расслабься, — шепчет Атертон, склоняясь ближе. Его губы оказываются слишком близко, почти касаются моих. Я успеваю резко повернуть голову, и его поцелуй соскальзывает по щеке.
101. Муж
Так не может всё закончиться. Это не конец — не может быть.
С уголка глаза соскальзывает слеза.
Я пытаюсь увернуться, отбиваясь чем получится — плечами, бедрами.
Губы Атертона скользят по моей шее, опускаясь всё ниже.
— Руни, крылья! — мысленно требую я. Единственное крыло летит к моему мучителю, окатывая его водой.
— Что за…? — спрашивает Атертон, замирая. Вода стекает с его лица.
Прежде чем я успеваю что-то сказать, рядом внезапно появляется чья-то фигура и сбрасывает генерала с меня.
Я, наконец, дышу свободно и сажусь, прикрывая лиф платья. Сердце всё ещё бешено колотится.
— Ты в порядке? — спрашивает знакомый голос.
И только тогда я вижу Ривза, который возвышается надо мной и Атертоном. Взгляд хранителя холоден и беспощаден, а его поза напряжена, как у хищника, готового напасть.
Атертон встаёт, отряхивая несуществующую пыль.
— Что-то я не помню, чтобы звал вас, ваше сияние, помочь с моей женой, — бросает генерал яростно. Но тут же пятится, понимая, что противостояние с этим драконом — это не то, что ему под силу.
«Ваше сияние?» Смотрю то на одного, то на другого. Так принято обращаться к высшим чинам, в том числе к генералам.
Всё, что я знала о Ривзе, крутится перед глазами. Я понимаю, что мне не хватает чего-то важного, какой-то детали, чтобы понять, кто он.
— Ваша жена под защитой Истока, до тех пор, пока я не разберусь в её обвинении и нарушении процесса вашего развода. Исток желает, чтобы на время расследования вы, пятый генерал Атертон, воздержались от своих желаний и обходили лиору стороной.
— Этого не Исток желает, а вы! — выплевывает взбешённый Атертон.
— Да. Я и есть Исток. Я есть закон. Лиора под моей защитой, поэтому хорошенько подумайте, прежде чем сделать то, чего она не желает.
— Ну это мы ещё посмотрим! — рычит Атертон и вылетает из моей комнаты.
Я смотрю во все глаза на Ривза. Он опускается на колени перед кроватью. Его рука осторожно касается моей ладони.
— Ирис, — шепчет он. Янтарные глаза тут же меняются: они становятся светло-золотистыми, и в них появляется мягкость, такая несвойственная хранителю. — Ты в безопасности. Слышишь? Никто не посмеет причинить тебе вред, пока я жив.
Мои руки дрожат.
Я пытаюсь сдержать слёзы, не зная, что делать с этим переполняющим чувством облегчения. Сидя на кровати, судорожно вцепляюсь в испорченное платье, словно оно может спасти меня от лавины чувств. Но перед глазами всё ещё проплывают картины жестокости моего пока ещё мужа.
Что было бы, если бы Ривз не пришёл?
— Ирис?
Я не отвечаю.
Он неожиданно делает резкий рывок ко мне. Матрас под ним слегка пружинит, и в следующий миг я оказываюсь в кольце рук Ривза.
— Я здесь, — тихо говорит он. Его ладони ложатся на мою спину: движения нежные, мягкие, успокаивающие. — Если хочешь, плачь.
На какое-то мгновение я поддаюсь его теплу: слёзы жгут глаза, готовые вырваться наружу. Но вдруг меня словно пронзает осознание. Задержав дыхание, поднимаю взгляд на хранителя и шёпотом произношу:
— Исток… Ты брат императора.
Боже, как я могла быть такой дурой?
Я должна была догадаться ещё в тот момент, когда в его комнате нашла тот кристалл от Призраков. Он драконорождённый Вейл. Защитник Истока.
— Ирис… — он склоняется ближе, заглядывая мне в глаза, и в его взгляде я улавливаю тень беспокойства.
— Ты драконорождённый Вейл, — выдавливаю из себя. — А не хранитель крепости.
Его пальцы на миг сжимают мою талию сильнее. И от этого прикосновения я ещё острее осознаю, как опасно быть рядом с ним. Потому что по телу разливается стремительное тепло.
— Я всё объясню, — шепчет Ривз.
— Нет, — произношу глухо. — Уходите, ваше сияние. С меня довольно игр.
102. Муж
Ривз резко отодвигается, почти рывком, и тут же встаёт. Из его кармана выскальзывает пузырёк.
— Осторожно! — только успеваю выдохнуть, прежде чем он ударяется о пол.
Стекло разлетается на мелкие осколки. Жидкость расползается тёмным пятном, поверх которой оказывается клочок бумаги.
Я замираю. Белый лист кажется ничем не примечательным, пока взгляд не выхватывает нарисованную чернильную звезду в центре. Её лучи трепещут, растекаясь по бумаге.
Сердце частит. Воздух внезапно тяжелеет, словно наполняясь магией.
— Что это? — слова вырываются сами по себе.
— Экстракт жгучего тёрна. Хорошее средство забыться.
Забыться?
Какое-то время мы просто смотрим на странную этикетку.
— Пришлю кого-то убрать, — нарушает молчание Ривз. Его лицо выглядит таким отстранённым, будто он и вовсе ничего не шептал минуту назад. — Послушай, Ири… Я тебе не лгал. Никогда.
Качаю головой.
Нет. Все вы лжёте. Преследуете только собственные интересы, и я не желаю вам доверять.
Губы хранителя дрожат, словно он хочет что-то сказать, но тут же сжимаются в тонкую линию. Через мгновение Ривз уже стоит у двери.
— Ривз! — Я всё же окликаю его.
Он оборачивается так резко, словно только этого и ждал.
Вдыхаю глубже, пытаясь унять дрожь, и понимаю: если не начну действовать прямо сейчас, то просто сойду с ума от страха.
— Мне нужны книги учёта, полный отчёт о состоянии крепости: ресурсы, финансы, персонал и безопасность. — Я останавливаюсь, наблюдая за реакцией Ривза, но он остаётся неподвижным, лишь чуть сужает глаза. — А ещё организуй ванную, выдели горничную и отправь за Лейзом. Я хочу немедленно решить вопрос с моим свободным передвижением по замку.
Взгляд хранителя холоден, но в уголках губ появляется почти незаметная улыбка.
— Конечно, лиора. Как пожелаете.
— И ещё. — Я делаю паузу, будто проверяя его терпение. — Мне нужен новый хранитель. Его Сияние, Защитник Истока, больше не может этим заниматься.
Ривз замирает на мгновение, но затем коротко кивает
— Разумеется. — Его голос обманчиво ровен, но мне кажется, что в словах звучит вызов.
Хранитель уходит, оставляя меня одну.
Запах пролитой жидкости медленно наполняет комнату — терпкий, горьковатый.
Звезда на бумаге снова притягивает взгляд, будто в ней скрыт какой-то недоступный смысл. Я наклоняюсь и осторожно поднимаю этот клочок.
Жгучий тёрн? Что имел в виду Ривз, говоря о «забыться»? Это что-то вроде
