— Пожалуй, никаких странностей в нашем плавании не наблюдалось. Все шло нормально. Ну, если не считать приключавшегося с окружающими.
— Ну что ж, — кивнула госпожа Редфилд. — Идем дальше. Уважаемый Фаургрид?
— Эх… — гном вздохнул, потом встал с кресла. Он не пользовался никакими магическими предметами, но мне показалось, что вдруг стал выше ростом, профиль закаменел, хоть на монетах чекань. — Разрешите представиться: Фаургрид Маульташ, Хранитель клана Медного Обуха.
Ого! Хранитель — это фактический глава клана. Какое тут у нас… представительное общество собралось. Тем временем госпожа Редфилд добавила к словам Фаургрида:
— Сколько я помню, маг земли в ранге архимага, первый советник Подгорного короля Таурина второго… мне не изменяет память, дорогой господин Маульташ?
— Ну что вы, баронесса! — гном усмехнулся и сел.
Тут, наконец, отмер капитан Гаскелл. Судя по нему, все это время он переваривал известие о количестве высокопоставленных особ, внезапно свалившихся на его голову.
— Что я еще не знаю? — скрипнул он зубами и в упор уставился на меня. — Вы, юная леди, окажетесь королевой Галлии? Или уж сразу аватарой богини Дану?
— Нет, господин капитан! Боюсь вас разочаровать, но я останусь той, кем представлялась с самого начала, Александрой ван Хоорн, гражданкой Бритвальда, следующей по личным надобностях в Христианию.
Мое признание не умиротворило Гаскелла, и он перевел пылающий взор на генерала МакАртура. Мне показалось даже, что, если бы мог, он и зарычал, и пар из ноздрей выпустил. Видимо, присутствие принца Хольгерда-Иоанна его несколько стесняло.
МакАртур хмыкнул и потянулся к погасшей трубке.
— Боюсь вас разочаровать, Гаскелл, но и мне нечего добавить… Лавиния, давай уже не будем отнимать время у занятого человека. Расскажи капитану о встреченных нами странностях, и будем решать, к чему это нас ведет.
Рассказ госпожи Редфилд не был длинным, но капитана и мэтра Бертье, судя по всему, впечатлил. Во всяком случае, мэтр Бертье совершенно по-простонародному почесал макушку и сказал Гаскеллу:
— Послушай-ка, Джош, а ведь мы можем дополнить списочек, а?
И она дополнили.
Нынешний рейс «Гордости Бритвальда» выдался чрезвычайно урожайным на несуразности, неприятности, жалобы пассажиров. Причем все странности касались только и исключительно пассажиров первого класса — ни во втором классе, ни среди команды ничего подобного не было.
Одна из пассажирок рассказала о регулярно появляющемся в ее каюте призраке; другую преследовал ненавидимый ею запах розового масла. У третьей, так же как и у Фаургрида, менялись картинки в каюте. Еще один пассажир не мог поймать важные для него письма и бумаги; они, словно живые и обладающие собственной волей, каждый раз оказывались в другом месте.
Нужно отметить, что все жалобы были объединены несколькими общими факторами: ничего не происходило с теми пассажирами, кто путешествовал не в одиночестве; никто всерьез не пострадал — самыми тяжелыми случаями были порезы на руках Дианы Маллиган, да мое незапланированное купание.
— Нам от чего-то старательно отводят глаза. Вот только интересно, от чего?
Глава 10
Я отвела взгляд от корзины с булочками и тяжело вздохнула. Больше впихнуть не получалось ни крошки, а ведь я еще не попробовала плюшки с кремом и розовой глазурью! Да, удивительным образом моя мама умеет найти и взять на работу лучшую кухарку города, и так — в любом месте, куда их с отцом закидывает судьба (и министерство иностранных дел). Вот и здесь, в Христиании, они обосновались совсем недавно, но на кухне резиденции посла царит фру Густавсон, и казенный особняк пахнет ванилью, корицей, кардамоном и чем-то неуловимо домашним.
— Все, мам, я сейчас лопну. А ты еще хочешь меня куда-то вечером выводить! Я же ни в одно платье не влезу так!
— Ладно-ладно, — отмахнулась мама. — Просто я тебя давно не видела и соскучилась.
— Так, может быть, ты все же расскажешь, зачем меня так срочно вызвали из Бостона? Я там уже почти корни пустила…
— Милая, — мама погладила меня по голове, как маленькую, — мне бы очень не хотелось, чтобы ты пустила корни так далеко от нас. Конечно, это твое дело, но, я так понимаю, с тем молодым человеком ты порвала? Значит, в общем-то, кроме привычки ничто не держало тебя в Бостоне.
— Наверное, да. Но привычка тоже значит немало, согласись!
Мы помолчали, потом мама покачала головой и сказала:
— У меня такое впечатление, что над отцом… что-то сгущается. И если бы это были просто небольшие неприятности по службе, я бы не волновалась — известное дело, посол отдувается за всех. Но у меня чувство, что надо ждать чего-то более серьезное. И леди Фелиция приезжает через две недели.
Тут я могла только охнуть. Леди Фелиция ван Хоорн, старая дева, кузина моей бабушки, была безошибочной приметой надвигающегося семейного урагана. За свою жизнь я видела ее три раза, и каждый визит был катастрофичнее предыдущего. К счастью, большую часть времени она проводила в своей гасиенде на острове Лансароте. Говорят, в последние пятьдесят лет активность тамошнего вулкана де ла Куэва изрядно возросла, и я более чем уверена, что одна из причин тому — бурный темперамент леди Фелиции. А, может быть, пришло мне вдруг в голову, она заставляет все возможные неприятности собираться вокруг нее и вываливаться на окружающих? Никто же не говорил, что Дар должен быть непременно полезным…
— Зачем? Чего вдруг она решила рискнуть путешествовать со своего Лансароте на дирижабле?
— Ну, в письме она сообщила, что не может не присутствовать на юбилее короля Ингвара, — мама пожала плечами. — Причина не хуже любой другой, а в чем там дело на самом деле, боюсь даже предполагать.
— Как это королевская канцелярия так промахнулась, отправила ей приглашение?
Мама только вздохнула:
— Ты же понимаешь, без тебя мы ее визита не переживем. Она не хочет останавливаться в отеле, мол, зачем, когда у нее такие близкие родственники живут в роскошном особняке? Так что, как ни крути, без тебя я просто не выживу.
Да, матушка права: странным образом, в моем присутствии легендарная фурия, одного взгляда которой бывало довольно, чтобы самая закаленная горничная упала в обморок, превращается в обычную неопрятную немолодую женщину. Наш семейный маг предположил когда-то, что это мой вариант Дара. Леди Фелиция знает об этом, и обычно старается держаться от меня подальше.
— Мам, только… я ее не видела лет десять, с моих четырнадцати. Мало ли, вдруг мой Дар утратил силу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
