Глава 27
О том, как после похорон Ортиса они возвращались из долины, стоило бы написать полноценный приключенческий роман. Одно то, что им пришлось ловить укатившуюся по склону голову отца великанов, заслуживало целого рассказа. Несмотря на большие рога, трофей устремился вниз, постоянно меняя направление, а Дассар, словно сайгак мчался за ним, ведь от этого рогатого черепа зависело будущее царевича. Кто поверит в славную победу, если не предоставить доказательств? Никто! Вот и пришлось юному сыну полководца тащить на горбу воняющий «экспонат». Ему повезло в том, что он отказался от идеи взять с собой вместилища разума остальных великанов, не то бы точно всё потерял, а так сохранил хоть что-то. Павел, опирающийся на плечо шатенки по имени Гея, посоветовал насадить пойманную голову на шест, чтобы она больше не убегала. Так они и дошли до первого населённого пункта – впереди возвышалась рогатая морда, а за ней шли пленницы и их спасители. Жители деревни сначала испугались, а потом обрадовались и восславили царевича и его спутников. В тот же деньстароста – почтенный Квист и его сын Контий, устроили пир в честь победы над силами зла и спасением похищенных девиц, ведь три из пяти девушек оказались родом отсюда. Местная лекарка заявила, что вытравит плод из жертв насилия, так что отпала необходимость тащить пленниц на побережье. А для двух округлившихся женщин предоставили транспорт – телегу, запряжённую волами. Через четыре дня их провожал Квист и пожелал Дассару счастливого пути.
Два дня путники продолжали победоносное шествие по горной стране и заходили во все городки и деревни, показывая голову рогатого монстра. На третий день они проехали поворот на город Лотрой, и вскоре позади на дороге показалась колесница, в сопровождении кавалькады. Полсотни вооружённых всадников окружили царевича и остальных путников, а стоявший на колеснице крупный светловолосый мужчина, облачённый в дорогие одежды, громко крикнул:
– Так значит это правда?! Племянник, словно вор, проник в мои земли и решил, как и его папаша, отобрать у меня славу победителя великана?!
– Дядя Битрон? – уточнил Дассар.
– Я – царь Битрон! А ты семя ничтожного Фессира и продажной девки!
– Что тебе, мешало самому сходить в долину и убить великана? – с ехидцей поинтересовался Дассар. – Позволь угадаю, ты не посчитал нужным заниматься спасением подданных! Они же нужны для того чтобы платить дань, а то что кто-то пропадёт, так это не беда, женщины других нарожают!
– Ты оскорбляешь правителя этих земель! – взвизгнул Битрон. – Убейте их!
С самого начала пути, как только они вошли в первую деревню, Сергей никак не мог понять, почему Дассар, вопреки советам покойного Ортиса, сообщал всем, что приходится сыном великому полководцу-завоевателю Фессиру. Ведь старый начальник охраны рекомендовал не говорить о том, что он царевич. Из-за тщеславия юного Дассара они все погибнут, и Сергей больше не увидит Фессалию. Однако стоило воинам царя направить копья на путников, как Дассар расхохотался и, помахав рукой в сторону кустов, сообщил:
– Ха-ха-ха, Контий надеялся на то, что ты захочешь лично поучаствовать в моём уничтожении. Он оказался прав, и ты явился в ловушку.
Шатенка Гея и Павел подняли щиты над беременными женщинами и полутораметровым «малышом», сидевшим в телеге. В тот же миг из кустов вылетели десятки дротиков и стрел, поражая всадников и коней. Сергей, которого не посветили в детали плана, стоял, словно огретый пыльным мешком и не мог понять, откуда взялись вооружённые горцы, спешащие на битву со всех сторон. Павел кинул ему щит и посоветовал защищаться, в противном случае его просто убьют. Русоволосому парню пришлось обнажить меч и сразиться сначала с одним противником, потом со вторым. Сам Дассар мчался в сторону колесницы и в стремительном противостоянии с охраной одолел врагов. После забрался на борт колесницы, держа в руках отрубленную голову Битрона. К нему спешил Контий – сын старосты из деревни. Он прикрыл царевича щитом и громко заявил:
– Да здравствует новый царь Дассар!
Всадников Битрона почти всех добили, впрочем, более десяти воинов успели скрыться, умчавшись по дороге в сторону столицы. Сергей с обидой в голосе поинтересовался:
– И к чему такая скрытность? Почему никто не сообщил мне о засаде?
– Ты всю дорогу мечтал о бабах, – усмехнулся Павел. – Я собирался рассказать, но Дассар не хотел портить сюрприз. Ты бы начал отговаривать, а у него созрел план, как вернуть трон. Знаешь, когда рядом нет Фессалии, которая давит авторитетом, царевич начинает думать самостоятельно. Уж не знаю, какой она стратег, но воспитатель из неё никудышный.
– Ты хочешь меня разозлить? – удивился Сергей.
– Нет, просто констатирую факт. Она совсем не уделяет внимания дочерям, поэтому они ни о чём не думают, кроме как о мужчинах.
– Это же нормально, – воскликнул Сергей.
– Возможно, но мне больше нравится Гея, которая в одиночку отправилась спасать девушек из деревни. Она у меня славная охотница и почти воительница.
– И сама чуть не стала жертвой насильников, – усмехнулся Сергей.
– Я же не говорил, что она великая воительница, – в тон ему ответил Павел. – Поверь, если бы на её месте оказалась Фессалия, ей бы грозила та же участь. Ты лично прикончил великана и прекрасно знаешь, насколько прочная у него шкура и кости. Этот урод так дал мне по голове, что до сих пор в ушах звенит и слегка подташнивает.
– Я думал, ты погиб, как Ортис, – сообщил Сергей.
– Если бы не усиление Могучего, я бы точно сдох, – согласился Павел. – Сейчас твоя основная задача вернуться на «Арго» и переправить Тису, Фессалию и её дочерей в город Лотрой. Там ты организуешь местных воителей и научишь их сражаться фалангой.
– А ты что будешь делать?
– Выполнять твоё обещание данное беременным женщинам, поеду на гору Кошмара.
– А без тебя никак? – уточнил Сергей.
– Никто из местных не знает Могучего, а я могу попросить его спасти будущих мамаш.
– А если у него не получится?
– Ты хоть сам веришь в эти слова? С саркофагом у него всё пройдёт как надо. К тому же не удивлюсь, если к себе в свиту он введёт пару великанов. Да и нашему малышу нужен строгий наставник, а то этот агукающий засранец постоянно дёргает меня за волосы.
Сергей улыбнулся, так как часто наблюдал за тем, как полутораметровый «малыш»
