руки.
«Должно быть, я сплю», – мелькнула мысль. Или уже умерла. Может, ей просто померещилось, что удалось сбежать? Возможно, ее убил Янто или утянул в свое царство Король фейри? И все же, движимая теперь лишь инстинктом, она продолжала тянуть. Престон всеми силами пытался освободиться. Призрачные руки тоже ухватились за цепь. И там, где двух пар было недостаточно, три наконец добились успеха. Постепенно кол начал поддаваться и в конце концов вылетел из стены. Эффи тут же уцепилась за все еще скованного цепью Престона и потащила за собой на поверхность.
Сморгнув с глаз воду, Эффи увидела женщину в белом платье и с белыми волосами, разметавшимися по поверхности воды, как прозрачная медуза, пойманная прибоем. Бледная морщинистая кожа выдавала немалый возраст, но касавшиеся рук Эффи ладони казались мягкими, как у ребенка.
Когда все трое, пошатываясь, вывалились из подвала, Эффи нервно хихикнула. Их спасло привидение, какая нелепость.
Впрочем, раз уж Король фейри оказался настоящим, то все возможно. Так к чему глупые сомнения?
Обнимавшая ее рука Престона и холодный, скользкий камень, на который она опиралась, стоя на коленях, точно были реальными.
Вспышка молнии вдруг осветила до боли знакомое лицо призрака, которое Эффи знала почти как свое собственное. Она видела его на фотографиях. Эффи думала, что та полуобнаженная девушка уже мертва, стерта из времени, но теперь видела ее рядом с собой.
Когда дом задрожал под порывами ветра, Эффи вдруг осенило.
– Это вы, – прошептала она. – Ангарад.
* * *
Женщина оказалась вполне настоящей, из плоти и крови. Она быстро провела их через вестибюль, ловко обходя дыры в полу, словно делала это уже сотни раз. Глядя на ее босые ноги, Эффи задавалась вопросом, как ей удается не пораниться, несмотря на расщепленное дерево и осколки стекла на полу.
Эффи и Престон брели за ней, держась за руки. Всем троим пришлось изрядно попотеть, прежде чем удалось общими усилиями распахнуть входную дверь.
Снаружи в них тут же вцепился ветер, вырвал черную ленту из волос Эффи и чуть не унес очки Престона. Он раздувал белое, почти прозрачное от воды платье Ангарад, обрисовывая лодыжки и колени с выступающими из-под кожи голубыми венами. Они напоминали цветные жилы на склоне утеса. Даже посреди неистовых порывов ветра Эффи не могла отвести от них глаз.
Глядя на развевающиеся вокруг лица волосы Ангарад, она вдруг поймала себя на мысли, что старение – противоположность алхимии. То, что сейчас казалось серебром, прежде было золотом.
– Вперед, – подбодрила их женщина, произнося слова с отчетливым северным акцентом. – Нужно где-нибудь укрыться.
Машина Престона все еще стояла на подъездной дорожке, но теперь нечего было и мечтать о том, чтобы уехать из Хирайта. Вести машину в такую бурю не представлялось возможным, сквозь стекло ничего было не разглядеть. Когда они спускались по ступенькам, Эффи заметила, как Престон стиснул челюсти, и сильнее сжала его ледяную руку.
– Ну и куда нам идти? – спросил он, стараясь перекричать завывания ветра и дождь.
У Эффи был ответ.
– В гостевой дом! Он нас убережет.
Престон взглянул на нее, как на сумасшедшую.
– Стены устоят, – сказала Ангарад. – У нас нет другого выбора.
Это хотя бы звучало логично, и Престон еще отчаянней стиснул руку Эффи.
Тропинка полностью размокла, превратившись в чавкающую под ногами скользкую грязь. Они осторожно пробирались по краю утеса, размахивая руками, чтобы удержать равновесие. Ботинки вязли в грязи, поднимавшейся теперь почти до отворотов брюк Престона, и он свободной ладонью опирался о ствол дерева, чтобы не дать упасть им с Эффи. Над головой, подхваченные безжалостными порывами ветра, летали ветки, как стрелы, бесцельные, но все же способные ударить.
Подол платья Ангарад стал черным.
– Не сдавайтесь.
– Ни за что, – ответила Эффи, чувствуя, будто у нее открылось второе дыхание.
И они вновь шагали по грязи через пустошь, где валялись вырванные с корнем, расщепленные деревья, как поверженные в битве воины. Вскоре в поле зрения показался гостевой дом, чьи каменные стены, казалось, не пострадали от бури. Добравшись наконец до окованной железом двери, Ангарад навалилась на нее всем весом. Дверь со скрежетом распахнулась, и Эффи с Престоном на подгибающихся ногах вошли. Престон тут же захлопнул тяжелую створку, заглушая рев ветра.
Эффи привалилась к столу, изо всех сил пытаясь отдышаться. Она не чувствовала под собой ног, а кончики пальцев на дрожащих руках посинели от холода.
Впрочем, ее это не волновало. Эффи не сводила взгляда с женщины в белом платье, которая отжимала волосы. Стекающая с худощавого тела вода лужицей скапливалась на полу.
Не найдя себе лучшего занятия, Престон принялся расхаживать взад-вперед между дверью и столом, время от времени останавливаясь, чтобы оглядеть Эффи с ног до головы. Наконец он заметил ее посиневшие пальцы, и, прекратив бесполезную ходьбу, сжал в руке ее ладони, поднес ко рту и подул, чтобы согреть своим дыханием.
– Не позволю потерять еще один, – заметил он.
Несмотря на то, что оба довольно серьезно пострадали – Престон содрал кожу на запястьях, Эффи разбила голову во время падения – сейчас все это, казалось, не имело значения. Эффи все еще не могла прийти в себя.
– Что ж, – наконец пробормотала она, – если чему-то суждено сгнить, то пусть так и будет.
Престон нахмурился, услышав эти странные слова, Ангарад же вскинула голову, как будто ее назвали по имени.
Заметив это движение, Престон, кажется, только сейчас осознал, что они не одни, и, перестав дуть на пальцы Эффи, сказал:
– Спасибо… огромное вам спасибо. – Ангарад лишь плотнее сжала губы и кивнула. – Это ведь вы… – Престон помедлил, опуская вниз руки с зажатыми в них ладонями Эффи. – Хозяйка дома, вдова Мирддина…
Он замолчал, и воцарилась тишина, не нарушаемая даже воем ветра, бьющегося в каменные стены. Гостевой дом словно в один миг окутал толстый слой снега.
Наконец Ангарад кивнула.
– Да. Я Ангарад Мирддин, урожденная Блэкмар. Мой муж умер полгода назад. Сын, полагаю, погиб вместе с отцовским домом. Хотя на самом деле он, как и отец, был уже давно мертв.
В ее голосе слышалась неизбывная печаль. От Короля фейри осталась лишь кучка пыли и пепла. Янто погиб вместе с ним, хозяин тела и завладевший им дух исчезли оба, уничтоженные осколком зеркала.
Эффи стиснула онемевшие пальцы, все еще зажатые в ладони Престона.
– Я не хотела, – в отчаянии пробормотала она. – Не хотела убивать и его тоже… я просто… не знала. Поняла, когда уже все закончилось. И сама себе не поверила.
Наверное, для Престона ее слова были бессмысленны, но Эффи
