Читаем без скачивания Личная жизнь шпиона. Книга первая - Андрей Борисович Троицкий

Греков умылся, ему казалось, что в комнате пахло не печным духом, а свежей кровью. Хотелось заглянуть за ту дверь, где видел связанного человека, но было страшно. И спрашивать не стал. Он присел к столу, здесь все было прибрано, ему оставили три вареных яйца и кусочек сливочного масла на блюдечке. Греков глянул на предплечье Игоря и увидел два свежих пятнышка крови, хотя, может это была грязь. Игорь перехватил взгляд и усмехнулся. Греков очистил яйцо, но есть не смог, встал, закурил у окна.

С тяжелым сердцем вышел на двор, открыл ворота и поехал обратно в город.

Глава 41

Субботним утром полковник Иван Андреевич Колодный позволил себе не вставать с постели раньше восьми часов. Он подумал, что сегодня планировал съездить к Маргарите Докучаевой, эту встречу лучше не откладывать. Около девяти он съел тарелку геркулесовой каши и три яйца с хлебом и маслом. В девять позвонил в госпиталь КГБ, где лежала его жена и поговорил с дежурной сестрой.

— Ночь была тяжелой, — ответила сестра. — Вызывали врача из реанимации. У Марии Дмитриевны были рвота и судороги. Сейчас уже лучше. Я видела ее десять минут назад. Она спрашивала, когда вы придете.

— Может быть, завтра. Нет, завтра не получится. Передайте Маше, что я помню о ней.

Он ехал и думал, что в пакете хороший гостинец, — мороженная венгерская курица, кусок сыра, полбатона колбасы, коробочка конфет и еще кое-что по мелочи. Гостинцы были куплены на работе в буфете, на деньги, которые Колодный получал для представительских расходов. От себя была добавлена бутылка любимого вина, сладкого и крепкого.

Колодный решил пожертвовать первой половиной субботы, чтобы внести ясность в один вопрос, не дававший покоя. Список людей, с которыми встречался Алексей Разин после появления в Москве, был не слишком длинным. Двоюродный брат, военный пенсионер, тетка и еще парочка персонажей, совсем дальних, дремучих родственников, чьи фамильные связи запутаны и не очевидны.

Среди друзей и знакомых двое мужчин и одна женщина, очень соблазнительная вдова Маргарита Сергеевна Докучаева. Как показали оперативники, перед встречей Разин завернул в Смоленский гастроном, долго там толкался, старался отделаться от провожатых, но не хватило немного удачи. Почему Разин не хотел, чтобы в конторе узнали о визите к вдове старого приятеля, с которым некоторое время работал за границей?

Покойный муж Маргариты Константин Докучаев — бывший сотрудник первого отдела первого главного управления КГБ, нелегал, наездами бывал в Америке, выполняя серьезные поручения. И вообще, Колодный, Маргарита и Костя старые знакомые. Когда-то они, как говорится, дружили семьями, ходил друг к другу в гости, пили вино и болтали о прозе Ремарка, футболе. Колодный был непосредственным начальником Кости, его куратором, их отношения вне работы можно было назвать товарищескими, добрыми. Потом одна за другой пошли командировки, отъезды и возвращения, человеческие отношения незаметно исчезли, на них не осталось времени, дух товарищества выдохся.

Последняя командировка Докучаева прошла не совсем гладко, по возвращении к нему появились вопросы, начали проверку. Константин вроде бы старался помочь, прояснить обстоятельства, из-за которых сорвались передачи посылок, но был не совсем искренним. Как показала проверка, он утаил или неточно описал некоторые детали той командировки.

Впрочем, подозрения, павшие на него, при жизни так и не удалось подтвердить или опровергнуть. Он был здоровым парнем, — если верить последнему медицинскому обследованию, — но сердце оказалось изношенным. Он умер, так и не открыв правды. Осталась вдова, привлекательная женщина, с которой поддерживает товарищеские отношения Разин. Встречу с вдовой нельзя списать со счета. У Разина много дел, его таскают в Комитет, а он находит время для этой женщины. Лабиринты чувств не поддаются проверке, поэтому Колодный не любил думать о человеческих взаимоотношениях.

* * *

Минут через сорок они сели за стол.

— А помнишь, как мы раньше компанией собирались и сидели до полуночи? — спросил Колодный. — Человек десять. Ты была самая молодая из нас. Наверное, я тебе тогда стариком казался. Нет, не возражай… Костя взрослый мужчина, тертый жизнью, взял в жены женщину, которая моложе на пятнадцать лет.

— Всего на десять. Я чувствовала себя взрослой.

— Ты выглядела совсем юной.

— Тогда я уже закончила иняз, успела поработать в бюро технических переводов. Сносно говорила по-испански и по-английски. Умела готовить и водить машину. Я с парашютом прыгала. И вообще…

Маргарита Сергеевна раза три-четыре виделась с Колодным после смерти Кости, он каждый раз заводил разговор о дружбе с ним и восхищался красотой Маргариты. Но все это не так, не совсем так. Не было никакого товарищества, были сухие, натянутые отношения по работе. Ну, несколько раз Колодный с женой приходил в гости, но к себе не приглашал. И сейчас он опять завел старую пластинку, муторный разговор о дружбе, будто Маргарита не помнит, как все было на самом деле.

— А ты знаешь, что Алеша Разин из командировки вернулся? — Колодный посмотрел ей в глаза. — Вы ведь старые друзья. Он тебе не звонил?

Маргарита Сергеевна свела брови, словно задумалась над простым вопросом, будто что-то старалась вспомнить.

— Алеша? Да, звонил, конечно.

Она взяла паузу, всего пару секунд на раздумье, и решила: может быть, Колодный приехал, чтобы спросить ее об Алексее Разине и посмотреть на ее реакцию.

— Он заезжал, посидел полчаса. Сейчас у него много забот.

— Да, да, забот много, — рассеяно пробормотал Колодный. — Главное в наше время оставаться человеком.

Потом он вышел на балкон, не хотел курить в комнате. Вернувшись, выпил рюмку коньяка, хоть и был за рулем, и опять предался воспоминаниям.

— Ты, когда за Костю выскочила, была такой красивой и трогательной. С голубыми глазами, тонкой талией. Взгляд мечтательный. Ты и сейчас красива, но другой, взрослой красотой. Я не завидовал твоему Косте, нет, но что-то такое было… Ну, может, и позавидовал, грешным делом. Не бойся, это в прошлом. Костя уезжал в опасные командировки, а ты ждала. Вот, вспомнил строчки Константина Симонова. «Как я выжил, будем знать только мы с тобой, просто ты умела ждать как никто другой». Здорово. Словно про тебя написано.

Фальшивое сочувствие вызывало изжогу.

— Слушайте, Иван Андреевич, это звучит как запоздалое признание в любви, — сказала она. — Вы меня в краску вгоняете. Прекратите, а то я в профком пожалуюсь на ваши комплименты.

Маргарита засмеялась, Колодный тоже засмеялся, хотя шутка не понравилась. Извинившись, он поднялся из-за стола, вышел из комнаты в коридор и заперся в туалете. Он сидел и думал, что Маргарита и вправду хорошо собой. А жена