Читаем без скачивания Комната кукол - Майя Илиш

Солнце разбудило меня ранним утром, пощекотав тонким лучиком. Синело ясное небо. Я высунулась из окна, пытаясь понять, царит хорошая погода за пределами Холлихока или утро великолепно только в заколдованном имении. Дождь испортил бы мои прекрасные планы, и я восприняла солнце как знак согласия Господа с тем, что я намеревалась сделать. Господь мог вмешаться, если бы хотел, чтобы я осталась человеком. Но пока что все выглядело так, будто он, напротив, хочет облегчить мне последние шаги.

В этот день я пропустила завтрак. Вайолет отдала мне фейское вино, и Молинье увидят меня только после превращения. Я не хотела, чтобы они отпустили какое-нибудь глупое замечание и я в последний момент передумала. Взяв корзинку для пикника, я гордо направилась в лабиринт. Корзинка оказалась довольно тяжелой — не так из-за еды или вина, как из-за плотного покрывала, которое мне выдали вместо пледа. Но я уже представляла очаровательный пикник, как на увиденной когда-то картине, — роскошный, праздничный. Тогда, помнится, я подумала, что если мне придется устраивать пикник, то он будет столь же восхитительным.

Убедившись, что утренняя роса уже высохла, я расстелила покрывало. На него я положила две диванные подушки — наверное, когда-то на диване Вайолет поменяли обивку и эти подушки больше не подходили по расцветке, поэтому их спрятали. Теперь же им предстояло в последний раз увидеть свет дня. Бледно-розовые подушки великолепно смотрелись на темно-фиолетовом покрывале, а как фея я хотела чем-то порадовать свой взор. Потом я тщательно установила подсвечники: земля тут была неровной, и если поставить их неправильно, то они могут опрокинуться, — я хотела насладиться чудесным днем, а не устроить пожар и оказаться в ловушке в пылающем лабиринте.

Распаковывая фарфоровые тарелки, две большие и две маленькие, я заметила, что миссис Арден выдала мне надбитую посуду. Уверена, она сделала это намеренно: за эти тарелки какого-то неловкого лакея или неуклюжую посудомойку уже лишили части месячного жалованья, но пока фарфором еще можно было пользоваться, экономка не собиралась его выбрасывать. Впрочем, меня это не огорчило. Мне нравились несовершенные вещи. Для вина мне дали два бокала из прозрачнейшего хрусталя, сиявшего в лучах солнца, точно россыпь алмазов. Похоже, Вайолет серьезно отнеслась к моему желанию торжественно попрощаться с жизнью в мире людей, и я была благодарна ей за это. Что бы она сделала, если бы узнала, как я обманула ее? Наверное, ничего. Я предполагала, что Руфус подозревал истинные причины смерти Бланш, но ему было все равно, ведь понимание этих обстоятельств ничего не меняло. А может, феям казалось неважным многое, что будоражило бы людей… Я не волновалась по этому поводу. Когда сегодняшний день завершится, я присоединюсь к вечно счастливому племени, и даже была этому немного рада.

Ключом к моему перевоплощению станет вино. Вайолет дала мне небольшой флакон — в такие обычно наливали духи, и едва ли предполагалось, что из него можно пить. Я с облегчением поняла, что достаточно совсем небольшой порции, — вдруг я передумала бы и не выпила его до конца? Неужели я бы так и застряла в процессе превращения из человека в фею? Нет, этого не произойдет, учитывая, что нужно выпить лишь пару капель. И, конечно, у нас было другое вино, настоящее, предназначавшееся для меня и Алана. Оно выглядело роскошно — два хрустальных графина из того же набора, что и бокалы.

Вначале мы выпьем великолепное красное вино — оно подойдет к мясной начинке рулетов. Белое вино, золотившееся в графине, подавалось к сладким блюдам — правда, я не знала, любит Алан сухое вино или сладкое. Посмотрим. Один бокал ему придется выпить — ради меня. Да и как устоять перед этим золотистым блеском!

Расставив все по своему вкусу, я села на подушку и принялась ждать. Три раза я вставала и переставляла тарелки и графины — мне казалось, что стоит их немного сдвинуть. В какой-то момент я задумалась, не налить ли себе бокал вина, но решила этого не делать: я не хотела, чтобы туда упала какая-нибудь мушка, чего можно было ожидать на свежем воздухе. Потом я поправила платье, стараясь выглядеть столь же очаровательно, как те женщины на картине. Наверное, я вела себя тщеславно — собственно, после превращения я хотела бы выглядеть, как и раньше, чтобы узнавать себя в зеркале, но я буду не против, если мои волосы завьются и потемнеют. Разве у феи могут быть волосы мышиного цвета? Да и кто же захочет сохранить такой невыразительный цвет?

