Читаем без скачивания Пять волшебных кристаллов - Кэза Кингсли

Неужели Роско не сообщил Баскании об искривителе времени? Очевидно, нет, раз Темный Принц так и не явился. Роско сказал Баскании: «Время пришло. Замок Алипиума будет разрушен прямо сейчас». О гибели замка он узнал от Оскара. Почему же Роско умолчал об искривителе?

Эрек вспомнил, что за углом сейчас стоит и хохочет Балор, сжимая в кулаке бронзовый свисток. С помощью этого свистка он призвал бронзовых призраков, чтобы они поскорее разделались с королевским домом. Эрек не горел желанием встречаться ни с Балором, ни с Басканией, который обещал прийти и полюбоваться на развалины. Эрек побежал в самую запущенную часть парка, под густые кроны деревьев. Вернее, поскакал — с каждым шагом кроссовки подбрасывали его высоко в воздух. Видимо, их магию усиливало присутствие хрустального Турха Труйта.

В голову прокралась беспокойная мысль. Где Бетани? В замке людей не осталось, значит, ей ничто не угрожает. Но ведь она, должно быть, страшно напугана! Одно мановение скипетра — и Бетани уже стояла перед Эреком, изумленно озираясь.

— Ты цела? — спросил Эрек.

— Как я сюда попала?!

Бетани оглянулась на гибнущий замок и ахнула. Некоторое время они молча смотрели на то, как рассыпается некогда величественное здание.

— Я ничего не понимаю… — проговорила Бетани. — Сумасшедший день! Может, мне это снится? Я заканчивала одно доказательство, очень сложное, — определяла, на какую из математических основ следует опираться в работе над новой книгой. И вдруг стены как начали ходуном ходить! Я думала, землетрясение! А потом Джем прилетел за мной на волшебном ковре! — Она раскраснелась от волнения, глаза у нее горели. — Он сказал, что замок рушится! Ковер был такой большой, что поместились и мы с Джемом и Пирожкой, и все мои нужные вещи, и волшебные штуковины, и подарки друидов, и деньги, и научная работа. А потом, — продолжила она, приняв гордый вид, — мы полетели в твою комнату и захватили твой фонарик-самосвет, твои деньги и вообще все, что может пригодиться. Мы успели все забрать прежде, чем начал осыпаться потолок. Волчка из конуры Джем тоже забрал, так что не волнуйся. А потом мы постарались улететь как можно дальше от замка. И вдруг — бац! — я оказалась здесь, с тобой.

Ребята не могли отвести взгляд от оседающего и рассыпающегося замка. Шесть огромных статуй у входа дрожали и шатались, по ним бежала сеточка трещин. Эрек моргнул. На секунду ему померещилось, что статуи в страхе пытаются убежать прочь со всех ног.

— Только бы король Питер был жив и здоров… — прошептала Бетани в оцепенении. — Какое счастье, что ты выбрался… — Она заметила в руках Эрека скипетр и ахнула. — Что случилось?! Откуда ты это взял?!

— Не бойся, Бетани, все будет хорошо. Я добыл Турха Труйта и возвращаюсь на остров Мэн, чтобы присоединить к нему авены. Король Питер ждет меня на Авалоне. — Эрек решил не вдаваться в подробности о том, как король туда попал, чтобы подруга не прибила его на месте. — Я воспользовался искривителем времени и вернулся на десять лет назад. Там я и нашел Турха Труйта. А король Питер, как выяснилось, давным-давно наложил заклятие, чтобы замок разрушился, когда я узнаю, что… Ты не представляешь, что я узнал в прошлом!

— Что? — осовело спросила Бетани.

От потрясения она явно не вникала в смысл его слов.

— Я один из королевских тройняшек. Король Питер — мой отец.

Бетани уставилась на него в шоке.

— Не может быть. Он же…

— Ну да, он ничего мне не говорил, — пробурчал Эрек, — потому что пытался сохранить замок.

Бетани посмотрела на развалины.

— Так это все… из-за тебя?! — У нее задрожали губы. — И король Питер твой… — Бетани побагровела и сжала кулаки. — Ты все испортил! Ненавижу тебя!

Она залилась слезами и побежала прочь.

У Эрека земля ушла из-под ног. Мысли путались. Почему Бетани винит его?! Он же хотел как лучше! Кто мог знать, что замок разрушится? У нее нет никаких оснований на него злиться!

По телу прокатывалась сила скипетра, а вместе с ней и волны страха. Надо было возвращаться на остров Мэн и заканчивать испытание. Король Питер получит назад свой скипетр, и все наладится. А с Бетани Эрек потом помирится. Она простит его, когда поймет, что он ни в чем не виноват.

