Читаем без скачивания Хроники Заводной Птицы - Харуки Мураками

— То есть ты совсем не помнишь, как выбралась из колодца?

— Абсолютно. У меня в памяти разрыв. Вот такой. — Крита расставила указательные пальцы сантиметров на двадцать. Сколько по времени могло значить это расстояние, я понятия не имел.

— А с лестницей что сделала? Тоже не помнишь? Лестница-то пропала.

— Про лестницу я вообще ничего не знаю. Не помню даже, вылезала по ней из колодца или нет.

— Можно посмотреть твои пятки? — спросил я, внимательно разглядывая чашку с кофе, которую держал в руке.

— Конечно. — Крита села рядом со мной на стул и вытянула ноги, демонстрируя пятки. Держа ее за лодыжки, я стал изучать их. Абсолютно чистые и очень красивой формы. Ни царапин, ни грязи.

— Ни грязи, ни царапин. Ничего нет, — сообщил я.

— Ага!

— Вчера целый день шел дождь, и если ты шла оттуда босиком, ноги у тебя должны быть грязные. Ты же проходила через сад, значит, и на веранде должны остаться следы. Так ведь? А что мы имеем? Пятки у тебя чистые, на веранде никаких следов.

— Да.

— Это значит, что ты не шла босиком.

Крита с заинтересованным видом слегка наклонила голову.

— Вы очень логично рассуждаете.

— Может, и логично, но пока мы ни к чему не пришли, — сказал я. — Где же ты потеряла одежду и туфли и как оттуда пришла?

— Понятия не имею, — покачала головой Крита.

Пока Крита усердно терла в раковине посуду, я сидел за кухонным столом и думал обо всем этом. И конечно, ни до чего не додумался.

— С тобой такое часто случается? Ну, что ты забываешь, где была? — спросил я.

— Это уже не в первый раз. Не часто, но время от времени бывает. Куда ходила, что делала, — не могу вспомнить, и все тут. Я уже как-то забывала где-то свои вещи. Но чтобы всю одежду и туфли в придачу — такого еще не было.

Крита выключила воду, стерла со стола.

— Крита-сан, ты так и не рассказала до конца свою историю. Начала тогда и вдруг исчезла куда-то на полпути. Помнишь? Может, расскажешь? Эти бандиты тебя поймали и заставили заниматься проституцией — работать на них. Ты встретилась с Нобору Ватая, переспала с ним… А потом что было?

Облокотясь о раковину, Крита взглянула на меня. Капли воды скатывались с ее рук по пальцам и падали на пол. На груди под белой майкой остро обозначились соски. Взглянув на них, я живо представил минувшую ночь, ее обнаженное тело.

— Ладно. Расскажу все как было.

Она снова уселась напротив.

— Тогда я убежала посредине нашего разговора, потому что не была еще до конца готова к тому, чтобы рассказать обо всем, что произошло. И все же, подумала я, лучше выложить вам всю правду, если получится. Начала, но не смогла закончить. Вы, наверное, удивились, что я исчезла так неожиданно?

Положив руки на стол, Крита говорила, глядя мне прямо в лицо.

— Конечно, удивился, но это было не самое удивительное из того, что произошло в последнее время.

— Я была проституткой, и, как уже говорила, последним моим «физическим клиентом» оказался Нобору Ватая. Когда мы встретились с ним второй раз — мне эту работу поручила Мальта, — я его сразу узнала. Забыть его было невозможно. Вспомнил ли он меня, не знаю. Ватая-сан не из тех, кто показывает свои чувства.

Но давайте лучше по порядку. Сначала о том, когда Нобору Ватая стал моим клиентом. Это было шесть лет назад.

Помните, я говорила, что потеряла тогда всякую чувствительность к боли? И не только к боли — я вообще ничего не ощущала, не воспринимала абсолютно ничего. Нет, конечно, я не хочу сказать, что не чувствовала жара, холода, уколов… Но все эти чувства, казалось, существовали в другом, далеком, никак не связанном со мной мире. Поэтому ничто во мне не противилось, когда я спала с мужчинами за деньги. Что бы со мною ни делали, мне было все равно — то, что я испытывала при этом, не имело ко мне отношения.

Моя бесчувственная плоть мне не принадлежала. К тому времени якудза уже втянули меня в проституцию по полной программе. Они заставляли меня спать с мужчинами — и я спала, давали мне деньги — я брала. На этом мы в прошлый раз остановились?

Я кивнул.

