Читаем без скачивания Антрополог на Марсе - Оливер Сакс

Гельмгольц в автобиографических мемуарах «Мысли о медицине» («On Thought in Medicine») приводит поучительную историю, произошедшую с ним самим. Однажды, когда он был маленьким мальчиком, он гулял с мамой в парке и увидел, казалось, невдалеке небольшую башенку с ограждением наверху, за которым стояли какие-то миниатюрные «человечки» – не то игрушечные солдатики, не то куклы. Он попросил маму подойти к башенке и достать ему одну из игрушек. К его удивлению, мама ответила, что это не башенка, а настоящая башня высотой в двести метров, находящаяся от них на расстоянии километра, а за ее оградой не куклы, а настоящие люди. Как далее пишет Гельмгольц, пояснение матери помогло ему избежать в будущем подобных грубых ошибок.

Эдгар Аллан По в рассказе «Сфинкс» описал противоположную ситуацию. Герой рассказа, сидевший в кресле у открытого окна, неожиданно увидал на склоне отдаленного холма отвратительного вида чудовище. На поверку это чудовище оказалось всего-навсего насекомым, сфинксом, ползавшим по оконной раме. (Сфинкс – «мертвая голова» – бабочка из семейства бражников (сфинксов). – Примеч. Перев.).

Поделюсь и собственным ощущением. Когда я впервые закурил сигарету с марихуаной, то, взглянув на свою руку на фоне пустой стены, ужаснулся. Рука неожиданно удлинилась, приняв умопомрачительные размеры. Возможно, причиной того странного ощущения стало отсутствие на стене хоть какого-нибудь предмета, годившегося для сопоставления с ним размера моей руки, или причиной иллюзии явилось нарушение центрального зрения, вызванное наркотиком. – Примеч. авт.

116

Грегори, рассказывая о пациенте С. Б., отмечает, что его поднадзорный неизменно удивлялся тому, что предметы «меняют форму». Так, увидев фонарный столб, С. Б. обходил его, изучая со всех сторон, и приходил в изумление от того, что один и тот же предмет может различно выглядеть при осмотре его с разных сторон. Все люди, которым вернули зрение после долговременной слепоты, сталкивались с немалыми трудностями, очутившись в мире непонятных на вид явлений и незнакомых на вид предметов, которые к тому же «меняют» внешнее очертание. Такие люди, привыкшие в течение долгих лет полагаться на осязание, слух, обоняние в хаосе зрительных ощущений, могут прийти в тупик, растеряться – ведь сама концепция «внешнего вида» построена на зрительном восприятии и не касается других внешних чувств человека. Люди, которые привыкли к различным природным явлениям и к миру разнообразных предметов, воспринимая их с помощью зрения, научились управлять ими или по крайней мере к ним приспосабливаться, а если сталкиваются с новым предметом или явлением, то при желании быстро осваивают или хотя бы без особых усилий знакомятся с ним. Недавно прозревшим людям приходится неизмеримо труднее. Философ Ф. Г. Брэдли написал прекрасную книгу «Явление и реальность» («Арреагепсе and Reality»), вышедшую в 1893 г. Для людей, которым вернули зрение после продолжительной слепоты, эти понятия – предмет (явление) и реальность – долгое время находятся в изоляции друг от друга. (Брэдли, Фрэнсис Герберт (1846–1924) – английский философ, глава английского неогегельянства. – Примеч. перев.).

117

С подобными затруднениями сталкивался Фунес, герой романа X. Л. Борхеса «Фунес, Помнящий». Фунесу было не только трудно понять, что существуют различные породы собак, отличающиеся друг от друга по внешнему виду, но даже и то, что одна и та же собака выглядит в фас и в профиль по-разному. – Примеч. перев.

118

Усталость Верджила не позволила нам показать ему рисунки со зрительными иллюзиями. Это было досадно, ибо такие иллюзии позволяют установить зрительно-конструктивные способности мозга. Рисунки со зрительными иллюзиями весьма успешно использовал Грегори при обследовании С. Б. Когда он показал своему пациенту одну из таких иллюзий – иллюзию смещения, в которой параллельные линии для человека с нормальным зрением не кажутся таковыми, – С. Б. определил, что линии параллельны. Интересно и то, как С. Б. воспринял двойственные фигуры – куб и лестницу – в которых параметр глубины может меняться, а сами фигуры при определенном взгляде на них меняют видимую конфигурацию. С. Б. воспринял обе нарисованные фигуры как плоскости, расположенные в двухмерном пространстве и, естественно, не заметил, что фигуры двусмысленные. Хорошая иллюстрация недоразвитости зрительных центров мозга вследствие ранней потери зрения и долговременной слепоты. – Примеч. авт.