А может, не торопиться? Остров Мэн никуда не денется. Зачем отдавать скипетр так поспешно? Эрек начал привыкать к его теплу, к чудесному ощущению всемогущества, которое он дарит. Глупо было бы от него отказываться. Подумать только, что Эрек может сделать теперь, когда скипетр наконец попал к нему в руки!

Нет! Эрек содрогнулся. Следовало отправляться на остров Мэн сию же секунду. Чем дольше он держит скипетр, тем труднее будет с ним расстаться. Эрек чувствовал, что часть его души, жаждущая безраздельного обладания скипетром, крепнет и набирает силу. Еще немного — и он уже ничего не сможет с собой поделать!

Эрек огляделся. Портодверь в замке погибла. Как же теперь попасть на остров Мэн?

Ну конечно! Есть же скипетр! Король сказал, что нельзя использовать волшебный жезл для прохождения испытания, но это ведь еще не испытание! Эрек задумался, не стоит ли взять кого-нибудь с собой, но вспомнил, что помочь ему никто не сможет — авен Знания лишит разума любого, кто не находится под защитой Турха Труйта.

«Перенеси меня на берег острова Мэн, туда, где зарыты авены», — мысленно приказал он скипетру. И в мгновение ока очутился на холодном побережье Северного моря, дрожа от промозглого ветра. Про куртку он забыл. Теплая энергия скипетра в ладони напомнила ему о том, что этой беде легко помочь. «Дай мне куртку и шапку, — распорядился Эрек. — Согрей меня».

Магия скипетра катилась по телу, даря чувство неуязвимости. Ее еще больше усиливал хрустальный Турх Труйт, подрагивающий на цепочке. Тем не менее Эрек был подавлен, растерян и плохо соображал, что теперь делать. Глаза застил густой туман.

Король, разумеется, не одобрит применения скипетра для того, чтобы попасть на остров и добыть одежду… Ну и пусть! Зато Эрек теперь не дрожит на пронизывающем ветру, и на обледенелом побережье ему тепло, как в солнечном Алипиуме. Да и какое король Питер имеет право совать нос в его дела? Что хорошего он сделал для Эрека? Отец, называется…

Эрек забыл, зачем он оказался на этом пустынном берегу. На шее висело что-то теплое. Эрек взял маленький предмет в ладонь и увидел, что это хрустальный вепрь. Точно, авены… Эрек понял, отчего он так зол и растерян. Наверняка и красотой не блещет. Но по крайней мере, Турх Труйт позволял более или менее трезво мыслить.

Туман, курящийся над островом, придавал ему таинственный вид. Сосульки, свисающие с голых ветвей, позвякивали, указывая на Эрека сверкающими пальцами. Утес маячил над краем вересковой пустоши огромной тенью. Ковер пожухших трав колыхался на ветру, маня вперед. Над головой раздавались крики чаек, похожие на хриплый смех.

Эрек пошел к валуну, лежащему рядом с колючим кустом дрока. Под ним скрывались авены. Земля внезапно загудела, и с утеса рухнул здоровенный камень. Чем ближе становился валун, тем хуже делалось на душе у Эрека. Он был зол и растерян. Почему он здесь, а не дома, в теплой постели? Он что, нанимался к мойрам на побегушки? Пусть хоть разок найдут для этого кого-нибудь еще.

В руке зашевелилось что-то теплое, и Эрек услышал голос: «Ты бы подержал в руке хрустального вепря, приятель. Проветрил бы голову».

Эрек послушно взялся за сосуд, и ему полегчало. Он вспомнил, что в этом сосуде надо запечатать авены. Знать бы еще как… Никто не рассказал ему, как это работает. Эрек напряг память. Он знал лишь, что многие погибли, пытаясь выполнить эту задачу, и что прикосновение Турха Труйта увеличивало мощь всех волшебных предметов.

Эрек нахмурился. Если прикрепленные к этой штуке авены станут еще сильнее, что же станется с ним? Неудивительно, что все, кто пытался сделать это, погибли. Если воздействие авена Знания усилится, Эрек вообще ничего не сможет сделать!

Решение казалось таким простым. Оно лежало прямо у Эрека в ладони. Стоит произнести несколько слов, и скипетр все сделает за него. И плевать на короля Питера, который утверждает, что нельзя прибегать к скипетру на испытаниях. Скипетр — вот он, в руке, так почему бы им не воспользоваться? К тому же у Эрека благородная цель! Он не пытается завоевать благосклонность мойр или алипиумцев — он хочет исцелить Субстанцию и спасти Верхний мир! Если это легче сделать с помощью скипетра, то так тому и быть!

До его слуха донеслись шаркающие шаги. Эрек обернулся и увидел неясную тень. По берегу к нему шел человек, а за ним еще один. В тумане Эрек не мог различить, кто это. Он выставил перед собой скипетр, приготовившись отбиваться. Снова накрыла злоба и растерянность, но он вовремя вспомнил, что надо схватиться за хрустального вепря, который стал заметно теплее.