Ли Мин мечталось, хоть раз проплыть по озерку на лодке, но это были так… мечты мимо. Ли Мин стирала, отстирывала, прополаскивала, отжимала и сушила белье не меньше четырех часов, а когда вернулась, мага в пещере уже не было. Зато на площадке перед входом, медленно и вдумчиво двигался Глава, выполняя укрепляющие и восстанавливающие упражнения.
Ли Мин внесла корзину с высохшим на ветру бельем в пещеру и снова вышла к своему пациенту, чтобы присмотреть за ним. Сев на валун, она сосредоточенно наблюдала за его реабилитационными движениями. Неспешные они вдруг перемежались с резкими и быстрыми бросками на выдохе. Красивые, плавные и в то же время точные жесты, имели витиеватую законченность узора. Последний выдох на статичной стойке и Ли Мин едва сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши от восторга. Быстро взглянув на ученицу лекаря, Главе подумалось о своем расточительстве, ведь Третий мастер готова была умереть, чтобы хоть одним глазком увидеть эти упражнения. При воспоминании о назойливости Ся Гэ, Глава поморщился, насторожив тем Ли Мин, испугавшейся, что ему поплохело.
Когда он два дня назад якобы отправлялся в монастырь, Третий мастер с упрямым видом встала перед ним.
— Но почему? — требовательно спросила она. — Почему я не могу сопровождать вас?
— Потому что, — в который уже раз терпеливо напомнил ей Глава, — ты единственный офицер остающийся здесь для защиты клана.
Сейчас, сделав последний медленный выдох, он посмотрел на восторженную ученицу лекаря, вдруг спросив:
— Как вы себя чувствуете?
— Э-э…? — озадачилась Ли Мин. — Кажется, это я должна у вас об этом спрашивать?
Глава покачал головой, она не переставала ему дерзить.
— Вам понравились мои упражнения? — спросил он, присаживаясь на валун рядом, когда девушка подвинулась, освобождая ему место.
— А то!
— Тогда, почему бы не начать изучать тайную технику Северного Ветра, став моей ученицей? — предложил он, внимательно глядя ей в лицо.
Ли Мин онемела, потерявшись. Она же не ослышалась, нет? Он предлагает ей — ученице лекаря, изучать древнюю и тайную технику клана? Не первым мастерам клана, не своим верным ученикам и адептам, а ей…
— Я слышала, что невозможно попасть к вам в ученики из-за придирчивого отбора, который я-то уж точно не пройду, — напомнила ему Ли Мин, желая отвертеться от такой чести.
Она не горела желанием подчиняться суровым правилам школы боевых искусств. Больно надо! Ей и так тут нелегко, зачем еще больше усложнять себе жизнь.
— Вы уже прошли этот отбор в тот день, когда ворвались в Поместье, предупредив клан о нападении безлицых, и когда остались в пещере со мной на всю ночь, хотя я приказывал уйти. Я все время слышал ваш голос и чувствовал, что вы рядом. Почему не ушла?
— Так вы ж мой пациент, — в свою очередь удивилась Ли Мин, что такие само собой разумеющиеся вещи, он засчитывает как заслугу. — Вы поверили в мой «курс», как я могла вас оставить?
Они помолчали и Ли Мин несмело произнесла:
— Можно, тогда я спрошу?
— Спрашивай. Потом спрошу я.
Оба улыбнулись. Улыбка Главы — это нечто и Ли Мин с трудом отвела взгляд от его лица.
— Вы говорили, что видели меня в день, когда я прибежала в Поместье. Но вот я не заметила вас и почему именно из-за того случая вы решили взять меня в ученицы?
— Тебе ведь тогда было очень страшно, а потому, ты не в состоянии была кого-то заметить вообще. Тем не менее, не смотря на свой страх, сделала все, чтобы спасти людей. Я же тогда бился с безлицыми вместе со всеми.
— Вы? — изумилась Ли Мин, чувствуя себя последней дурой. Как она могла его не заметить?
— Я сражался на другом конце деревни, прикрывая Третьего мастера. Безлицие опасные противники и я не смог уберечь троих воинов клана, но ты выходила их. Более того, именно тебе сдался один из безлицых. Прошу, стань моей ученицей.
— А… а… вы же хотели меня о чем-то спросить, — быстро напомнила Ли Мин, быстро переводя разговор с нежелательной темы.
Вздохнув, Глава спросил:
— На Совете ты так пристально смотрели на меня… я тебе по нраву?
Ли Мин поперхнулась, сдерживая невольный смех, тут же испуганно взглянув на него, вдруг оскорбился.
— Ну… вы, конечно, видный господин, ничего не скажешь, только учитель Бин хотел, чтобы я посмотрели на вас как на пациента.
— И кроме болезни ты больше ничего не увидела? — не поверил он, не отводя от нее своего странного взора.
— Ну… это… вы были погружены в себя, словно прислушиваясь к себе.
— Как у женщины, вынашивающей дитя? — усмехнулся он.
Вот чего привязался?
— Н-нет, не совсем так. Будущая мать прислушивается к ребенку с любовью и ожиданием. Вы же пытались уловить, что с вами не так.
— Ты права. Именно, так я себя чувствовал.
Солнце клонилось за горизонт, из леса потянуло прохладой.
— Вернемся в пещеру. Становится зябко, — поспешила напомнить Ли Мин, боясь, что он опять заведет дурацкий и бесполезный разговор о ее ученичестве.
С нее довольно лекаря Бина и еще одного учителя она не перенесет, ей всего лишь надо как-то продержаться год, а не постигать тайные практики. Нет… уже меньше года на один месяц. Вставая с валуна, Глава заметно пошатнулся. Зная, насколько обострено его чувство собственного достоинства и как стремится он сохранить лицо при любых обстоятельствах, Ли Мин не рискнула поддержать его под локоть как трепетно делали это Третий мастер с Ли Ло. Но обогнав, чуть не пихнув боком в проеме пещеры, куда они вошли одновременно, протянула ему чашу с лекарственной настоем, которую он послушно выпил. И хотя ее подопечный, был бледен, все же смотрелся намного лучше, чем до появления в пещере.
— Вы выглядите сейчас так, что запросто можно будет все объяснить силой буддистских молитв, — как бы подбодрила его Ли Мин, намекая, что он уже в состоянии покинуть ее жилище.
— Все равно нужно будет делать вид, что мне нездоровиться.
— Ну, тогда, отдыхайте, а я пойду, переночую к своим старичкам, чтобы не стеснять вас. Чувствуйте себя, как дома, — ревниво добавила она, мельком оглядев пещеру. Круг пентаграммы был по-прежнему скрыт громоздким сундуком, а потому не заметен. — Утром, кто-нибудь из нас появится здесь.
Глава, вдруг опершись о кан, прерывисто выдохнул.
— Что-то мне нехорошо, — пробормотал он, проведя пальцами по бледному лбу. — Голова кружится.
Ли Мин тотчас поддержала его под руку и осторожно усадила на кан.
Он тяжело переводил дыхание и Ли Мин вздохнула — придется остаться. Хотя очень не хотелось, но не оставлять же его в таком
