Читаем без скачивания Пришельцы из космоса - Тим Шоукросс

Как и персонажи древнего фольклора, персонажи современных быличек часто имеют вид необычный. Как отмечал В.И. Санаров, «в описании внешности энлонавтов иногда четко видны черты, роднящие их с образом лешего, водяного или черта: покрытые волосами человекоподобные существа с рожками на голове и большими клыками или с зелеными лицами, красной кожей, с круглыми, как у рыбы, глазами». В то же время, по мнению специалиста по фольклору, подобные образы «не соответствуют духу времени. Поэтому в большинстве случаев энлонавты предстают в быличках как вполне нормальные люди пропорциального телосложения».

Как известно, некоторые герои традиционного фольклора (лешие, черти) «пропадали с глаз, стоило только перекреститься». Подобной способностью внезапно исчезнуть обладают НЛО, их пилоты и пассажиры. На протяжении полувека они старательно избегают открытой встречи с человечеством, ограничиваясь непродолжительными контактами с отдельными людьми, которые обрываются поспешным отлетом пришельцев и исчезновением НЛО в небе.

«Контакт» с пришельцем совершается по традиционному шаблону былички. В древних байках, если леший подсаживался в телегу, то никакая сила не могла ее сдвинуть с места. Теперь под воздействием НЛО выходит система зажигания автомобиля. Иногда, увидев пришельца, сам очевидец может окаменеть, лишившись сил, чтобы двинуться с места.

Парализовав волю человека, нечистая сила могла творить с ним что ей вздумается. Как и традиционные лешие, водяные, домовые и русалки, пришельцы постоянно занимаются похищениями людей. Элементы современности присутствуют в описаниях космического корабля, на борт которого захватывают рассказчика, а также в описании медицинских экспериментов, которые над ним проводят.

Как обычная нечисть, наводившая порчу на домашних животных, пришельцы не оставляют без внимания скот, принадлежащий людям: часто они вырезают части тела у коров для каких-то генетических экспериментов.

Наконец, В.И. Санаров обратил внимание еще на один существенный элемент традиционной былички, присутствующий в рассказах про НЛО — "вера в достоверность рассказанного. Вера в НЛО как в «персонаж отмечается даже тогда, когда рассказчик видел действительно реальный, земной объект… Рассказчики убеждены, что они встречались именно с НЛО и энлонавтами, ставшими, таким образом, новыми „персонажами“ в народных представлениях о потусторонних силах».

Диктат жанра делает рассказы о НЛО и пришельцах поразительно похожими друг на друга, лишенными индивидуальности. (Хотя, по мнению А. К. Прийма, эта жанровая стандартизация якобы говорит в пользу их истинности. Он пишет: «Объявлять их выдумками — нелепо. Сплошь и рядом люди, живущие в самых разных концах Земли, рассказывают одни и те же вещи. Зачастую их отчеты похожи как братья-близнецы». Очевидно, что автор книг о НЛО не признает наличия «бродячих сюжетов», присутствующих во всех анекдотах, сказках, драмах и многих других художественных произведениях.)

В целом пришельцы из баек так же сильно отличаются от представителей внеземных цивилизаций в научно-фантастических романах, как нечистая сила из баек от Мефистофеля из «Фауста» Гёте, Люцифера из «Потерянного рая» Мильтона и Дьявола, явившегося Ивану Карамазову. И это лишний раз подчеркивает, что отличия в изображении необыкновенного явления обусловлены разными жанрами художественного вымысла.

Однако при всей фантастичности баек в них может содержаться какая-то истинная информация. Тим Шоукросс терпеливо выслушивает вдохновенные сочинения Тангейта, полагая, что автомеханик мог хотя бы случайно привнести в свои байки какое-то зерно истины, например, про чистку архивов, которая на самом деле происходила в отношении документов 509-го авиаполка. Однако очистить подлинное от вымышленного в байке нельзя чисто механическим способом удаления фантазии, как это можно сделать в отношении безумных бредней. Тут требуется своеобразная «химическая очистка».

Для того, чтобы извлечь фактическую информацию, которая может содержаться в байке, следует разрушить ее жанровые рамки, то есть превратить ее из произведения устного народного творчества в нехудожественное, документальное. Пытливые расспросы «завравшегося» рассказчика действуют как химикаты на ткань его сочинения позволяют разложить его на составные части, среди которых может оказаться и известная доля истины. Из книги Т. Шоукросса следует, что Министерство ВВС CША разработало свою методику, с помощью которой историю о встрече с НЛО, изложенную в виде былички, можж было превращать в строго документальное свидетельство. «Химикатами», которые разъедают ткань устного творчества и преобразуют информационный остаток в документальные свидетельства, служат вопросы о размерах, фopме, скорости и других свойствах НЛО. Любая же попытка сохранить рассказ о НЛО и пришельцах в его первозданном виде неизбежно обрекает превращение даже подлинной информации в фольклорную историю.

