Плескаясь в просторной ванне, она не без удовлетворения отметила, что наверху тоже шумит вода. Впрямь, целый день управлять королевством, попахивая «мокрой курицей», было бы слишком мучительно для снежного принца.
_____________
Обещанной прогулки пришлось ждать почти неделю. Варя всё это время снова оказалась предоставлена сама себе. Но, признаться, жить на полном пансионе и маяться от скуки при чудесной летней погоде, на фоне прекрасной природы, да в поместье, где все готовы тебе услужить — это ли не блаженство? Если бы еще и Снежен вдруг бросил все дела государственной важности и упал бы на колени к ее ногам с признанием в любви, Варя уверилась бы, что сошла с ума и всё это ей мерещится в бреду. Но прекрасный принц временно был недостижим, из-за его отсутствия в блаженстве сиял значительный изъян, и сия «ложка дегтя» оставляла надежду, что Варя пока еще не тронулась рассудком, и это ей не снится.
Да, временами она сама себе не верила. Уходила порталом в родной мир. Долго сидела в тишине пустой квартиры и сверлила скептическим взглядом книжный шкаф. Задавалась мыслью: как это возможно? И почему произошло именно с нею?.. Спустя час к ней пробирался Финик и кусал за пальцы, требуя вернуться в башню.
__________
К прогулке в лес Варя подготовилась основательно: заранее припасла костюмчик защитной расцветки, который ей когда-то подарил папа с расчетом на то, что дочурка составит компанию в дачных походах за грибами. Варе костюм ужасно понравился, особенно великое множество кармашков, пришитых даже на брючинах и рукавах. Но комаров и прочую кусачую живность она ужасно не любила, поэтому спец-одежда сохранилась в прекрасном состоянии, почти не ношенная и без пятен — в самый раз красоваться перед избранником. Еще Варя приготовила резиновые сапожки — ведь они шли смотреть на клюкву, а та, как известно, растет на болотах. Да и местность вокруг озера, должно быть, сырая. Ну и вдобавок по кармашкам распихала множество совершенно необходимых в походе вещей, от многопредметного складного ножа до одноразовых платков.
В назначенный день Зимослав рано утром постучал в дверь ее спальни:
— Варя? Ты готова?
Та накануне так разволновалась, что половину ночи проворочалась, полная душевного смятения, а вторую половину потратила на успокоительное чтение — и не нашла в себе сил закрыть книжку, пока не узнала, кто кого убил и кто за кого в итоге пошел замуж.
И вот сейчас от стука Варя резко вскинулась в постели. Почти не разлепляя глаз, хриплым бодрым голосом отозвалась:
— Готова! А к чему?
— К прогулке, конечно. Забыла?
— Ты что! Я помню! Сейчас, уже одеваюсь! Обуваюсь!
— Я подожду, — усмехнулся на ее наглое вранье Снежен.
Подхватившись с кровати, Варя заметалась по комнате, спешно заскочила в ванную… Спустя рекордный срок выскочила в гостиную, наряженная и даже слегка накрашенная.
Зимослав (он между тем успел собрать на столике скромный завтрак на двоих и от скуки соорудил на Вариной тарелке многослойный супер-сэндвич) поперхнулся глотком какао. Отставил чашечку, вытер губы салфеткой. И, плюнув на этикет, указал пальцем:
— Что это?
Варя сдернула с головы широкополую шляпу, снабженную черной сеткой, закрывающей голову, лицо и шею.
— Шляпа. От кровососущих насекомых.
— Здесь такие не водятся. Оставь, это не нужно.
— Как это не водятся? Везде водятся, а у вас нет? Не поверю!
— Я давно так решил, поэтому у нас в округе никаких кусающихся или жалящих насекомых нет.
Варя скептически пожала плечами, но шляпу послушно поменяла на пятнистую кепку.
— Думаю, в этой обуви тебе будет жарко, — указал Зим на резиновые сапожки. В отличие от зеленой гаммы одежды, сапожки сияли кислотно-розовым цветочным узором.
— Но ведь ты поведешь меня смотреть на клюкву! В болото!
— В болото? — Королевича аж слегка передернуло. — Нет, я не хочу в болото… Ты очень хочешь там побывать? — с тоской во взоре уточнил он.
— Но клюква… — промямлила Варя, которая тоже не горела желанием прыгать по кочкам.
— Будет тебе клюква, — снисходительно улыбнулся Снежен. Махнул рукой, будто отгоняя муху: — Пойди переобуйся. Быстренько.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И вернулся к недопитому какао.
