— Но что?
— Я начала исследовать это после того, как на Земле сформировались равнины монстров, — сказала Грейс. — Я нашла кое-какие истории в наших древних книгах. Эти истории описывают мир, где Бессмертные проводили свои первые эксперименты с магией, разделяя её на разные типы, чтобы понять, как работают отдельные её части. Думаю, этим миром была Земля. Ты понимаешь, что это значит, Ава? Это значит, что Земля намного ценнее, чем мы думали. Она уникальна в своём роде, место, где магия (и люди, которые ей управляют) может быть чем угодно. Место, где может существовать любая магия или комбинация магии. Магия может быть хаосом и порядком, светом и тьмой, активной и пассивной. Всё зависит от того, какую форму ей придать.
— Ты права, Грейс. Это совещание — возможность. Пребывание здесь — возможность. Возможность уничтожить Стражей. И богов тоже.
— Совет послал нас сюда на переговоры с богами, — напомнила Грейс своей сестре. — Они беспокоятся о том, что происходят на Земле. Они боятся, что другие миры ждёт такая же судьба… а из разрушенных миров получаются не очень приятные места для правления.
— Но ты только что сказала, что это не может случиться в любом другом мире. Потому что Земля особенная, — заметила Ава.
— Я не говорила, что этого не может случиться в любом другом мире. Я просто объяснила, почему, по моему мнению, это случилось на Земле. Я сомневаюсь, что равнины монстров спонтанно появятся в других мирах. Но я пока не могу это доказать. И это не отменяет желания совета, чтобы мы провели переговоры с богами.
— Многозадачность, моя дорогая сестричка, — сказала Ава с лукавой улыбкой. — Мы можем сделать и то, и другое. Кроме того, и мы, и боги знаем, как завершатся эти переговоры. Они завершатся точно так же, как и все другие наши попытки вести переговоры с богами. Мы не придём ни к какому соглашению и просто продолжим сражаться.
— Это кажется весьма вероятным, — согласилась Грейс.
— Но если все демоны и все боги не могут прийти к соглашению, — сказала Ава, — это ещё не значит, что отдельно взятый бог и отдельно взятый демон не могут прийти к личному соглашению. Вот тут-то и вступает в дело Фарис.
— Фарис не предаст других богов ради нас, — сказала Грейс.
— Нет, не предаст. Фарис всегда действует в своих интересах. На самом деле, именно на это я и рассчитываю, чтобы мой план сработал.
— И к чему именно сводится твой план? — спросила Грейс.
— Чтобы ты создала оружие достаточно могущественное, чтобы одержать победу над Стражами и изменить баланс сил в этой бессмертной войне. И Фарис тебе в этом поможет.
— Потому он на меня запал, — сухо предположила Грейс.
— Нет, потому что он жадный до власти придурок, который не устоит перед абсолютным оружием. Тот факт, что он находит тебя привлекательной, лишь поспособствует успеху нашего плана.
— Нашего плана? Что-то это кажется твоим планом, сестра.
— Помнишь, много лет назад мы поклялись найти способ уничтожить Стражей? — напомнила ей Ава. — Это и есть наш план. И теперь у нас наконец-то есть возможность воплотить его.
— Так что сделает это оружие столь могущественным? И зачем нам помощь Фариса?
— Оружие будет могущественным потому, что оно будет использовать полный спектр магии, — сказала Ава. — И для этого нам нужна светлая магия Фариса. Видишь ли, Грейс, вы с Фарисом сделаете ребёнка. Этот ребёнок будет обладать всеми способностями демонов и богов. Абсолютное оружие.
Грейс скрестила руки на груди.
— Даже если Фарис согласится работать со мной, он попытается забрать этого ребёнка — это оружие — себе.
Ава подмигнула ей.
— Ну, тогда хорошо, что мы собираемся перехитрить Фариса.