Близко к байкам, порождавшим ложные сообщения о НЛО, находятся и розыгрыши, которые устраивали и продолжают устраивать люди, «потехи ради». Хотя А.К. Прийма не только отрицает возможность мистификаций в отношении НЛО и даже заявляет, что сама мысль об этом «не выдерживает критики», трудно отделаться от впечатления, что автор книги о НЛО, сопроводивший ее своими неудачными снимками, которые он выдает за бесспорные свидетельства наличия необъясненной наукой энергии, принадлежит к отчаянным шутникам и любителям розыгрышей. История последнего полувека свидетельствует: чем сильнее разыгрывались страсти вокруг НЛО во время очередного приступа тарелкомании, тем активнее были любители подшутить над ближними. Как пишет Т. Шоукросс, в разгар «тарелкомании» шутники монтировали «летающие тарелки», а один розыгрыш стал предметом дискуссий ФБР и ВВС.

В отличие от байки, автор которой ограничивал сферу межпланетного контакта своей личностью и не мог предъявить в пользу этого контакта никаких зримых свидетельств, творцы розыгрышей создавали впечатление о том, что инопланетяне оставили всему человечеству осязаемые следы своего пребывания и порой предлагали миру соответствующие вещественные доказательства.

Один из наиболее известных розыгрышей, в ходе которого обыгрывалась тема вторжения из космоса, был предпринят почти за девять лет до сообщения Кеннета Арнольда известным актером и режиссером Орсоном Уэллесом. Хотя впоследствии Орсон Уэллес не раз напоминал о том, что внимательный радиослушатель мог догадаться, что передается фантастическая постановка, значительная часть радиоаудитории не подозревала, что 30 октября 1938 года по радио транслировалась модернизированная версия романа Герберта Уэллса «Война миров». Постановка открывалась прологом, с которым выступил ее автор. Орсон Уэллес говорил: «Это было в конце октября. Деловая активность возрастала. Ужасы войны остались позади. Все больше народу возвращалось к труду. Развивалась торговля. В тот вечер, 30 октября, по подсчету „бюро Кросли“, 32 миллиона человек слушали радио». Пролог, с которым выступил Орсон Уэллес, был нарочито неясным, и многие слушатели не поняли, что, говоря о «прошедшей войне» и «конце октября», актер имел в виду не страх перед мировой войной, охвативший почти весь мир в сентябре 1938 года, и не конец октября 1938 года.

Речь Уэллеса прервалась диктором, который говорил: «…В течение ближайших суток температура воздуха остается без изменений… Максимальная температура 66 градусов, минимальная 48 градусов (по Фаренгейту. — Прим. автора.). Мы передавали прогноз погоды на завтра, подготовленный Государственным метеорологическим бюро… Сейчас включаем студию „Отель парк плаца“, откуда будем передавать концерт оркестра под управлением Рамона Ракуэлло».

Однако через несколько секунд концерт Рамона Ракуэлло был прерван. Диктор передал «экстренный бюллетень» о том, что обсерватория Mayнт-Дженнингс наблюдала «несколько взрывов раскаленного газа на планете Марс». Он сообщил, что «данные спектрального анализа свидетельствуют о том, что это водород и что он движется с огромной скоростью к Земле». Радиостанция вернулась к программе танцевальной музыки, которая была вновь прервана обращением Государственного метеорологического бюро ко всем обсерваториям: им предлагалось вести неустанное наблюдение за Марсом.

Затем последовали интервью с неким «знаменитым астрономом», профессором Пирсоном, которого играл сам Орсон Уэллес. Пирсон успокаивал радиослушателей, уверяя, что почти нет шансов на то, что на Марсе существует жизнь, и сообщая, что расстояние между Землей и Марсом «вполне безопасное».

После серии схожих информационных сообщений о «красной планете» неожиданно последовало «экстренное сообщение из Трентона (штат Нью-Джерси)». Диктор взволнованным голосом говорил: «…В 20 часов 50 минут огромный огненный предмет, похожий на метеорит, упал неподалеку от Гроверс-Милл, Нью-Джерси, в двадцати двух милях от Трентона. Вспышка была видна на небе в радиусе нескольких сот миль, а звук взрыва был слышен даже в Элизабете».