Около десяти часов, в перерыве между пациентами, в дверь тихонько постучали, и на пороге появился Роман. На это раз он был не в своем обычном наряде ковбоя, а в белых парусиновых брюках, хлопчатобумажной рубашке бежевого цвета и такого же цвета туфлях. Только очки были теми же.
— Приветствую вас, мой милый друг!
— Привет. Мы уже друзья? — спросил я с ухмылкой.
— Не ерничайте. Друзей у меня просто быть не может. Это нонсенс, но что-то такое приятельское я к вам испытываю. Почему? Я не забиваю себе этим голову, пусть иногда чувства поиграют.
— Спасибо. Рассчитывать на попадание в рай с первого захода мне вряд ли светит, так может быть, когда пойду другой дорогой, мне сделают одолжение по-приятельски, чтобы путь не был таким тяжелым и скользким.
— Может быть, может быть. Но я принял к сведению ваше пожелание и чем смогу помогу.
— Да это все в вашей власти!
— Власть штука токая. Ей пользоваться тоже надо уметь. Вы нормально перенесли вчерашнюю картину? Ничего не снилось? Кошмары не мучали?
— Как ни странно, спал спокойно. Пища для размышления есть.
— Да вид не самый страшный, там больше не физических, а душевных страданий.
— Я это понял. А что вы вчера так закончили заседание. Я вдруг оказался в машине. Здесь вы меня шокировали.
— Это была шутка, захотелось что-то такое выкинуть.
— Удалось. Я вас ждал сегодня. Звонил старушке, она нас ждет к двум часам. К чаю, мы принесем все сами. У вас есть время для встречи?
— Время? Дима, оно всегда со мной. Я, конечно, не могу, как Создатель управлять им, но кое-что подвластно и мне. К тому же, вы в моем графике всегда под номером один.
— В каком графике? — удивился я.
— В графике встреч. Не удивляетесь, если я здесь должен, же я встречаться с людьми. Но об этом потом. Я пошел, приобрету что-то для чая. Когда встречаемся?
— В час у меня в кабинете. Вам дать денег для покупок?
— Денег? Мне? — Роман заразительно, от души, если она у него была, засмеялся, — Что я буду с ними делать? Их количество для меня не ограничено, и не забывайте я и так могу получить все, что необходимо.
— Тогда на ваш вкус.
— Не прощаюсь, — и Роман вышел из кабинета, пропуская входящую пациентку.
В час дня, когда закончился прием, Роман появился в кабинете: — Я готов.
— Я тоже, что вы там принесли, — кивнул я на пакеты, которые он держал в руке.
— Так всякую мелочь. Чай, всякие восточные сладости.
— А что-нибудь посущественнее, что можно оставить после себя?
— Обижаете, — и он приподнял один из пакетов, — я понимаю, что пожилой человек не всегда может позволить себе купить качественные продукты.
Мы вышли, минуя коридоры на улицу к машине.
— Хорошо, что Костя нас не видел, а то зацепился бы языком. Куда? Зачем?
— Ну не сложно от него отвязаться, пообещав что-либо. Или вы сомневаетесь во мне?
— В вас? Нет. Знаю, что возможно если не все, то многое.
Мы без пробок доехали до дома Ирины Сергеевны. Припарковав машину, поднялись. Когда она открыла дверь и пропустила нас в квартиру, то вопросительно взглянула на меня.
— Ирина Сергеевна, познакомьтесь — Роман, мой коллега.
— Очень приятно, проходите.
— Мы сначала на кухню, разгрузить пакеты.
— На кухне Роман поставил пакеты на стол: — Ирина Сергеевна в этом пакете то, что только для вас. Вы потом посмотрите и разберетесь, а пока я поставлю его в холодильник, — и, открыв его, он поставил пакет на полку, — а в этом пакете, — он открыл его и стал доставать, — для нашего чаепития.
Первым показался какой-то брикет.
— Это чай, я его сам заварю, — пояснил Роман. Затем на свет появились разные коробочки и баночки с печеньем, лукумом, конфетами. Наша хозяйка, молча смотрела на все это изобилие. Когда пакет опустел, она сказала: — А не слишком много?
— Вы думаете, что мы не уйдем, пока все не съедим? — пошутил Роман.
— Нет, не думаю, но думаю, что этого много.
— Возраст надо уважать и баловать, как малых детей.
— Спасибо.
— За что? — удивился он.
— За то, что сказали возраст, а не старость.
— Я пытаюсь быть внимательным, когда получается. Но давайте заваривать чай.
Пока он заваривал чай, хозяйка раскладывала все по вазочкам, а я относил в комнату. Минут через двадцать мы сидели за столом, и Роман разливал чай.
— Я никогда такого не пила и даже не видела.
— Увы, его не купишь здесь. Это китайский чай, очень редкий.
— И где же вы его взяли? С собой привезли? — съехидничал я.
— Да так, заскочил к одному знакомому китайцу. Он мне немного обязан и подарил этот брикет. Вы Ирина Сергеевна видели, как я отламывал от брикета, вот и вы так заваривайте.
— Видно, не так уж и не много, если такой чай подарил, — не отставал я.
— Все относительно. Я ему оказал услугу, благодаря которой он процветает. За это надо платить?
— Чаем?
— И чаем тоже. Ирина Сергеевна, я смотрю у вас так много фотографий. Это ваши близкие, — продолжил мой «коллега».
— Близкие и дальние. Это моя жизнь, моя родословная.
— Мельком на них посмотрев, я могу судить, что вы не из крестьянского происхождения.
— Угадали, у меня дворянская кровь.
— Теперь понятно, откуда манера держаться, — подключился я к беседе.
— Наверное, хотя я жила обычной жизнью. Приходилось иногда скрывать свое происхождение, но это время ушло. Во всяком случае, мне уже не помешает.
— А на сколько обычной? — Роман поставил чашку на стол и посмотрел на нее.
— Наверное, как у большинства людей. Сначала жила верой и надеждой, а затем перешла в область реального, потихоньку освобождаясь от иллюзий в мечты.
— Очень жалеете, что некоторые иллюзии исчезли?
— Очень. А иначе, зачем было мечтать? Только глупые люди скажут, что им равно. Не все равно. Всегда жаль, что не все мечты сбылись. Всегда. Надо уметь переживать это, безболезненно.
— И много мечтали?
— Много, она улыбнулась уголками губ, — цель и мечта не всегда совпадают. Цель — конкретное, мечта больше из области духовного, что хотелось бы. Может быть и к лучшему, что так. Если переесть мечтать, перестаешь верить.
— Во что?
— В жизнь. Вера нужна в себя, в то, что есть кто-то над нами, кто поможет в трудную минуту.
— А если не поможет?
— Значит таков жизненный путь. Не судьба. Надо учиться рассчитывать в первую очередь на себя.
— Но помощи хочется?
— Конечно.
— От кого угодно?
— Ну, нет. Надо понимать, что порой помощь не бывает бескорыстной. Если от Бога, то она от любви, если от дьявола, то с оплатой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
