Экс-губернатор числится юридически за Люберецким городским судом. Все разрешения на вывоз обвиняемого (в том числе в другой суд) дает Геннадий Цой. Судья Басманного суда обратилась к Цою с просьбой о вывозе Фургала из «Лефортово», а тот отказал, сославшись на проблемы с конвоем. Примечательно, что вопросы организации конвоирования не входят в обязанности судьи (он просто дает разрешение, а остальное — дело конвойного полка ГУ МВД по Москве). Фургал посчитал, что Цой воспрепятствовал отправлению правосудия. Кроме того, бывший губернатор возмутился, что согласно действующему законодательству заявление об отводе судьи рассматривает этот же судья.
«Ждал два года»
В мае 2022 года суд приступил к допросу обвиняемых в деле об организации заказных убийств двух бизнесменов Олега Булатова и Евгения Зори и покушении на предпринимателя Александра Смольского, совершенных в Хабаровском крае и Амурской области в 2004–2005 годах. Бывший губернатор Хабаровского края Сергей Фургал, обвиняемый в организации этих убийств, в пятницу первым дал показания, рассказав о нелегкой судьбе врача и о том, как стал заниматься металлоломом.
«Извините, что волнуюсь, — начал Фургал, обращаясь к суду. — Я ждал этого момента два года. Мне есть, что сказать. Мне есть, что ответить. Задавайте любые вопросы».
И первым вопросом был вполне ожидаемый: как случилось, что Фургал оставил врачебную практику и стал заниматься металлоломом? Ведь убийства были связаны именно с переделом рынка цветных металлов.
«С 1992 года по 1998-ой я работал врачом, в последнее время — неврологом центральной районной больницы в селе. В те времена моя зарплата составляла в переводе на доллары — 30–45 в месяц. Её ещё и не платили по 5–6 месяцев».
В этом месте прокурор заявил протест (дескать, это отступление, к делу не относится), судья его принял.
Фургал стал краток, объяснил, что переехал во Владивосток, где собирался устроиться корабельным доктором на судно, занимающееся ловлей краба. Пока в порту оформлялись документы, решил подработать. Нашел объявление, где требовался начальник участка по приему черных металлов и погрузке их на корабли.
«Предложили сутки через трое и зарплату в 4 тысячи рублей, — продолжил Фургал. — Потом мне руководитель фирмы предложил возглавить участок в селе Приморского края. Сказал, что при хорошей работе зарплата будет составлять от 1 тысячи долларов. Конечно, я согласился. Так я попал в Камень-Рыболов в 1999-ом году. В Камень-Рыболове познакомился с Николаем Мистрюковым. Руководство фирмы, где я работал, представило его как нового владельца участка. Мистрюков предложил мне остаться работать на тех же условиях. В 2001 году Мистрюков попросил меня съездить с ним в Хабаровск, где предложил работать генеральным директором одной из его компаний. А потом открыли новую фирму.
В те года заниматься бизнесом было сложно и даже опасно: с одной стороны силовые структуры и разные проверяющие органы, с другой — криминал. Если у вас не было защиты со стороны криминала, к вам могли прийти и всё забрать. И это в лучшем случае. Нас познакомили с начальником отдела по борьбе с бандитизмом УВД Хабаровского края Першиным. Мы сказали ему, что нам необходима защита.
Суть нашего с ним соглашения заключалась вот в чём: если у нас возникают вопросы с криминалом, я сразу должен сообщить ему, а за это фирма ему выплачивала деньги. Как я сейчас помню это примерно 1200 долларов. Кроме этого, ему оплачивали затраты на корпоративы. Першин полностью контролировал компанию, знал о выручке, так что периодически требовал доплат».
Первый эпизод, который вменяют Фургалу, касается покушения на жизнь Смольского, произошедшее 28 июля 2004 года. И первый вопрос Фургалу: были ли какие-то причины покушаться на его жизнь?
«Абсолютно никаких. Был знаком косвенно. Видел его один раз. Я присутствовал при разговоре Смольского с Мистрюковым. Разговор был спокойным».