Время шло, солнце поднималось все выше, роса на тисовой изгороди совсем высохла, а Алан так и не появился. Я сердилась, представляя, что он уже давно сидит рядом, невидимый, и смеется надо мной. Затем я все-таки налила два бокала вина. Если Алан думает, что ему удастся нарушить мои планы, просто не поддержав меня в нужный момент, то он ошибается. Я представлю, что Бланш рядом, и действительно проведу пикник в ее честь. Ну и пара мух составят мне компанию. Но когда я уже собиралась пригубить вино, до меня донесся какой-то звук.

Я испуганно вскинулась, решив, что за мной проследил садовник или кто-то из слуг Руфуса, — в такое сейчас было легче поверить, чем в появление Алана. Но затем я услышала его такой знакомый и родной смех.

— Ну же, миледи, неужели вы хотите начать праздник без меня? — весело осведомился он.

Я напустила на себя горделивый вид и повернулась в сторону, где, как я предполагала, стоял Алан.

— Только если милорд позабыл о знаменательной встрече.

Я задумалась, не придется ли мне в будущем изъясняться именно так. Может ли фея говорить, как сирота из Уиттона, все образование которой сводилось к паре книг из библиотеки?

— Ладно тебе, — хмыкнул Алан. — Я могу присесть?

— Пожалуйста. Сам видишь, где твое место.

Первое время я молчала. Собственно, все должно быть идеально. Мы с Аланом нежимся на солнышке… Идеальный пикник. Я ничего не оставила на волю случая, но вдруг у меня очень разболелся живот, а это не входило в мои планы.

— Я знаю, сейчас мы можем сделать вид, что… — начал Алан.

— У меня есть рулеты с начинкой из дичи, — жалобно перебила его я. — Ты уже пробовал дичь? Знаешь, как это вкусно? — Я должна была разыгрывать идеальную хозяйку, чтобы избавиться от гнетущей тишины.

— Не волнуйся, — сказал Алан. — Выпей вина, это поможет тебе расслабиться.

— Прямо сейчас? — прошептала я и машинально потянулась к флакону, стоявшему рядом.

Оттого, что Алан высмеивал меня, легче не становилось.

— Нет, то, которое ты уже налила. Вино в бокале.

Алан взял свой бокал и осушил его одним глотком, не полюбовавшись изумительным хрусталем и не насладившись благородным ароматом. Затем он потянулся за графином и налил себе еще. Я потрясенно уставилась на него. Когда мы сидели тут в прошлый раз и пили вино, которое Алан утащил у фей, он едва пригубил спиртное, позволил себе лишь пару глотков, ведь ему нужно было работать, — теперь же он жадно набросился на изысканное вино, словно пытался смыть им свой гнев.

Приходилось лишь надеяться, что мне останется хоть немного. Я не собиралась напиваться, но помнила приятное чувство легкого головокружения и хотела испытать его еще раз — чтобы голова была ясной и я понимала, что делаю, но при этом испытывала чудесное тепло в животе. Главное, чтобы это тепло, будто насмехаясь надо мной, не сменилось тошнотой. И чтобы Алан хорошо переносил спиртное. Я не хотела тащить его на себе из лабиринта — ведь как фея я должна ступать горделиво и величественно, обозревая свои владения.

Вначале я попыталась сдержать его, нарочито медленно отпивая вино и сосредоточившись на рулетах, которые оказались действительно очень вкусными. Если бы не наложенные на слуг чары, я непременно лично поблагодарила бы кухарку за такое угощение, но, похоже, в таком состоянии она не оценит похвалу. Зато теперь она была счастлива в Холлихоке, окруженная милыми феями, которых обожала…

— Все в порядке, Алан? — осторожно спросила я.

Алан хмыкнул, и я поняла, что его веселье в начале пикника было напускным, но теперь ему не хотелось притворяться.

— В порядке? Ты сейчас станешь феей, и еще спрашиваешь меня, все ли в порядке?

— Мы говорили об этом. — Хотя разговор не пришелся мне по душе, я играла Флоранс, голос разума. — Не делай все сложнее, чем оно и так есть. Я приложила столько усилий, чтобы… — Я осеклась, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы.

Нет, я не собиралась разрыдаться перед Аланом, поэтому спрятала лицо за бокалом с вином. Мой пикник был куда красивее, но на пикнике Алана мы чувствовали себя лучше.

Вино действительно помогло нам расслабиться. Алан попросил у меня прощения, а я извинилась перед ним, сама не зная за что, но мне хотелось, чтобы у нас все наладилось.

— Это наш последний день вместе, — напомнила я. — Скорее всего. Я не знаю, что случится завтра. Но сегодня… сегодня я хочу, чтобы ты мне нравился.