— На ее месте я чувствовал бы то же самое. Она должна была это сделать. Арчер ей крупно задолжал. На Кадоре она не смогла взыскать свой должок, вот и решила, что другого случая не будет. И к тому же нам действительно был чертовски нужен этот отвлекающий маневр.
Перед глазами у Джеда стояла картина: Арчер бьет Мелис наотмашь по лицу, и она падает на палубу.
— Она у него в руках. Ты хоть понимаешь, что это значит?!
— Ну так пойдем и заберем ее обратно, пока он не причинил ей вреда. Я принес тебе водолазный костюм и снаряжение, — сказал Николас. — Мелис подорвет заряд в час сорок пять. У нас осталось чуть больше часа, чтобы доплыть туда и занять положение. Когда раздастся взрыв, все побегут в зону камбуза. Это наш шанс попасть на борт. После этого все зависит от нас. Я велел Мелис спрятаться и не высовываться после того, как она бросит взрывчатку.
— Если к тому времени она еще будет жива.
— Она умница, Джед. Она не наделает глупостей.
Джед это знал, но ничего не мог с собой поделать: страх глодал его изнутри. Надо взять себя в руки, иначе он не сможет действовать в боевой обстановке.
— Ладно, куда ты спрятал взрывчатку?
— В ее правую сандалию. А в левую я поместил один из моих любимых стилетов и отмычку, — улыбнулся Николас.
— Легко достать?
— Стоит только сорвать подметку, и дело в шляпе. Она сможет это сделать одной рукой.
— У нее руки связаны! Твоя идея?
— Я же тебе сказал: все придумала Мелис. Если он ее не развяжет, она сможет использовать стилет. Это будет нелегко, но выполнимо.
— Если у нее будет шанс.
— Да, если у нее будет шанс.
— Ты мог ее остановить.
— Я решил не пытаться. — Николас смотрел прямо в глаза Джеду. — Можешь сколько угодно винить во всем меня. От этого ничего не изменится. Дело сделано.
Он был прав. Дело было сделано. И Джед не мог повернуть время вспять.
Николас смягчился, увидев отчаяние Джеда.
— Мне очень жаль, что пришлось так поступить. Поверь, я сам вовсе этому не рад, Джед. Я тоже очень за нее тревожусь.
— Ты тревожишься? Ты и понятия не имеешь, что это такое. — Джед отвернулся. — Давай двигаться. Где мой костюм?
Стены каюты были отделаны панелями ажурной золотой резьбы.
Постель была застелена бархатным покрывалом.
Когда матросы из команды Арчера втолкнули Мелис в его каюту, она прижалась к стене, да так и застыла. Ей было дурно. Это был ее кошмар, воплотившийся в жизнь. Даже марокканские фонари стояли на полу возле постели.
Неужели она слышит барабанный бой? Нет, это лишь игра ее воображения. Она закрыла глаза, чтобы прогнать видение. Но она не могла изгнать воспоминания.
Надо собраться с силами и одолеть их, сказала она себе. Именно на такую реакцию и рассчитывает Арчер. Не надо давать ему ничего из того, на что он рассчитывает.
Который теперь час? Мелис заставила себя открыть глаза и взглянуть на часы в золотом корпусе на стене. У нее еще пятьдесят минут. Еще пятьдесят минут ей придется оставаться в этом золоченом аду. Если она будет стоять очень тихо и смотреть только на потолок, она выдержит.
Дверь открылась, и на пороге возник Арчер. Он стоял, глядя на нее, и улыбался.
— Ты похожа на трусливую мышь. Где твое достоинство, Мелис?
Она с трудом выпрямилась.
— Ты столько трудов затратил… Когда же ты все это успел?
— Как только прибыл сюда из Майами. Я ни минуты не сомневался, что рано или поздно ты окажешься в этой каюте. Это был лишь вопрос времени. Подбор и компоновка материалов доставили мне громадное удовольствие. Я внимательно прослушивал пленки и в соответствии с ними заказывал товар. Это не давало мне скучать. — Он сокрушенно покачал головой. — Жаль, что меня здесь не было, когда ты увидела каюту. Хотелось бы мне видеть твое лицо в этот момент. Я был немного рассержен, иначе не забыл бы, что собирался быть здесь. — Арчер подошел к ней и дотронулся до синяка у нее на подбородке. — Келби не питал к тебе тех нежных чувств, на какие ты рассчитывала, верно?
— Он подонок! — Мелис посмотрела ему прямо в глаза. — Такой же, как ты.
— Рыбак рыбака видит издалека. — Одним пальцем он погладил розовую атласную ленточку у нее в волосах. — Но ты не должна его винить. Ты же мне сама говорила, что он без ума от своей яхты.
— Я все-таки не думала, что ради этой идиотской яхты он продаст меня.
— Неужели ты до сих пор не усвоила, что шлюхи — одноразовый товар? На смену одной всегда найдется другая. Но я готов признать, что твой случай — особенный. Я питаю к тебе чуть ли не родственную привязанность. — Арчер отступил на шаг. — И ты так прелестно выглядишь! Ну-ка повернись. Сделай это для меня.
— Пошел ты к черту!
Арчер закатил ей пощечину.
— Ты что, забыла? Непослушание всегда наказывается. — Он вопросительно склонил голову набок. — Но они, кажется, накачали тебя «дурью»? Мне бы не хотелось, чтобы ты с самого начала была покрыта синяками. Может, мне тоже стоит попробовать этот способ? Хочешь дозу?
— Нет!
Она не смогла бы функционировать, если бы он накачал ее наркотиками. Осталось сорок пять минут.
Мелис повернулась кругом.
— Еще раз. Медленнее.
Она закусила нижнюю губу и повиновалась.
— Хорошая девочка. — Вдруг Арчер уставился на ее сандалии. — А где блестящие лакированные туфельки, которые я тебе послал? — спросил он капризным голосом избалованного мальчишки.
Мелис постаралась не выдать лицом охватившей ее паники.
— Им пришлось меня держать, чтобы напялить на меня это платье. Когда я пнула его по яйцам, Келби решил не рисковать с туфлями.
Арчер довольно хихикнул.
— Он явно не знает, как надо обращаться с непослушными маленькими девочками. Тут нужен опыт. — Вдруг он нахмурился. — Но он не прислал с тобой бумаги.
— У него их нет. Думаешь, я поделилась бы с ним этим? Это мое!
Он внимательно посмотрел на нее.
— Да, конечно, я вижу. Ты нуждалась в небольшой подстраховке. И, в конце концов, он же получил Маринт.
— И эту чертову яхту.
— Сколько озлобленности! Ну что ж, передачу мне бумаг мы обсудим позже. А теперь иди сюда и ляг.
Мелис яростно замотала головой.
— О, да ты побледнела! А ведь это такая чудная, такая мягкая постелька! А знаешь, что мы будем в ней делать? Мы ляжем вместе и послушаем пленочки. И я буду смотреть на твое личико. Не могу тебе даже выразить, как мне этого не хватало, когда я тебе звонил. Мне хотелось увидеть каждое выражение, каждый оттенок чувства.
— Я… я не могу.
— Не заставляй меня прибегать к наркотикам. Это притупило бы твои чувства. Взгляни на постель.
Красный бархат, гора подушек.
— А теперь иди сюда и сядь на нее. Будем действовать постепенно. Не люблю спешки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