Как выяснилось, в тот период Мистрюков купил два завода в поселке «Прогресс» (тот расположен в 600 км от Хабаровска) и ему нужны были рабочие. Он предложил Смольскому заняться их подбором и вообще влиться в компанию Мистрюкова. Но тот отказался, поскольку у него было много собственных обязательств.
«Никаких конфликтов интересов между Смольским и Мистрюковым не было, — утверждает Фургал. — Никаких угроз никогда Смольскому не выражали. Это не имело никакого смысла. Никаких угроз, слов или действий со стороны Смольского в отношении меня никогда не было. Уверен, что не было такого и по отношению к Мистрюкову. Он никогда про такое не говорил».
Дал показания обвиняемый и по эпизоду с убийством Евгения Зори. Фургал рассказал, как познакомился с покойным: их фирма приобрела ангар на территории, которую выкупил Зоря. Возник спор, арбитражный суд был на стороне фирмы Фургала. Они проговаривали, что можно уступить ангар в обмен на земельный участок, где находится железнодорожный тупик. «Никаких причин для убийств Зори ни у меня, ни у Мистрюкова не было», — заявил Фургал.
* * *
Эпизод с Евгением Зорей вновь всплыл в июле, когда на очередном заседании по делу об организации заказных убийств предпринимателей допрашивали секретаршу этого бизнесмена, которая работала у него в 2004 году. Женщине задавали вопросы по событиям пятнадцатилетней давности, а она так быстро и чётко отвечала, как будто её просили вспомнить о том, что случилось вчера. Уникальная способность помнить малейшие детали произвела впечатление на всех сидевших в зале. По существу — секретарша рассказала, что между погибшим и Фургалом были натянутые отношения и что он якобы фактически допускал, что Фургал может его устранить. Отношения между ними действительно явно не были дружественными, хотя бы потому, что они судились за ангар.
Свидетельство Кадырова
Одним из самых интересных событий по делу Фургала в мае 2022 года был допрос Марата Кадырова, которого следствие считает исполнителем заказных убийств.
Кадырова обвиняют в покушении на убийства бизнесмена Смольского в 2004 году (якобы Кадырова нанял Фургал). На суде он заявил, что о существовании Смольского узнал только после своего задержания. А с Фургалом и другими обвиняемыми познакомился только в процессе судебного заседания.
— В посёлке «Прогресс», где было совершено покушение, никогда не был, — заявил Кадыров.
— Жил в Хабаровске, никуда не выезжал. Работал в Центре реабилитации инвалидов.
Принципиально не стал читать многие материалы дела, считаю, что они меня абсолютно не касаются. Прочитал только показания женщин, которые якобы меня опознали. Для меня это всё было шоком. Повторюсь, что я даже не знаю, где этот поселок находится. Я клянусь всем, чем можно, что все мои показания правдивы. Ничего плохого я не делал никогда, я просто лечил людей. Никаким оружием не владею. В армии служил судовым фельдшером.
Право задать Кадырову вопросы судья дал и всем фигурантам.
— Раз у нас суд народный, то и вопросы должны звучать для народа, — прозвучал голос Сергея Фургала. — Марат (не знаю отчества), скажите, оказывалось ли на вас давление, требовали от вас показания на меня?
Судья отводит вопрос, как не относящийся к фактическим обстоятельствам.
— А в прениях я могу всё рассказать? — спрашивает Кадыров. — Я готов.
Потом другие фигуранты дела — Карепов и Палей — спросили, знал ли он их. Кадыров ответил, что нет, и стал рассказывать о знакомстве в СИЗО № 5 с Андреем Палеем (и его считают исполнителем заказных убийств, как и Кадырова).
Судья его перебил.
— То есть правда никому не нужда, — резюмировал Кадыров.
Палей пытался что-то сказать, судья попросил: «Не мешайте».
— Меня судят, а я значит, мешаю? Тогда отпустите меня.
В зале засмеялись. Судья после обратился к присяжным с просьбой не делать преждевременных выводов.
