чтобы, пока саперы копают, экипажи быстро переснарядили ленты: убрали бронебойно-зажигательно-трассирующие и заменили на осколочно-фугасные. Не так заметны при стрельбе будут позиции 'Шилок' с воздуха. Бронебойными набили одну ленту для стрельбы по бронетехнике.
К позициям зенитчиков, мы подъезжали, когда немцы начинали делать первый заход на залегшую вдоль дороги пехоту. Когда проезжали мимо 'Шилки', к своему капониру, она дала очередь поверх нас — БТР даже закачался, такой была воздушная волна от её выстрелов. Поднялась пыль. Глянув вверх, увидел как самолет который был первым в строю камнем пошел вниз. Остальные как по команде ушли на высоту.
— Надо будет запас воды возить, что ли? Вслух подумал я. — Ну, это уже потом.
На этот раз бой пошел не так, как раньше. Со стороны солнца на позицию 'Шилки', которая первая открыла огонь и сбила самолет, начала заходить четверка двухмоторных самолетов. Видно их задачей было подавление ПВО.
Загнав БТР в укрытие, я доложил комбату о прибытии и продолжал наблюдать за боем зенитчиков и немецких самолетов. По рации было слышно, как экипажи "Шилок" переговариваются между собой:
— Серега! На тебя от солнца заходит четверка!
— Где? О! Бл... ! Не успеваю... !
— Серый! Давай в четыре ствола по ведущему!
— Три! Два! Огонь!
Четко вижу, как на ведущем сходятся две очереди и он в одно мгновение превращается в облако небольших фрагментов, несущихся с той же скоростью к земле, что и сам самолет за мгновение до этого. Через несколько секунд обломки ведущего упали вокруг "Шилки". Опять слышу по рации:
— Серега! Пока они думают, меняй позицию! Я прикрою!
Мехвод "Шилки" резко дав газа, буквально вылетел из капонира, и на максимальной скорости понесется к новой позиции. И сразу на него начинает пикировать уцелевшая от зенитного огня тройка самолетов. Зайдя сзади, передний самолет сбросил бомбу и начал выходить из пологого пикирования. Вот тут-то вторая наша "Шилка" и влепила очередь из всех стволов, попадание пришлось как раз в кабину. Самолет как-то неуверенно ещё немного потянул вверх, а потом решив видно что не стоит, перевернувшись через крыло начал падать на землю. Оставшаяся пара немцев оказались упорными, и разойдясь в стороны, одновременно начали атаковать вторую "Шилку" с двух сторон — решение немцев было правильным, но их сил уже было мало и буквально через несколько секунд их самолеты ярко горели на земле. Из летчиков, в живых, скорее всего ни кого не осталось. Бомбардировщики забравшись на безопасную высоту, сбросили бомбы и ушли на запад. Этот налет, кроме небольшой заминки, никаких потерь не принес. Следующие три часа, мы провели, прикрывая от воздушных налетов, выдвижение 87-й стрелковой дивизии к Владимиру-Волынскому. В течении всего этого времени, авиация немцев летала на высотах выше трех тысяч метров, вне зоны поражения наших "Шилок". Но и точность бомбовых ударов была на много ниже, а после того как зенитчики сбили еще одного разведчика, налеты бомбардировщиков вообще прекратились, только совсем высоко, постоянно присутствовал их соглядатай. Эх... Если бы сейчас, хотя бы пару, тройку наших истребителей! Сковырнув этого "глазуна", можно было бы рассчитывать на скрытное выдвижение дивизии, а так...
Том 2 Фрагмент 25
Глава 11
Лейтенант Куренной
22 июня 6-40 МСК
год пока непонятен
р-н местечка ЛОКАЧИ
Направление поиска
юго — запад
Вот уже больше часа, как моя разведгруппа медленно и со всеми предосторожностями продвигается в заданном нашем командиром направлении — на юго-запад. Честно говоря, меня больше всего расстроил полученный позывной: "Помело". Я, конечно, понимаю, начальник штаба выбирал для позывных слова, которые четко произносятся и так же хорошо слышатся. "Веник" — и то не так обидно.
За это время мы смогли пройти около семи с хорошим гаком, почти восемь километров, и если в расположении мы могли слышать только отдаленную канонаду, то сейчас уже четко различались отдельные разрывы не только крупных калибров, но и средних, а также винтовочная и пулеметная трескотня.
Дорога, которая шла по левому пологому берегу, вывела нас на красивейший обширный луг. Он еще весь в росе и отливает серебром. В мокрых кустах уже тарахтят дергачи, да так, что хоть уши затыкай. Почему-то этот уголок вдруг напоминает мне родную Смоленщину. Такая же тихая река Угра, ровный луг кругом, темный бор, задумчивый, даже утром хранящий сухое тепло, скрип коростеля, высокое светлеющее небо, уже стряхнувшее с себя ночные звезды. Блин! Я еще могу отмечать такие моменты… Это чистый сюр!
Без приключений перевалив через железнодорожную насыпь удалось продвинуться еще на пару километров, когда я увидел слева, шагах в пятистах от дороги, заросшую деревьями высотку, которая господствовала над окружающей местностью. Густую, преимущественно лиственную рощу на юго-западном склоне этой высотки я и облюбовал я для устройства своего временного НП. Не просто хороший, а прекрасный обзор, очень выгодная позиция, крайне удобное место для радиосвязи и самое главное — несколько скрытных путей отхода, если вдруг придется делать отсюда ноги. Надо только замаскироваться хорошо — немцы не дураки, все удобные для наблюдения за полем боя места будут просматривать, простреливать
