Читаем без скачивания Порочный круг - Уилбур Смит

В следующие пять лет множество лучших архитекторов, ландшафтных дизайнеров, гидроэнергетиков, опытных строителей и других специалистов реализовывали их мечту. По озеру доставляли лучшие строительные материалы. Джонни и Карл собирали редкие и прекрасные предметы, разновидности экзотической древесины, картины, шелка и керамику и иные произведения искусства со всего земного шара. По подземным пещерам и прудам они отвели воду из озера для орошения висячих садов на вершине холма, после чего вода искусственными водопадами возвращалась в огромное озеро, откуда была поднята.

Чтобы реализовать свой шедевр, Карл Бэннок нанял в фирме «Муркрофт и Хей» знаменитого американского архитектора Эндрю Муркрофта, который создавал для Генри Бэннока поместье на Форест-драйв.

Карл испытывал невероятное удовольствие, нанимая того, кого когда-то выбрал его приемный отец и благодетель, человек, которого он убил и чью семью уничтожил.

Карл старательно перевел в формат DVD несколько копий документального фильма, который снял для него мексиканский порнограф Амарантус. Карлу и Джонни не наскучивал этот фильм. Каждые несколько недель они целый вечер посвящали тому, что снова и снова смотрели его. И всегда радостно смеялись, глядя, как Брайони в грязи свиного хлева борется с гигантским черным хряком Ганнибалом.

А в конце обязательно подражали последнему крику Брайони, воззвавшей к отцу, крику, который убил Генри Бэннока.

– Папочка!

Именно Джонни внес замечательное предложение:

– А почему бы нам не построить свой загон смерти?

Карл радостно ухватился за эту идею.

– Дрозд, ты гений. Замечательная мысль. У нас будет собственное шоу вживую, когда захотим.

– Это бы отлично укрепило дисциплину. Если нам кто-то не понравится, мы скормим его свиньям, а остальных заставим смотреть, – объяснил Джонни свое предложение. Карл захихикал, как девочка-подросток, и обнял его.

– Мы можем построить амфитеатр вроде римского Колизея – знаешь, в древности римские императоры заставляли гладиаторов убивать друг друга в бою на арене, скармливали львам прекрасных женщин и все такое.

– Никогда не слышал об этих парнях, но мне нравится, что ты о них рассказываешь. Должно быть, крутые были парни. Мы бы и сами на такое посмотрели.

– Для этого мы опоздали на две тысячи лет, – сказал Карл. – Но мы не хуже всяких там латиносов с листьями на голове. Как сказал один человек, мы получим все, что хотим, потому что мы мегабогаты и очень круты.

– Думаешь, свиньи – это сверхкруто, белый? – насмешливо спросил Джонни. – Мы можем придумать кое-что получше стада свиней. Как насчет пары львов, парень? Это Африка, господи помилуй! Львы, по-моему, круче свиней!

Карл несколько мгновений думал над этим. Лицо его стало серьезным.

– Мне не нравятся львы. – Он покачал головой. – Они опасны, парень.

– Да что опасного в паре львов в клетке? – удивился Джонни.

– Они бегают быстрее свиней и могут вырваться из клетки. Что если один из них сбежит? Как насчет этого, парень? Не хочу я быть здесь, когда это случится.

– Ладно, кто бегает медленнее львов и ест людей? – задумался Джонни.

– А крокодилы быстро бегают? Не знаешь, Джонни?

– Я видел крокодилов в кино. У них короткие лапы. Думаю, они бегают не так быстро, как львы.

– Где бы нам раздобыть пару крокодилов-людоедов, Джонни?

– Если медленно повернешь голову и оглянешься, увидишь величайшее, чтоб его, озеро в мире.

Карл выслушал его и обернулся. Они сидели на бастионах крепости, и перед ними открывался великолепный вид на воды озера. Тем не менее Карл поправил Джонни:

– Не самое большое, только второе по величине в мире.

– А по мне так самое, – отмел Джонни его возражение. – Бьюсь об заклад, в нем водятся чудовищные крокодилы, белый.

– Пойду проверю в Интернете. – Карл встал и пошел в тронный зал, который он переоборудовал в центр связи. Несколько минут спустя он вернулся на бастион, очень довольный собой. – Налей-ка мне еще пива, Дрозд, – сказал он, садясь против Джонни. – И себе тоже. Заслужил. Ты прав в обоих случаях. Крокодилы не умеют бегать быстро, как люди, и все равно за тобой не погонятся. Они убивают из засады, но добычу не преследуют. Ты не увидишь, как они подбираются, особенно если ты возле воды. Один-ноль в твою пользу. – Карл сделал глоток пива и рыгнул. – Второй твой плюс – озеро Танганьика и впадающая в него река… – Он взмахом руки показал на внутреннее море. – Родина Crocodylus niloticus.

