— ухмыльнувшись, снова посмотрел на меня.
Но я интуитивно чувствовала, что под этим “просто” скрывается нечто огромное и значимое. Вряд ли у него бывает “просто”.
— А ты? Любишь?
— Что? Мясо?
— Нет! — раздражённо фыркнула, — рыбу... — Я усмехнулась отворачиваясь. На что я надеялась? На откровенность? — я же не слепая. Я видела, как вы переглянулись с Сергеем Петровичем после моего ответа. Снова скажешь, что это просто так?
— Скажи-ка мне, Кира, — Клим сделал шаг, приближаясь ко мне почти вплотную, — почему я должен отчитываться перед тобой? М? — я оторопела. Задрала голову, перехватывая тёплое дыхание, и рукой хватаясь за ограждение по левую сторону от меня. Мысли в голове сбились в кучу. Я завороженно смотрела на то, как расширяются его зрачки. Уверена, что мои тоже.
— Ты не должен... — проглотила ком в горле, — это просто вопрос...
— Больше похоже на допрос.
— Я и не знаю, что у тебя спрашивать... ты всё равно не отвечаешь на мои вопросы.
— А тебе оно надо? Я же говорил, что много знать — вредно для здоровья.
— А мне есть что терять? — чувствуя, что приближаюсь к черте.
— Мне есть, — очень тихо.
Его рука поднялась, и костяшками пальцев Клим провёл по моей щеке. Его язык пробежался по нижней губе. Откровенный взгляд захлестнул волной гнева...
— Знаешь чего мне иногда хочется, м? — спросила, совсем немного поднимаясь на носочки, — очень сильно хочется.
Он молча бурил крошечное отверстие в моей переносице.
— Все эти твои игры... я так устала, что порой мне хочется, чтобы ты сорвался. — Я видела, как его брови слегка выгнулись от удивления, — чтобы ты сорвался и всё, наконец, закончилось. Понимаешь? Я не такая сильная, как ты думаешь, Клим. Я слабая. Я очень слабая.
Глава 48
Клим
— Ещё немного, — хриплю, в то время как моя рука уже касается её плеча.
Я веду кривую дорожку вдоль её шеи и останавливаюсь, когда большой палец касается ямочки под мочкой её уха.
— Немного? — переспрашивает, непонимающе глядя на меня.
Мой взгляд впивается в нежные сочные губы... на уме только одно: прижаться к ним своими, чтобы впитать их сладкий вкус. Но это не лучшее место для поцелуев. Поэтому я просто облизываюсь и снова перевожу своё внимание на тёмные глаза.
— Скоро всё закончится, Кира, — не знаю, зачем я озвучиваю это, но внутри меня что-то ломается. Трещит, словно паленья на кострище... выжигает дыру в грудине. Неужто она сумела?
Чёрт! Какого лешего?
Качнув головой, я скидываю с себя пиджак и накидываю его на плечи Киры. Она бросает на меня ещё один многозначительный взгляд, а меня едва не выворачивает наизнанку.
Блять... просто не смотри на меня сейчас. Отвернись, Кира!
— Клим, что происходит? Я прошу тебя, не играй со мной... умоляю, — холодные пальцы коснулись моего запястья, и в этом месте кожа закипела, — мне на колени встать? Что мне сделать, чтобы ты поговорил со мной? Я так не могу... правда!
Шёпотом... но мне казалось, что она орала в этот момент. Барабанные перепонки стянуло, и голова от этого тут же начала гудеть.
— Я, конечно, не раз мечтал, чтобыты стояла передо мной на коленях... но немного при других условиях, — отшутившись, почувствовал себя так мерзко, как не чувствовал до этого.
Убрал свою руку от её лица, а она следом отпустила моё запястье. Посмотрела на меня исподлобья. Я заметил блеск в карих глазах.
— Что ты хочешь, Кира? — в глотке скапливалась злость и раздражение. — Что конкретно ты хочешь от меня услышать? Отпущу ли я тебя? Да! — рявкнул, ощущая собственное бессилие, — Когда? Я не знаю! Но точно не сейчас! Почему? Потому что не хочу! Потому что как только ты выйдешь за порог моего дома, тебя сожрут! Ты даже не представляешь, что эта тварь может с тобой сделать! Ты сама жить не захочешь! Но он не даст тебе сдохнуть так просто... ты узнаешь, что такое Ад, даже не перестав дышать... Действительно этого хочешь?
Она смотрела на меня немигающе. Просто смотрела, широко раздувая маленькие ноздри. Её подбородок подрагивал, в то время как грудь поднималась выше от каждого нового вдоха.
— Запугиваешь меня? — после затянувшегося молчания.
— Хочешь проверить?
— Ты отвёз меня в клуб, чтобы ещё больше загнать в угол? Так? — скривив губы, она взглянула на меня так, словно я ничтожество. Я едва сам не задохнулся.
— Так нужно, — мои терпение и выдержка держались на волоске.
— Нужно? — опалила ненавистью, — кому? В том-то и дело! Если бы ты говорил, возможно, я бы не обвиняла тебя сейчас! Возможно, я бы поняла! Но тебе так нравится молчать... играть в эти игры со мной... меня от этого тошнит.
— Это временно, — отвечаю слишком быстро. Просто, чтобы она не думала, что застала меня врасплох своими откровениями. И, не успев даже понять, что происходит, я ощутил дикое жжение на своём лице. Звонкий хлопок. И моя голова дёргается в сторону от увесистой пощёчины.
— Что ты за человек? — она сделала шаг ко мне. Слишком близко для человека, нанёсшего удар.
Я стиснул челюсти от ярости и перехватил воинственный взгляд. Она не боялась. Прямой и открытый взгляд буквально обезоруживал.
Давай, Валдаев... покажи насколько ты терпелив. На сколько ещё тебя хватит?
— Забирай обувь, — резко произнёс, проводя пальцами по своей щеке и растирая ту, — погуляли и хватит.
Но она в ответ лишь хмыкнула. Задрала острый подбородок и, развернувшись в ту сторону, откуда мы пришли, прошипела:
— К чёрту обувь. И тебя к чёрту!
Зашагала вперёд. Подняла руку и вытащила из волос заколку. Остановилась и, размахнувшись, выбросила ту в воду. Вслед за заколкой за ограждение полетел мой пиджак.
— Ведьма...
Хорошо, что в карманах пиджака не было ничего, кроме носового платка.
Плюнув на туфли, я рванул за девчонкой. Её смелость злила и восхищала одновременно. Мне ещё больше хотелось впиться в соблазнительные губы. А затем, перекинуть её через колено и отшлёпать так, чтоб она ещё неделю безропотно заглядывала мне в рот.
Догнав Киру, я неосторожно перехватил хрупкое плечо и, несильно дёрнув, ускорил шаг. Так, чтобы она не забывала, что главная здесь не
