И если он полагает, что ничего поделать нельзя, значит, так оно и есть. Через полгодика эльфы явятся на Землю всем кагалом и учинят тут идеальный порядок. Чисто эльфийский.
Понятия не имею, какие формы примет этот порядок. Но если я, немножко эльф по происхождению, заранее боюсь его…
— Может, я состарился, — вздыхает Грант. — Или поумнел.
— Тогда помогите молодому и глупому. Сделайте хорошей отравы.
— Да нельзя же! Тот допинг, которым ты сейчас пользуешься, для твоей конституции — максимум. Более мощные препараты тебя просто сожгут. Каждую минуту ты будешь терять месяц жизни!
— Значит, придется действовать быстро, — говорю я. — Слушайте, Грант Геннадьевич, а пожрать у вас ничего нет?
— Какой же ты дурак… — цедит Грант сквозь зубы. — Дима, мне просто стыдно, что я твой учитель.
Но я-то вижу, что в глубине души мужик гордится мной.
Люди мы, люди. Человеки. Земляне. А вы говорите — эльфы, орки, застарелая ненависть, бесконечная война…
Хотя нет, это все я без устали твердил. Виноват, издержки воспитания. Больше не буду.
А еще не буду звонить Колдуну. Пош-шел он!
* * *
Слегка прогулявшись по холодильнику и получив на руки какую-то адскую смесь (деньги взять Грант отказывается наотрез), я выхожу на улицу и понимаю, что домой идти не хочу. Мало ли… Долго мучаюсь сомнениями и наконец рискую позвонить Витьке. Ход не самый умный, но я боюсь что-нибудь важное пропустить. Например, поиски меня.
— Ты где? — спрашивает он. — Почему с мобильного?
— В магазин за пивом вышел. А так дома. Приказ твой выполняю. Долго мне еще тут… лежать?
— Понятия не имею. Я тебя уже обратно Игорю отдал. С ним разбирайся, — и трубку — хлоп. Занятой господин.
Ладно, Игорю так Игорю. Звоню.
— Ты где? — спрашивает Игорь.
Так же резко и нетерпеливо, как до этого Витька. Будто я муха назойливая. Ну-ну. Опять вру про магазин.
— Вот дома и лежи, — тараторит Игорь. — В отпуск хотел? Получай. Ровно месяц. Бухгалтерия тебе уже отпускные перевела. Все, гуляй!
— Стой! — кричу. — Погоди! А чего я буду дома лежать? Я в Турцию поеду. Можно?
— Да хоть в задницу! Ты здесь сейчас вообще не нужен. Через месяц будет работенка по твоему профилю, а пока — все, свободен!
Ну, свободен так свободен. Вызваниваю Леху с Андрюхой. Трубку снимает Андрей.
— Привет, — говорю. — Не обиделись?
— Ха… Спасибо, что не убил.
— Как на Фирме делишки?
— Да так… — он слегка понижает голос. — Готовимся встречать кучу гостей. Ну, ты понимаешь — адаптация, размещение…
— Скоро?
— Где-то через месяц-полтора.
— Я могу с вами увидеться сегодня? И как можно скорее?
Через полтора часа мы уже сидим в грязноватой пивнушке, и я задаю самый важный на сегодня вопрос:
— Что вам известно об Элвине Арчере, парни?
— Да ничего, — говорит Леха. — То есть ничего сверх того, что сказал Ваня Колдун. Я так думаю, даже в руководстве Фирмы о его миссии осведомлен только главный иррэйнский куратор. Видимо, те… э-э вакансии, которые Арчер открывает, будут замещаться иррэйнцами напрямую, без нашего участия. Они не доверяют полукровкам.
— А полукровки не доверяют «четвертушкам», — добавляю я. Или?..
— Или. Если б мы тебе не доверяли…
— Тогда вот что, господа. Пойдете со мной к Арчеру?
