыкальные инструменты мастер в Мерте всего один, да и у него товар не особо в ходу. Редко кто покупает. Инструменты делает хорошие, но характер скверный. Захочет — продаст, захочет — откажет покупателю. И как концы с концами сводит при своем ослином упрямстве?
Узнав, где находится лавка, юноша направился в ее сторону. Не успел подойти к дверям, как на крыльцо выскочила разгневанная Сайнария, немного ошеломленная Рэйхе плелась следом. «Не сторговались», — понял сразу Ард. Но все равно спросил, словно не заметил состояния женщин:
— Купили скрипку?
— На старой поиграю, — буркнула Сайнария.
— Он сказал, что нам разве что в бубен бить, а не такого возвышенного инструмента касаться. К нему за скрипками из других земель приезжают, и он не опозорит свое имя мастера, опустившись до продажи бродяжкам своих творений. Это не деревянные бездушные ящики, как у циркачей, на которых и медведи способны бренчать. Его скрипкам сердцем внимать надо, — выложила все без утайки Рэйхе. — Он нас даже слушать не стал, на деньги не глянул, выгнал из лавки.
— Понятно, — Ард поддел носком сапога валявшуюся на мостовой луковицу, взял под руку Сайнарию, потянул за собой.
— Пойдем-ка обратно.
— Ноги моей больше не будет в лавке этого брюзжащего козла!
Но Ард был настойчив, и женщинам пришлось войти вместе с ним в помещение.
Лавка оказалась крохотной, но ее размеров вполне хватало, чтобы представить зашедшему покупателю весь ассортимент изделий. Знающему человеку хватило бы одного взгляда оценить отличное качество товара. Ард знающим себя не считал, даже многие выставленные на показ инструменты видел впервые, а названия тем более не слышал. Однако ума хватило понять по качеству работы, точным линиям, идеальным изгибам инструментов, блестевшему лаку, что вышли они из-под руки великого мастера.
— Доброго здоровья, хозяин, — поклонился юноша старику маленького росточка с пышной седой шевелюрой, наряженному в длинный черный фартук поверх серой рубахи и зеленых штанов.
— И тебе здравствовать, добрый человек, — ответил мастер. Поправив круглые очки на толстом носу, сердито глянул на переминающихся за спиной Арда женщин. — А вы чего тут забыли? Сказано — убирайтесь, бродяжкам не подаю.
— Они со мной. И нам нужна скрипка. Хорошая, достойная этой женщины, — юноша вытолкнул вперед Сайнарию.
Старик презрительно фыркнул.
— Ей разве что на кожаной флейте играть, на большее не сгодится.
Скрипачка вспыхнула.
— Нет в этой лавке достойного инструмента. Если в душе грязь, даже талантливые руки не создадут красоту. Разве только колокольчик на шею коровам или трещотку, разгонять ворон.
— Да как ты смеешь, дрянь, судить о том, в чем не разбираешься?! — взъярился хозяин, потрясая кулаком. — Да я… да мои инструменты…
Ард запихнул себе за спину Сайнарию, собирающуюся ляпнуть еще что-то резкое старику.
— Она погорячилась. Мы извиняемся. Но и вы не правы. Не достойно истинного мастера оскорблять покупателей и судить о них по одежке. Мы бы обратились к другому торговцу, но нам сказали, что лучшие скрипки здесь. Прежде, чем вновь откажете, послушайте, как моя родственница играет. Сочтете игру плохой — уйдем.
— У меня нет времени выслушивать всякое бряцанье, выдаваемое за музыку, — отрезал хозяин. Показывая, что разговор окончен, повернулся и, пришаркивая, направился в другую комнату, но тут, под требовательным взором Арда, Сайнария достала свою скрипку и заиграла. Старик замер. Так и стоял к ним спиной, пока музыка не оборвалась. Потом медленно обернулся, оперся ладонью на стул, поглядел на хмурую женщину, с рассохшейся скрипкой у плеча. Неопределенно кивнул и молчком удалился в соседнюю комнату.
— Хватит с меня. Ничего он не продаст. Пошли, — потянула Сайнария к двери Арда с Рэйхе.
Они вздохнули, двинулись за ней.
— Постойте. — Из комнаты появился мастер, неся черный футляр. Бережно опустив на прилавок, раскрыл трепещущими пальцами. Внутри находилась скрипка. Но какая! Даже Ард с Рэйхе затаили дыхание при виде такой красоты. В футляре лежал не инструмент, а сама богиня музыки. — Ее зовут Душа. Когда-то сделал для дочери… Но смерть перечеркивает порой наши мечты. Вы так играли… Никогда прежде не слышал ничего подобного. Словно вновь обнимал дочь, видел родные глаза, слышал смеющийся голос. — Старик подвинул скрипку Сайнарии. — Она ваша. Вы заставите ее запеть так, как не пела еще ни одна скрипка в мире. В ваших пальцах колдовство — и они достойны вдохнуть его в Душу.