— В тот день меня послали на шестнадцатый этаж одного отеля в центре. Номер был заказан на фамилию Ватая. Имя редкое — не из тех, что все время мелькают. Постучав, я отворила дверь и увидела сидевшего на диване мужчину. Он пил заказанный в номер кофе и, похоже, что-то читал. На нем была зеленая тенниска и коричневые хлопчатые брюки. Волосы коротко пострижены; он носил очки в коричневой оправе. На низком столике перед диваном стоял кофейник и его чашка, лежала книга. Мне показалось, что мыслями он оставался в книге — в глазах еще не угасло возбуждение. В лице ничего особенного, только глаза светились необыкновенной энергией, в которой чувствовалось что-то сверхъестественное, зловещее. Увидев эти глаза, я на какое-то мгновение подумала, что обозналась и зашла не в тот номер. Однако ошибки не было. Мужчина сказал, чтобы я вошла и закрыла дверь.

Сидя на диване и не говоря ни слова, он разглядывал меня с ног до головы. Так обычно бывает: приходишь к клиент у, и тебя начинают разглядывать со всех сторон. Извините, Окада-сан, вы когда-нибудь покупали проститутку?

— Нет, — отвечал я.

— Это как обычная покупка. К таким взглядам быстро привыкаешь. Они же покупают тело и платят за него — естественно, товар надо проверить. Но этот человек смотрел как-то особенно, как бы рассматривая сквозь мое тело что-то позади меня. От его взгляда мне стало не по себе: я будто сделалась полупрозрачной.

Я немного замешкалась и уронила сумочку. Она слабо стукнулась об пол, но я так растерялась, что даже не сразу это заметила. В конце концов я все-таки нагнулась и подняла ее. От удара она расстегнулась, и из нее высыпалась моя косметика. Подобрав карандаш для бровей, крем для губ и маленький флакончик одеколона, я положила их обратно в сумочку. Все это время он все так же смотрел на меня.

Когда я собрала в сумочку свои вещи, он велел мне раздеться. «Можно сначала принять душ? Я немного вспотела», — спросила я. День был очень жаркий, и в метро по дороге в отель я вся стала липкая от пота. Он сказал, что это его не волнует, что у него мало времени и чтобы я скорее раздевалась.

Я разделась, и тогда он сказал, чтобы я ложилась на кровать лицом вниз. Я подчинилась. Он приказал лежать тихо, закрыть глаза и молчать, пока не спросят.

Одетый, он сел рядом — только сел, не коснувшись меня пальцем. Просто сидел и смотрел на мое обнаженное тело. Так продолжалось минут десять. Я до боли остро ощущала его пронзительный взгляд у себя на затылке, на спине, на ягодицах, на ногах. Может, он импотент, подумала я. Попадаются иногда такие клиенты. Купят проститутку, заставят ее раздеться и смотрят. Некоторые раздевают девушек и кончают у них на глазах. Всякие люди берут проституток, и причины у всех разные. Неужели и этот из таких?

Однако немного погодя он вытянул руки и начал меня ощупывать. Его пальцы что-то искали, не спеша перемещаясь от плеч к спине, от спины к пояснице. Это было не заигрывание и явно не массаж. Пальцы двигались осторожно, словно прокладывали маршрут по карте. Прикасаясь ко мне, он, казалось, все время думал о чем-то. Не просто думал, а размышлял, сосредоточенно и серьезно.

Пальцы, только что вяло блуждавшие туда-сюда, вдруг неожиданно замирали и долго не шевелились. Впечатление было такое, будто они то сбивались с дороги, то снова находили ее. Вы понимаете, о чем я говорю? Мне чудилось, что каждый его палец жил и думал сам по себе, подчиняясь собственной воле. Это было очень странное ощущение, от которого становилось не по себе.

И тем не менее прикосновения его пальцев возбуждали меня. Первый раз в жизни. До того как я стала проституткой, секс причинял мне только боль. При одной мысли о нем меня охватывал страх, что опять будет больно. Но все изменилось, когда я втянулась в это занятие, — я вообще перестала что-либо чувствовать. Боли больше не было, но вместе с ней пропали и другие ощущения. Чтобы ублажить клиента, я стонала и изображала страсть, но то был обман, профессиональный спектакль. Тогда же, под его пальцами стоны были самые настоящие. Они вырывались непроизвольно, поднимаясь откуда-то из глубины. Я чувствовала внутри какое-то движение — похоже, центр тяжести тела стал куда-то смещаться.

Наконец пальцы перестали двигаться. Держа руки у меня на талии, он, казалось, о чем-то думал и пытался выровнять дыхание. Мне это передавалось через кончики пальцев. Потом он медленно начал раздеваться. Зажмурившись, я уткнулась лицом в подушку и ждала, что будет дальше. Оставшись без одежды, он раздвинул мне руки и ноги.

В комнате повисла пугающая тишина, лишь слабо гудел кондиционер. Мужчину почти не было слышно, даже его дыхания я не могла уловить. Он положил ладони мне на спину. Его пенис коснулся моих ягодиц, но все еще оставался мягким.