сейчас я снова не смогу призвать его, то значит, уже ничего не изменить. Я оставлю дальнейшие попытки разобраться в ситуации, и просто буду плыть по течению.
Я решительно посмотрела на служанку, которая суетилась вокруг меня:
— Выйди, — властно приказала я ей.
Она вдруг ойкнула и, подобрав подол своего платья, припустила к двери. Когда за ней захлопнулась дверь, я прижалась лбом к зеркалу и, закрыв глаза, тихо прошептала:
— Прошу, покажи мне его. Покажи, почему он оставил меня, зачем прогнал, ведь он любил меня.
Я подняла глаза полные слез на своё отражение в зеркале, и вдруг весь мой облик смазался и я невероятным образом оказалась в темной спальне дворца Морт.
Комнату наполняли предрассветные сумерки, в камине тихо потрескивали поленья. На кровати лежали двое, обнаженные мужчина и женщина.
Боги всемогущие, да ведь это же я! А рядом был Джулиан!
Мужчина не спал, а просто лежал и держал в руках темный локон девушки и с ласковой улыбкой смотрел на неё спящую. Уже забрезжил рассвет, и первые лучи солнца стали проникать сквозь незашторенное окно. Джулиан приподнялся надо мной спящей и протянул свою руку к пологу кровати, дабы назойливый солнечный луч, что упал на подушку рядом с моей головой, не разбудил меня. Затем он вдруг как-то весь напрягся и так и застыл с протянутой рукой.
Джулиан вдруг стал очень бледным, и отчаяние отразилось на его лице. Его рука упала обратно на кровать, и я в ужасе уставилась на неё.
Его ладонь не имела плоти. Моему взору предстали совершенно голые костяшки руки, это была рука лича. О, боги!
Он закрыл глаза и шумно задышал, а затем снова посмотрел на спящую меня. И столько в этом взгляде было тоски и боли. Он бережно обнял меня и чуть прикоснулся губами к моим губам.
Я смотрела на всё это, и сердце разрывалось у меня в груди. Это был его последний поцелуй, прощальный поцелуй.
А затем картинка перед моими глазами снова смазалась, и я вдруг совершенно неожиданно оказалась в богато обставленном кабинете, очевидно одного из личей. В комнате в одном из кресел сидел Джулиан. Он с отчаянием держался обеими руками за свою голову и медленно раскачивался вперед — назад. А рядом с ним беспокойно мерил шагами кабинет Габриэль.
— Я предупреждал тебя, Джулиан, — проговорил он тревожно, — Ведь я же тебя предупреждал.
— Я не думал, что это произойдет так быстро, — в отчаянии вскричал мужчина.
Габриэль остановился и склонился к костлявой руке Джулиана, внимательно её разглядывая.
— Точных сроков не знает никто. Я предупреждал тебя, что смогу искусственно воссоздать твою оболочку лишь на время, но это время не известно никому. Даже могущественный Тайрон не мог на долгие сроки воссоздать живую плоть. Самое долгое время, что смогло просуществовать одно из его воссозданных тел, месяц. Я сам был тому свидетель. Но все подопытные всегда теряли контроль, сущность полностью подчиняла их себе, они становились неуправляемы, их безумие было абсолютным.
Он отодвинулся от мужчины и как-то странно начал его разглядывать, наклонив голову в бок.
— С тобой что-то не так, что-то изменилось. Ты не утратил контроль над своим духом, и удержал сущность, не дав ей поработить себя. В твоём обращении что-то пошло не так, возможно, поэтому обратная трансформация началась так быстро.
Джулиан поморщился как от невыносимой боли:
— Сколько мне осталось? — тихо прошептал он.
Габриэль застыл, и его плечи низко опустились:
— Может день или два, максимум неделя, — поникшим голосом проговорил лич.
Глава 50
Возвращение в реальность произошло также быстро и неожиданно, как и погружение в видение.
Окончательно придя в себя, я обнаружила, что стою напротив зеркала в дорогом свадебном платье и напряженно сжимаю свои кулаки.
— Как он мог!? — вскричала я и, ухватившись за край напольного зеркала, со злостью опрокинула его на пол.
Послышался грохот и звон разбитого зеркала. Сотни осколков рассыпались по полу вокруг моего подола блестящей мозаикой.
В комнату вбежала взволнованная Сандра в сопровождении Рамона и двух личей.
— Вы, — ткнула я пальцем в направлении Габриэля, — Рассказывайте! Я хочу знать всё!
— Что случилось? — встревожился оборотень, — Что с тобой? Ты не поранилась?
— Извини, Рамон, сейчас не до тебя. И, должна сообщить тебе, что свадьбы не будет. Извини меня, но я вновь вынуждена покинуть тебя.
Он в удивлении поднял свои брови и перевел взгляд на побледневшую Сандру.
— Пойдемте, Рауль, — взволнованно проговорила она другому личу.
— А как же я? — в непонимании оглядывал всех собравшихся Рамон.
— Иди, волчонок, — проговорил ему Габриэль, — Нас с леди Никсаэллой ожидает трудный разговор. Хотя, как я уже понял, она и так всё уже знает.
После слов лича, помещение вмиг опустело, и мы остались наедине.
— Он жив? — лишь спросила я его.
Лич мазнул взглядом по своему темному перстню и утвердительно качнул головой.
— Да, пока ещё жив. Не удивляйтесь, мы крепко связаны между собой магией смерти. Мы чувствуем друг друга.
— Он вновь обращается в лича? — задала я следующий мучавший меня вопрос.
Габриэль снова утвердительно качнул головой:
— Он и не переставал им быть. Его тело было лишь временной оболочкой, искусственно созданной, иллюзией живой плоти.
— Что случится, когда он полностью вернется в облик лича? — тревожно спросила я.
Габриэль сжал свои зубы до скрипа и отвернулся. Я подошла и заглянула в его лицо.
— Умоляю, скажите. Я должна знать, — напряженно проговорила я, уже догадываясь, что ответ меня не порадует.
— Он умрет, — тихо ответил он.
От слов лича меня словно парализовало.
— Но… но… Но как? — заикаясь проговорила я, — Ведь он и так мёртв, он же лич.
Я пошатнулась и начала оседать на пол. И если бы не вовремя подхватившие меня руки Габриэля, я бы уже валялась на полу среди множества зеркальных осколков.
— Никсаэлла, прошу вас, успокойтесь, — забеспокоился лич, усаживая меня на диван.
— Он же лич, он и так мёртвый, как он может умереть? — я задавала вопрос, в надежде услышать что-то ободряющее, но сама уже знала ответ.
— Когда обращение завершится, он полностью потеряет себя, свой рассудок. Сущность полностью завладеет им. Тело начнет разрушаться и обратится в прах, а его душа уйдет за грань.
Слезы брызнули из моих глаз. Нет, не может быть.
— Неужели ничего нельзя сделать? — в отчаянии проговорила я.
Лич печально покачал головой:
— Мне не известны случаи, когда воссозданное тело просуществовало больше месяца. И есть ещё одна деталь…
Лич замолчал, а я впилась взглядом в его жуткие глаза, ожидая продолжения.
— Его обращение
