Вокруг сновали люди, и Элизабет увидела, как лорд Леннокс, в попытке сохранить хоть какое-то благоволение монарха, поспешно вышел за королем. Солдаты гарнизона и все остальные вернулись к своим обязанностям.
Когда Деймиен, Ричард, Джон и еще несколько тамплиеров направились к ним, Элизабет на мгновение отошла от Александра, чтобы они могли принести ему свои поздравления. Она почувствовала, как на глаза навернулись слезы счастья, когда увидела обнимающихся Деймиена и Александра.
После всех поздравлений тамплиеры отошли, и Александр остался с Элизабет наедине.
Она просто смотрела на него, не веря своему счастью. Не было слов, чтобы выразить переполнявшие ее чувства. Александр жив, король помиловал его, ничто не могло разлучить их снова.
– Вам удалось сделать это, леди.
– Что? – прошептала она, глядя на него с улыбкой.
– Превратить самые опасные обвинения в ничто. – Он улыбнулся шире, наклонился и еще раз поцеловал ее в губы. Затем снова посмотрел ей в глаза. – И хорошо, что вы на этот раз применили свое умение против короля Шотландии, а не против меня.
– Мошенник, – произнесла Элизабет с любовью и отвела с его глаз непокорную прядь темных волос.
– Ты спасла меня, Элизабет. Если бы не твоя настойчивость… – Александр замолчал.
Элизабет поняла, о чем он подумал: он попал в передрягу, и, хотя кризис миновал, ему не просто было об этом говорить, несмотря на то что он старался держаться все время достойно.
– Ничего, Александр. Ты тоже не раз спасал меня.
– За это надо надлежащим образом заплатить, – произнес Александр с таким дьявольским блеском в глазах, что сердце забилось быстрее.
– Я имела в виду не это.
Она осторожно обняла его за шею, стараясь не касаться раны, и поднялась на цыпочки, чтобы еще раз поцеловать. В этот поцелуй она вложила всю свою страсть и любовь. Александр тихо застонал и с нежностью прижал Элизабет к себе:
– Я рад слышать, что ты не прочь это обсудить.
Элизабет рассмеялась.
– Поскольку я могу тебе кое-что предложить, я хотел сделать это еще в часовне, но нас прервали.
– У меня есть собственные предложения, муж.
– Вот как?
Элизабет кивнула:
– Для начала могу предложить поиграть в мерелс.
– Это было бы интересно, жена, – пробормотал Александр. Наклонив голову, он поцеловал ее в шею. – А что еще?
– Мы можем еще раз поужинать в парке… Или совершить совместное омовение.
Сердце Элизабет дрогнуло от любви.
– Возможно, при одном условии.
Александр вопросительно поднял бровь.
– Что ты тоже будешь меня любить.
Он снова улыбнулся, и радость, которую она прочла на его лице, окрылила ее.
– Это легкое условие, Элизабет, – произнес Александр, – поскольку я буду любить тебя всю оставшуюся жизнь. Клянусь!
– Я полагаю, это была лучшая сделка из всех, которую мы когда-либо заключали, Александр д'Ашби, – произнесла Элизабет с улыбкой. – И для меня честь в ней участвовать.
Эпилог
Октябрь 1315 года
Стратнвсс-Мэнор, Кинроссшир
Для празднования это был прекрасный день.
Элизабет перевела взгляд с двери на слуг, которые несли яства, лавируя между гостями. Полным ходом шли последние приготовления к праздничному пиру в главном зале нового дома Ричарда и Мэг, однако ни Мэг, ни Ричарда нигде не было видно.
Мэг вышла посмотреть на новорожденную дочь, Энн, в чью честь был устроен этот пир. Элизабет также знала, что Ричард рано утром уехал вместе с Александром, Джоном и Деймиеном на церемонию объединения богатств тамплиеров, разделенных при вынужденном бегстве рыцарей из Франции почти восемь лет назад. Но Элизабет надеялась, оглядывая гостей, что они поспешат вернуться, в противном случае празднование придется начать без них.
Внезапно Элизабет увидела, что к ней приближается Эллисенд, супруга Деймиена. Это была настоящая красавица, с темными волосами, все еще стройная, хотя второй ребенок родился у нее всего несколько месяцев назад. Эллисенд улыбнулась и махнула Элизабет рукой.
Та махнула в ответ, глядя, как подруга двигается к ней через толпу.
– Я счастлива сообщить, что дети чувствуют себя довольными под присмотром няньки, – произнесла Эллисенд, подойдя к Элизабет. – Ваши двое играют в прятки с Грегори и Марджори. Мой малыш быстро уснул, благодарение небесам, хотя подозреваю, что он проснется и потребует, чтобы я снова его покормила.
– Без сомнения, – с улыбкой ответила Элизабет. – Надеюсь, мои мальчики не будут обежать Марджори.
Элизабет и Эллисенд повернулись – к ним приближалась Мэг. Ее слегка тревожная улыбка стала радостной, когда она по очереди пожала руки Элизабет и Эллисенд и чмокнула их в щеки.
– Итак, – произнесла Мэг, явно теряя надежду, – насколько я понимаю, мужчины еще не вернулись?
– Нет. – Элизабет постаралась перейти на ободряющий тон: – Но они могут появиться здесь в любой момент.
Мэг вздохнула:
– Видимо, мой муж опоздает на праздник. Он вечно опаздывает. Он почти что пропустил рождение Энн шесть недель назад, хотя обещал не задерживаться после того, как пропустил рождение Грегори семь лет назад. А теперь снова.
– Еще есть время, – со смехом произнесла Эллисенд и пожала руку Мэг. – Кроме того, вы можете вспомнить, что опоздание вашего мужа на рождение Грегори произошло из-за моего мужа.
– Александр тоже всегда опаздывает, – вставила Элизабет, кивнув. – Он обычно появлялся в последнее мгновение, когда его уже никто не ждет.
– Мы все, должно быть, малодушны, поскольку не надеемся на возвращение наших мужей, – произнесла Мэг и взяла за руку Элизабет.
– Но надо признать, что жизнь с ними никогда не была скучной. – Элизабет похлопала Мэг по руке.
И словно их разговор имел мистическую силу вызывать из воздуха тех, о ком они говорили, дверь в главную комнату распахнулась, и появились Ричард, Джон, Деймиен и Александр.
Элизабет затаила дыхание. Все проведенные вместе годы не уменьшили воздействия, которое оказывал на нее ее муж.
Мэг и Ричард вышли вперед, чтобы официально поприветствовать гостей, и празднование началось. Александр поймал взгляд Элизабет, и сердце ее дрогнуло. Элизабет почувствовала волну тепла, и у нее подогнулись колени.
Александр подошел к ней, чтобы заключить в объятия, и она прижалась щекой к его груди.
– Ты выглядишь еще восхитительнее, чем этим утром, когда я тебя покинул, – негромко произнес он.
Элизабет рассмеялась.
– Вы мне невероятно льстите, сэр, – мягко пожурила его Элизабет, – если вспомнить, что мы расстались на рассвете. Я была не причесана, глаза слипались, а об одежде и говорить нечего.
