«Что вы... что такое?» — пролепетал главный констебль, с изумлением выпучив глаза.
«Ага!» — сообразил умный Акадий и глупо бросился на Дженсифера. Глиннес поймал ментора за пояс и поставил обратно.
«Что за выдумки? Бессмысленная клевета!» — взревел Дженсифер. Лицо его, прежде сплошь багровое, внезапно покрылось белыми пятнами: «Глиннес, ты с ума сошел!»
«Голословная чушь! — решительно согласился Филидиче. — Не хочу больше этого слышать».
«Поспешишь — людей насмешишь, уважаемый главный констебль, — едва заметно улыбаясь, вмешался Риль Шерматц. — Гипотеза Глиннеса Хульдена заслуживает проверки. С моей точки зрения, она позволяет точно определить виновного, исключив любых других подозреваемых и получив неопровержимое доказательство вины».
Филидиче обиженно промычал: «Лорд Дженсифер — в высшей степени влиятельный человек, секретарь Совета...»
«Что и позволило ему заставить вас арестовать Акадия», — напомнил Глиннес.
Дженсифер яростно погрозил Глиннесу пальцем, но не мог найти слов.
Филидиче обратился к Дженсиферу ворчливо-умоляющим тоном: «Опровергните обвинение! Может быть, кто-нибудь стащил маску без вашего ведома?»
Дженсифер энергично кивал: «Само собой! Кто-то — надо полагать, Акадий — стащил маску «Горгоны» из моей кладовки».
«В таком случае одной маски должно не хватать, — упорствовал Глиннес. — Пойдемте, подсчитаем маски».
Лорд Дженсифер размахнулся, чтобы оглушить Глиннеса ударом в висок, но Глиннес успел пригнуться — кулак не встретил сопротивления. Шерматц постучал пальцем по плечу оцепеневшего Филидиче: «Арестуйте этого господина и посадите его в тюрьму. Оснований для ареста достаточно, остальное будет выяснено с помощью детектора лжи».
«Никогда! — задыхаясь, выдавил Дженсифер. — Никогда нога моя не ступит на прутаншир!» Подобно Касагейву, он повернулся и побежал к причалу. Гости застыли с испуганным интересом — им еще не приходилось бывать на такой свадьбе.
«Схватить!» — коротко приказал Шерматц. Главный констебль лично бросился в погоню. Он уже грохотал башмаками по причалу, когда Дженсифер спрыгнул в спортивный катер. Позабыв о всякой осторожности, Филидиче прыгнул вслед за ним. Дженсифер попытался остановить констебля ударом кулака, но грузный Филидиче, навалившись плечом с разбега, заставил аристократа отшатнуться. Перевалившись спиной через борт, Дженсифер шлепнулся в воду.
Дженсифер заплыл под причал. Филидиче присел на корточки и звал его: «Лорд Дженсифер! Зачем создавать лишние трудности? Вылезайте! У вас нет другого выхода!»
Из-под причала раздался хриплый возглас, закончившийся лихорадочным плеском и молчанием. Филидиче медленно выпрямился, завороженно глядя в воду и побледнев, как мертвец. Неуклюже выбравшись на причал, он вернулся к Шерматцу, Глиннесу и Акадию: «Дело закрыто. Местонахождение тридцати миллионов озолей по-прежнему неизвестно. Теперь мы их, наверное, никогда не найдем».
Шерматц покосился на Глиннеса — Глиннес закусил губу и нахмурился.
«Что ж... Так или иначе, разница несущественна, — вслух закончил невысказанную мысль Риль Шерматц. — Где же наш пленник Бандолио? Неужели мерзавец воспользовался суматохой?»
«Похоже на то, — безутешно кивнул Филидиче. — Сбежал! Сплошные неудачи. Проклятый день!»
«Благословенный день! — бодро откликнулся Акадий. — Никогда в жизни не чувствовал себя лучше».
Глиннес развел руками: «Касагейв больше не вернется на Амбаль. По-моему, день сегодня просто прекрасный».
Филидиче растирал ладонью лоб: «Невероятно. Не могу поверить. Лорд Дженсифер — хранитель моральных устоев, олицетворение благородства и прямоты!»
«Лорд Дженсифер крупно просчитался, — заметил Глиннес. — Лемпеля прикончили в самый неподходящий момент, когда посыльный уже отправился за деньгами, а Лемпель еще не успел их получить. Дженсифер, наверное, действительно считал, что Акадий по беспринципности не уступает ему самому».
«Увы, каждый судит о других по себе, — вздохнул ментор. — А тридцать миллионов озолей — кто знает, где они? Скорее всего, где-то на далекой планете посыльный поднимает тост, благословляя свою невероятную удачу».
«Наверняка так оно и есть, — главный констебль Филидиче беспокойно озирался. — Рано или поздно кому-то — по-видимому, мне — придется объяснять гостям, что тут произошло».
«Прошу меня извинить, — нетерпеливо откланялся Глиннес. — Осталось одно срочное дело». Он поспешил туда, где раньше видел Дюиссану. Там ее не было. Глиннес поискал по всему саду — Дюиссана как под землю провалилась. Спряталась в усадьбе? «Вряд ли», — подумал Глиннес. Какое значение теперь имела усадьба Дженсифера?
Тропа, огибавшая усадьбу, вела на пляж, обращенный к открытому океану. Спускаясь к берегу, Глиннес заметил Дюиссану. Она стояла на песке и смотрела за горизонт — туда, где бескрайнее море сливалось с бескрайним небом.
Глиннес тихо подошел. Дюиссана оглянулась — так, будто видела его впервые. Опустив голову, она медленно побрела на восток по самой кромке прибоя. Глиннес двинулся за ней. Озаренные дымчатым, почти вечерним светом, они вместе уходили вдаль.
Примечания
1
Аластор — в древнегреческой мифологии «дурной глаз», «демон мести». — Прим. перев.
2
Старментеры: пираты и мародеры, время от времени находящие убежище на необитаемых лунах и астероидах, «старментах».
3
Мерланк: разновидность ящерицы. Континент вытянулся вдоль экватора, как ящерица, прижавшаяся к голубому стеклянному шару.
4
Кауч: наркотик-возбудитель, извлекаемый из спор горного плесневого грибка и применяемый в большей или меньшей степени всеми триллями. Иные погружаются в мир эротических фантазий настолько, что ведут себя безответственно и становятся предметом беззлобных насмешек. В условиях, преобладающих на Труллионе, безответственность вряд ли можно расценивать как социальную проблему первостепенной важности.
5
Шерль (непереводимый термин из лексикона особых выражений, употребляемых в хуссейде): прекрасная нимфа, излучающая экстатическую жизнетворную силу и побуждающая игроков своей команды к небывалым подвигам силы и ловкости. Шерль — девственница; игроки обязаны защищать свою «деву-покровительницу» от позора поражения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