– А это что за дерьмо?

– Нильский крокодил, малыш Джонни. В этом озере живет крокодил, который, по слухам, достигает двадцати пяти футов в длину. Его зовут Густав. Говорят, он может проглотить такого здоровяка, как ты, не жуя.

– Пусть только один из этих ублюдков попробует подобраться ко мне, – воинственно заявил Джонни, потом запрокинул голову и заревел: – Сэм! Сэмюэль! Иди сюда, лодырь хренов!

Сэм вышел на террасу, ничуть не взволнованный тем, как выражается король Джон. Джонни начал использовать такие выражения, только когда они стали настоящими товарищами по оружию. После захвата Казунду, когда были возвращены и переформированы все войска, Сэм стал заместителем Джонни – главнокомандующего. Джонни немедленно присвоил ему звание полковника. Сейчас Сэм получал в несколько раз больше, чем в армии Зимбабве. Среди других приятных поощрений было и то, что он был третий в очереди к восточным девочкам и мальчикам, после того как ими воспользуются Джонни и Карл. Сэмюэль Нгевеньяма был счастливчиком.

– Добрый день, господин король. Вы меня звали?

– Ты отлично знаешь, что звал, черный ублюдок! – Джонни передал ему банку с пивом. – Нам нужны крокодилы, Сэм.

– Сколько, босс?

– Точно не знаю. Скажем, для начала два, но они должны быть действительно большие, и убедись, что они живые и голодные.

– Я объявлю, но может потребоваться время. Здесь мало кто радуется встрече с крокодилом.

– Отлично, Сэм. Нам еще нужно построить крокодилий загон.

В следующие несколько месяцев они много времени и сил уделяли строительству крокодильей арены. На полпути вниз с холма, который отныне именовался Замковым, согнанные отряды рабочих выкопали круглый бассейн. Очень большой бассейн не был нужен, но Карл настаивал на том, чтобы сделать его достаточно глубоким – тогда его обитатели не смогли бы сбежать.

Стены «арены», выложенные каменными глыбами, были наклонены внутрь, чтобы обитатели бассейна не могли выбраться. Один из искусственных водопадов перенаправили таким образом, чтобы он падал в большой бассейн, занимавший половину «арены». Сухую поверхность засыпали толстым слоем золотого песка с озерных пляжей. Здесь холоднокровные рептилии смогут греться на солнце, а потом нырять в бассейн, чтобы охладиться. На каменном парапете на верху стены устроили сиденья для сотни зрителей и особую ложу для короля Джона и его премьер-министра, откуда было видно все, что делается в амфитеатре. Была также специальная платформа для оператора.

В углубление вел подземный туннель, перегороженный прочной металлической решеткой. На каменном карнизе над выходом из туннеля было высечено строгое предупреждение: «Оставь надежду всяк сюда входящий».

Когда Джонни в первый раз прочел это, он спросил:

– Что, черт подери, это за «всяк»?

– «Всяк» – это всякий, кто пройдет через ворота, – терпеливо объяснил Карл.

– Ты сам придумал эту хрень?

– Что за глупый вопрос, Дрозд? Конечно, я, – заверил Карл, и Джонни восхищенно покачал головой.

– Знаешь, малыш Карл, для белого ты жутко умный!

Даже с высоты крепостных бастионов они услышали барабаны и крики в той стороне, где гавань.

– Айда, посмотрим, какого дьявола там шумят, – предложил Джонни. Они сели в новенький белый «рейнджровер», который Карл выписал в подарок Джонни на последний день его рождения. Джонни сел за руль; они спустились к порту и остановились у гавани. Королевская гвардия прикладами автоматов разгоняла толпу, расчищая им дорогу.

Карл и Джонни остановились на краю каменного причала и, заслонив глаза, всматривались в озеро. С севера приближалась флотилия местных долбленых каноэ. Пересчитать их на таком расстоянии было невозможно, но Карл насчитал примерно двадцать малых судов; они окружали два больших каноэ.

В гуще меньших каноэ сидели барабанщики. Они выбивали торжественный древний ритм. На носу и на корме стояли гребцы, они опускали и поднимали длинные весла в такт ударам барабанов – высокие стройные мужчины, чьи тела блестели на солнце, как свежепромытый антрацит. Они гребли и пели.

Два больших военных каноэ в центре строя были тяжело нагружены; борт каждого лишь на несколько дюймов поднимался над водой. В этих каноэ было по десять-двенадцать гребцов. Поравнявшись с пристанью, они развернулись и направились к пляжу. Толпа побежала по пристани, люди спрыгивали на песок, чтобы встретить каноэ. Джонни и Карл последовали за ними; Сэм и его гвардейцы окружали их и прокладывали им дорогу, колотя тяжелыми бамбуковыми палками по курчавым головам и голым спинам.