***
План Авы был хорош, но она недостаточно хорошо его проработала. У Грейс было несколько сотен лет, чтобы обдумать и улучшить план сестры. Потому что дело не в ребёнке демона и бога. Дело в ребёнке этого ребёнка. Грейс собиралась создать дитя с силами богов и демонов, но она не остановилась на этом. Если правильно разыграть карты, то ребёнок этого ребёнка будет обладать всеми способностями Бессмертных. И вот этот ребёнок поистине станет абсолютным оружием.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«То есть, Грейс и Ава в своём желании побороть Стражей, придумали тот же план, что и Стражи», — прокомментировала я, обращаясь к Неро.
«Стражи хотели свести нас из-за Пророчества», — ответил он.
«Пророчества с несколькими разными исходами».
«Вот именно, Леда. Стражи старались свести нас, потому что слышали, что ты будешь чем-то особенным… а наш ребёнок станет тем самым оружием, которое им нужно».
— Я предлагаю тебе шанс наконец-то вести игру с умом, — сказала Грейс Фарису, когда посетила его в одном из его миров.
— Продолжай, — Фарис выглядел раздражённым, но в то же время заинтригованным.
— Ты полностью сосредоточился на сборе отдельных членов своего Оркестра, — сказала она. — Но если ты хочешь победить в этой игре, тебе надо заполучить могущественного дирижёра. Одно могущественное оружие. Кого-то со всей магией богов и демонов.
— Бессмертных давно нет, — ответил Фарис. — Такой персоны попросту не существует.
— Да, это так, — согласилась она. — Вот почему мы не можем отыскать подобного дирижёра. Нам надо его создать.
Вот это привлекло его внимание.
— Как? — спросил он у неё.
Грейс положила руки на бёдра.
— А ты довольно тупенький, да? Если хочешь сделать кого-то с силами бога и демона, тебе надо сделать кого-то с силами бога и демона.
Фарис моргнул.
— Ты хочешь заняться со мной сексом.
— Нет, не хочу. Не желаю. Но к сожалению для нас обоих, именно так и делаются дети, Фарис.
Грейс не сказала Фарису, что у неё имелись планы на этого ребёнка: что она планировала, чтобы этот ребёнок зачал другого ребёнка — Бессмертного ребёнка, способного победить Стражей.
И Грейс уже выбрала будущего супруга для своей дочери. Она сведёт ребёнка, которого создадут они с Фарисом, с ангелом Неро Уиндстрайкером, отпрыском двух ангелов с Бессмертной кровью. Эта комбинация должна сработать. Свет и тьма, пассивная и активная, порядок и хаос, и всё это связано любовью.
Это означало, что её ребёнку и Неро Уиндстрайкеру придется полюбить друг друга, но это можно организовать. И Грейс было нужно, чтобы Бессмертный ребёнок был зачат на Земле, в мире бескрайнего потенциала. Это идеальная формула, идеальный рецепт для абсолютного оружия.
***
— Моя королева, вам нужно что-то ещё? — спросил полковник Соулслейер.
Соня подняла взгляд от солдата Легиона, прикованного к её столу. Мужчина был настолько близок к смерти, что не осталось смысла продолжать. Ей нужен был новый субъект.
— Забери этого и убей, — сказала Соня тёмному ангелу. — Затем принеси мне кого-нибудь другого, у кого будет поменьше светлой магии. Яд слишком быстро убил этого.
Полковник Соулслейер поклонился.
— Будет сделано, — он поднял солдата со стола, взвалил на плечо и вышел из комнаты.
Соня воспользовалась этим временем, чтобы набросать несколько заметок. Она столетиями проводила эксперименты, но так и не приблизилась к созданию субъекта с подходящей магией для уничтожения Стражей. Должно быть, она что-то упускает, какой-то жизненно важный элемент уравнения.
***
Ава знала, что шансы не на их стороне, когда дело касалось зачатия ребёнка Грейс и Фариса, который станет их оружием. Но она также знала божество, которое обошло эти шансы. Этого бога звали Реджин, и он сумел сжульничать не раз, и не два, и даже не три. Он сжульничал десять раз, и потому у него было десять детей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Реджин был братом Фариса и Зариона, но это не спасло его, когда боги решили, что он балуется со слишком гнусной магией, и это нельзя терпеть. Они изгнали его вместе с десятью отпрысками на одиннадцать далеких заброшенных лун, где они были отрезаны друг от друга и от остальной цивилизации.