Варя на миг задержалась на пороге спальни, оглянулась: сидящий в изящном кресле принц, аккуратно расправляющийся ножом и вилкой с сэндвичем с паштетом, одетый в облегающий жакет из темной шелковистой ткани с едва заметным узором серебряной нитью, блистающий множеством амулетов… Не верилось, что с этим потомственным аристократом она отправится гулять по лесной чаще.
Варя отринула сомнения и послушно надела кроссовки.
Однако на этом не закончили. Усадив безалаберную спутницу завтракать — хотя от пристального внимания ей кусок в горло не лез — Зимослав бдительно провел ревизию некоторых ее карманов, особенно заметно оттопыривающихся.
— Что это?
— Спички в непромокаемом футляре. Вдруг придется заночевать и нечем будет разжечь костер.
— Я разожгу костер щелчком пальцев, даже будучи истощенным до полуобморока. Уверен, ты тоже легко справишься с этой задачей. А это что?
— Антимоскитный спрей. Ну, то есть от комаров.
— Повторяю: здесь нет назойливых насекомых. Ведь ты сама это заметила? Выходила же к озеру, гуляла по поместью до самого вечера, не закрываешь окно на ночь…
Он осекся под ее насмешливо-вопросительным взглядом. Ежедневные утренние презенты они пока еще не обсуждали.
— Это вот что такое?
— Ракетница.
— Для фейерверка? Ты хочешь что-то отпраздновать?
— Нет, это для подачи сигнала. Если мы заблудимся, я выстрелю, и по дыму и висящему в небе огоньку нас обнаружат.
— Варя, дорогая, я не собираюсь вести тебя до Белых Гор. А здешний лес я знаю как свои пять пальцев. Уверяю тебя, мы не заблудимся.
— Ты, может, и нет. А за себя я ручаться не могу.
— Тебя я не отпущу от себя ни на шаг.
— Ой, а если мне в кустики приспичит? Как же быть тогда?
Зимослав прикусил губу, чтобы не зарычать от ее упрямства. Махнул рукой и вышел, бросив на ходу:
— Как знаешь! Доедай, подожду тебя внизу.
— Уже бегу!
— Нет, не бежишь, а спокойно ешь!
— Угу-угу.
Варя с облегчением отложила вилку, ибо супер-сэндвич доедала бы еще полдня. Вскочила с места, дохлюпала какао, пританцовывая у стола в нетерпении. А ракетницу сунула обратно в карман.
Когда она спустилась, Огнеяр уже подвел снаряженного Друню к крыльцу. На загривке драконо-зубра красовалось седло — двухместное. Причем комфортабельное даже на вид, основательно разделенное высокими луками, чтобы двое наездников друг другу не мешали. То есть, напрасно Варя не спала ночь, предвкушая, как Снежен снова будет бережно обнимать ее за талию. При такой посадке он сможет придержать ее за плечо, но никак не прижать к себе всем трепещущим от смущения девичьим телом.
Сразу испортилось настроение, и без того не радужное после недосыпа и отчитываний за лишнее барахло.
— Хочешь сесть впереди или сзади? — любезно предложил выбор Зимослав, подцепляя к сбруе сайгака переданную от бабы Веры сумку с провизией для пикника.
— Сзади, — буркнула Варя.
— Ну и правильно, так тебе не придется следить за низкими ветками.
Одно хоть приятно — Зим никому другому не доверил подсадить невесту в седло. От его прикосновений, от ощущения сильных и даже в какой-то мере властных рук на своих ребрах по Варе еще долго бегали мурашки…
Сайгак не изменил привычкам и гулять отправился в «сандалиях». Из-за длины лап и ходулей шаги у него получались поистине широкими, при этом он не особо спешил. В седле Варю не трясло, а приятно покачивало. Зимослав, когда тропинка ныряла под деревья, заботливо отводил ветки, и Варя за его спиной чувствовала себя почти принцессой. К тому же он постоянно говорил с нею, позволяя отмалчиваться в ответ. Рассказывал о местности, о хозяйстве поместья: о том, в какой роще какие грибы в какой сезон растут, где деревенская молодежь собирает ягоды, а где устраивает гуляния на праздники, на каких лугах мужики косят лучшее сено, а вот там подальше, за теми полями, есть море душистого клевера, туда выгоняют пастись коров и коз, и вот там-то полно медоносных жуков, которые запросто могут ужалить неосторожного человека…
