— Зуб даю, лисичка наша там! — потирая руки, пропел Иван.
Предполагаю, почему он сделал такой вывод. Ночной клуб — это, скорее всего, заведение вроде 'Веселой Коши' в Уасете. Если вспомнить, какой контингент посещал 'Кошь', то хитрюга бы отлично вписалась в обстановку.
По трем узким тропкам, сквозь заросли ведущим к клубу, собирались разные животные, странные лесные существа, зеленокожие стройные красавицы в полупрозрачных голубых платьях, старички ростом до колена обычному человеку, и даже на своей ступе пролетела над нами старая знакомая, баба Яга. Только на этот раз колдунья была не в джинсах и смешной маечке. На плечи она накинула многослойный черный плащ, разорванный чуть ли не в лохмотья, а из-под него виднелся расшитый роскошным бисером красный сарафан. Зато головной убор, черную бандану с черепом на лбу, старушка, явно подобрала по моде внешнего мира.
Долгий час мы пробирались вслед за остальными посетителями, запыхались так, будто целый день гребли против течения. Настолько тяжелым оказался крутой подъем в гору. Со стороны смотришь: вихляет себе черной летночкой узкая тропинка, бежать по ней, словно по равнине. А глянешь вниз, диву даешься, когда видишь верхушки сосен и покрывшуюся тьмой в свете наступающей ночи полянку. Отдышавшись, мы подошли ко входу в заведение, где, дымя как выхлопная труба, курила баба Яга. Выплюнув зажженную сигарету в ближайший куст, она вошла в казино, не обращая ни на кого внимания.
— Намечается крупная тусовка, — протянул Иван, — и на ней мы сможем узнать много интересно…
Он не договорил, потому что увидел на входе в клуб большой плакат, с которого на нас смотрел… я в профиль и в анфас. Художник, скажу сразу, попался кошмарный. Поэтому мое лицо получилось не очень-то и узнаваемым. Передали только основные черты: длинную челку, изгиб бровей, утонченный нос, цвет глаз и ко всему прочему пририсовали ехидную улыбочку. Так что я на этом плакате словно говорил, в душе посмеиваясь: 'Не поймаете, даже не пытайтесь!
Этим лангсуяр объявила охоту. Что ж, память у нее хорошая, коли портрет у кого-то заказала, а под изображением попросила написать: 'Разыскивается опасный колдун, затевающий в Лесоморье ритуал, для которого ему нужна смерть Кощея либо его наследницы. Взять живым и доставить непосредственно во дворец к Бессмертному. Имя и возраст неизвестны'. За мою буйную голову предлагали достаточно щедрое вознаграждение в две сотни золотых монет. Льстит! У меня, правда, в Кемете драгоценностей побольше было, но всяко, дорог я вполне.
— Прекрасно! — почесав в затылке, заключил Иван. — Она ушла от тебя, а теперь… пытается повесить свои преступления.
— Оправдывает себя, — добавила к его суждениям Милли.
Вполне неплохой ход: прикрыть действиями некого колдуна свои преступления. Девица умна. Однако… стоило всмотреться в портрет, кажущийся зловещим при свете зеленых огней на вывеске ночного клуба. Я там изображен без рогов. Это значит одно — тот, кто описывал меня художнику, не знал о превращении в козла и обратно, не ведал о подлой ловушке Яги.
Выслушав мои доводы, Дураков тут же заключил:
— Сбежала девка малазийская и решила избавить себя от преследования. Плюс ко всему, она неплохо подстраховалась. Свалит на тебя все грехи, а потом заявит, что ты смылся в другой мир и ищи тебя, свищи. Ну, и золотишко при себе оставит. Ей ж не известно, что ты следом сунулся.
— Неплохо придумано! Какая интриганка пропадает, — похвалил своего врага я.
Мы бы еще долго рассуждали о зловещей красоте портрета. Возможно, я бы захотел снять его и увезти домой на долгую память о приключении в мире сказок. Но вдруг что-то сбило Ивана с ног. Парень грохнулся, больно ударившись затылком о землю.
— Колобок! — я ткнул пальцем в укатывающийся в сторону казино круглый объект.
Первый раз вижу, чтобы булка катилась сама! В гору!
Иван среагировал мгновенно. Он вскочил, достал из-за пазухи чертеж, и, хихикая, принялся сравнивать габариты.
— Ты что, дурень? — я прервал его бессмысленное занятие, хотя и понимал, что друг решил посмеяться над творением стариков. — Миллиметры потом выверять будешь.
— Да я смотрю, дед-то на чертеже глазки и ротик нарисовать забыл, — глумливо заявил напарник. — Ладно, шутки в сторону, взять Колобка и доставить по адресу!
И мы с Милагрес бросились, сбивая всех на своем пути, следом за шустрой булкой.
Внутри ночной клуб напоминал самое обыкновенное увеселительное заведение. Правда, в отличие от 'Веселой Коши', тут под потолком были развешены разноцветные светильники, и музыкальные инструменты у менестрелей отличались. Вдоль одной из стен стояли яркие ящики с черными ручками, за каждым из них сидело по худому костлявому существу с изящными козлиными рогами. Виляя длинными хвостами с кисточками на кончике, нечисть то и дело дергала ящики за ручки, а потом ждала чего-то. Изредка эти странные аппараты выплевывали черненьким рогатикам монеты, что несказанно радовало существ.
— Черти с игровыми автоматами расстаться не могут, — махнул рукой в сторону рогатиков Иван.
По залу ходили бледнолицые девушки в изящных синих сарафанах и такие же как и они, худые, со скучными выражениями на лицах, молодые люди в белых рубахах без вышивок. В их глазах не читалось ни одной эмоции, словно смотрели они сквозь посетителей и выполняли исключительно данные им указания.
— Упыри, — прокомментировал Дураков и постарался как можно быстрее пройти мимо направляющейся в нашу сторону девушки и не попасть в поле зрения нежити.
На освещенной желтыми и красными прожекторами сцене плясали две, как я понял по чешуйчатым рукам и синеватой коже, русалки в юбочках из папоротников и лифах из кувшинок, а вокруг микрофона, извивался змеей большой заяц с небывалой для Руси черно-коричневой шерстью. И напевал он знакомый московский мотив: 'Я шоколядный заяц, я лясковый мерзаяц, я сладкий на все сто! О, о, о!
Красивые ритмичные движения русалок завораживали, и, глянув одной из них в глаза, я с трудом смог посмотреть куда-либо, только не на гибкое тело девушки.
— Не смотри им в глаза, Неб, — шепнул Иван, — не то она обернется твоей любимой, зачарует и в омут утащит! Утопит, то бишь!
Я тут же живо представил, как вульгарно одетая девица превращается в мою милую Маш-шу. И мне это, надо сказать, понравилось. Мне так хотелось не просто увидеть невесту и обнять ее. Я живо представил, как беру ее на руки и уношу со сцены. Куда — придумаем, решим по обстоятельствам, особенно, когда впереди целая ночь. Пускай даже такая короткая как тут, в России. Но сразу же другая, страшная мысль, пресекла все мечтания: это получится не настоящая Маш-шу! Я буду ласкать другую, целоваться с ней до самого рассвета, пока золотые лучи бога солнца не прояснят мой разум, и я не увижу, какую страшную ошибку совершил! Бедная девушка себе места не находит в Москве, а я заглядываюсь на упругие груди русалок, и то, благодаря их магии. Если б не колдовство, я бы на эту синекожую уродину и не посмотрел бы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