119

Немногим ранее Верджил, отвернувшись от нас и уставившись вдаль, взволнованно произнес: «Вы слышите рычание львов?» Мы с Бобом и Эми прислушались и действительно услыхали, хотя и с большим трудом, похожие звуки, но откуда они доносились, определить не смогли. Острый слух Верджила и его способность определить, откуда доносятся невнятные звуки, меня до крайности удивили. Впрочем, я удивлялся напрасно. Многие люди с врожденной слепотой или потерявшие зрение в детстве обладают прекрасным слухом. Вероятно, обретению острого слуха таким людям помогает постоянная сосредоточенность, что оказывает положительное влияние на слуховые зоны в мозгу. – Примеч. авт.

120

Музей наук – музей истории науки с большим собранием машин, приборов и аппаратуры, в том числе действующих моделей. Основан в 1857 г. – Примеч. перев.

121

Модели, Генри (1771–1831) – английский механик и промышленник. – Примеч. перев.

122

Павлов, проводя опыты на собаках, назвал такое реагирование «трансмаргинальным торможением, вызванным сверхмаксимальной стимуляцией мозга», и охарактеризовал это явление как защитную реакцию организма. – Примеч. авт.

123

Душевные переживания, стрессы нередко ведут к ухудшению физического состояния человека со слабым здоровьем. Так, в результате душевных переживаний у астматика могут участиться приступы астмы, у человека, страдающего паркинсонизмом, может обостриться его болезнь, а такой человек, как Верджил, может на время потерять зрение. И все же порой трудно определить, что повлияло на ухудшение самочувствия: физиологическая или эмоциональная уязвимость. – Примеч. авт.

124

«L’Aveugle qui refuse de voir» (фр.) – «Слепой, который отказывается прозреть». – Примеч. перев.

125

В своей работе «Письмо о слепых в назидание зрячим», написанной в 1749 г., Дени Дидро, с позиции эпистемологического и культурного релятивизма, рассуждает о том, что слепые люди конструируют на свой лад собственный цельный и достаточный мир, вырабатывая при этом свою особенную индивидуальность, и потому не имеет смысла говорить об их неполноценности и бессилии. По словам Дидро, проблема слепоты и желания излечиться создана зрячими, а не слепыми людьми. Дидро также считал, что высокое умственное развитие может помочь слепым познать окружающий мир во всех его проявлениях. Он приводит в пример Николаса Саундерсона, слепого с рождения человека, который читал студентам оптику в Оксфорде в начале XVIII столетия. – Примеч. авт.

126

Весьма интересовался развитием зрения канадский психолог Дональд Хебб, представивший в книге «Организация поведения» («The Organization of Behaviour») немало доказательств тому, что зрение при рождении человека (равно как и высших животных) еще не является совершенным. В своей работе Хебб рассматривает и редкие случаи обретения зрения людьми с врожденной слепотой, описание которых почерпнуто им из работ фон Зендена (сам Хебб с такими случаями не сталкивался). Эти случаи, по мнению Хебба, подтвердили его суждение, состоящее в том, что для развития и становления зрения требуется около пятнадцати лет. При этом Хебб приравнивает к младенцу взрослого человека, которого наделили зрением с помощью хирургического вмешательства. В этой части Хеббу следует возразить (что, кстати, сделал и Грегори). Возможно, что прозревшему взрослому человеку и в самом деле для обретения полноценного зрения необходимо пройти те же этапы его развития, которые требуются младенцу, но взрослый человек – неврологически и психологически – не похож на младенца, он уже имеет богатый опыт других ощущений, которые, несомненно, вступают в конфликт с новым, внезапно появившимся ощущением. – Примеч. авт.

127

Если слепота является одной из форм человеческого существования, то, несомненно, другой такой формой является глухота, которой подвержено немало людей, составляющих целое сообщество со своим языком и культурой. Проблемы, похожие на трудности Верджила, могут возникнуть у людей, которые впервые обрели слух или которым вернули слух после продолжительной глухоты с помощью имплантированной улитки. Для таких людей звуки в первое время не имеют смысла, значения, ни с чем не ассоциируются, и потому такие люди, по крайней мере первоначально, оказываются в мире звукового хаоса, агнозии. При этом возникает и проблема индивидуального толка – проблема индивидуальности, и не справившийся с этой проблемой, переиначив фразу пациента Вальво, вполне может сказать: «Лучше умереть глухим и родиться заново с развитым слухом». Следует отметить особо, что глухие люди сталкиваются в жизни и с социальными трудностями. Этот комплекс проблем рассматривает Харлан Лэйн, современный американский историки психолог, в своей работе «Маска благотворительности: бесправное сообщество глухих» («The Mask of Benevolence: Disabling the Deaf Community»). – Примеч. авт.