— Мочить? — быстро спрашивает Андрей.
— Не обязательно. По обстоятельствам.
Клирики переглядываются.
— А какие могут быть обстоятельства? — удивляется Леха. — Либо он тебя, либо ты его. Или, может, ты с ним договориться, намерен? Плохо ты знаешь эльфов, дружище. Они на переговоры не идут ни с кем. И никогда.
— Ты вот еще что пойми, — встревает Андрей. — Мы не то чтобы трусим, нет. Но ведь если ты не справишься… Короче, только мы сумеем вывести из строя Коней Ирумана. Какая-то часть иррэйнцев сюда, конечно, пройдет, но кони-то обратно не вернутся.
Я слушаю Андрюху и вижу, как он ошибается. Точнее, набивает себе цену. При стартовой в ноль копеек. Чтобы Кони Ирумана не вернулись домой, их достаточно не встречать у зоны перехода. И все, сплющит коняшек, едва всадники спешатся. Как уверял Витька — сплющит в обыкновенных лошадей. Красивых породистых животных, больше не способных проскакивать из мира в мир.
А иррэйнские маги, которые могли бы что-то сделать, первыми на Землю не поскачут. Они будут прикрывать отход. Вперед запустят женщин и детей. Хоть в этом наши предки целиком схожи с людьми. Только в этом, наверное.
«Выводить коней из строя» в переводе означает, как я понимаю, «оставить себе». То есть дверь в Иррэйн не закроется навсегда. Рано или поздно кто-то лошадок расколдует — и вперед. Зачем? Чего мы там не видели, в Иррэйне? Волшебства? Обойдемся как-нибудь. Ненависти, зверства, жестокости? Сами умеем. Баб красивых? Свои найдутся, да еще и попокладистее.
— Та-ак, — говорю я. — Понял. Хорошо, ну а самую малость вы можете сделать? Мне не хочется светиться на подходе к отелю. И еще меньше хочется лезть туда впустую. Будьте друзьями, прощупайте издали номер Арчера. Посмотрите, эльф там сидит или его голограмма. А? Он не поймет, кто именно против него работает, так ведь и орки умеют, тот же самый Зацепин, например.
— Димочка, а почему бы тебе и не попросить того же самого Зацепина? Например.
Я внутренне каменею, и, похоже, это отражается на лице.
— Мы тоже не хотим светиться на подходе, — объясняет вкрадчиво Андрей. — На подходе к коням и всему прочему. У тебя своя миссия, у нас — своя.
— Не обижайся попусту, Димон, — улыбается Леха. — Согласись, мы ведем себя умно. Нам рисковать нельзя. Ты-то на периферии Фирмы вертишься, а мы в самом что ни на есть логове сидим. Так что — ни пуха.
— Ладно, — говорю я очень спокойно, вставая из-за стола. — Ладно, умники. Ну, тогда что же… Тогда к черту вас, и ждите звонка.
— Ни пуха, — в спину мне повторяет вслед за Лехой Андрей.
Друзья, называется. М-да, какой сам, такие и друзья.
* * *
Зацепина найти легко — я просто звоню Колдуну и говорю:
— Ну-ка, дай мне колдуна. Не себя, а который настоящий.
Колдун в ответ на подначку сердится, но Серегу зовет.
Живой еще, Колдун-то.
Зацепин делает вид, будто не может понять, чего от него хотят. Я ругаюсь и требую беспрекословного повиновения. Убийство дракона припоминаю и тогдашнюю свою доброту. Еще клянусь нажаловаться Гранту. Серега голосом идущего на собственные похороны обещает все сделать.
Теперь мне нужно где-то залечь, чтобы принять снадобье и пережить момент его усвоения. Если оно усвоится, конечно. Что там Грант сказал — месяц за минуту? Фигово. Боюсь, мне понадобится на Арчера не меньше часа. Это что же… Пять лет собственной жизни — к чертовой матери?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
