клинике.
– Было бы неплохо… Внимание! Я выхожу!
Становилось душно, София начала обмахиваться журналом.
– Я не готова к такому платью, – фыркнула Йована. – Оно все закрытое!
– Иди в купальнике, – посоветовала подруга. – Свадьба – это официальное мероприятие, а не обычная вечеринка. Деян же не придет в шортах?
Йована мотнула головой. Кажется, она задумалась.
– Ты права. Перевоплощусь в монашку. Померю еще несколько вариантов прошлого века. – Она вернулась в примерочную и резко закрыла шторку.
София закатила глаза и улыбнулась. Все же очень тяжело долго сидеть на одном месте. Дальнейшую примерку она не переживет. Скорее, ребенок не вытерпит и родится прямо здесь.
– Йована, я выйду на улицу, у меня все руки и ноги затекли. Мне надо походить. Позвони, как определишься с платьем, и я приду.
– Боже, – послышался голос за шторкой, – прежде чем забеременеть, я хорошо подумаю.
Софию насмешили ее слова. Она открыла дверь и вышла на улицу.
Тут же ее лицо обдало прохладным ветерком. Девушка подставила его солнцу и закрыла глаза. Наслаждаясь свежим воздухом, она глубоко вдохнула и решила пройтись.
Девушка задумчиво обвела взглядом парковку, которая находилась возле свадебного салона, и увидела за ней аллею. Вот туда она и пойдет!
Спустилась по ступеням и направилась по нагретому весенним солнцем асфальту в сторону деревьев. Она прошла мимо машины Йованы и улыбнулась, увидев себя в отражении окна.
Ее нога ступила на землю…
– София! – окрикнул ее голос, когда она ступила в тенистую прохладу.
София замерла, пытаясь вспомнить, кому мог принадлежать этот знакомый голос.
– София! – позвал голос уже совсем близко.
Сердце забилось чаще. Она резко обернулась и встретилась взглядом с человеком, которого все считали мертвым…
– Иво?
Глава 29
София обомлела, присматриваясь к парню: точно ли это Иво? Голос, рост, манеры, телосложение. Все его! Только на одной стороне лица протянулись омерзительные бугристые шрамы, которые захватили глаз, – он был закрыт. Часть носа и губ тоже были покрыты шрамами. Вид Иво внушал ужас.
– Не узнаешь? – усмехнулся он, скривив рот так, что шрам на губе создал дьявольскую усмешку. Как будто сам дьявол из ада…
София в ужасе мотнула головой и схватилась за живот: первая реакция любой матери – защитить своего ребенка.
– Как… – прошептала она, но замолчала, не зная, как реагировать на то, что Иво жив.
Софию охватил страх, сердце застучало где-то в горле.
– Как я выжил? Наверно, слишком везучий. Откинуло взрывной волной так далеко, что осколками не задело. Спасибо дереву, которое на меня свалилось. Только огонь успел, – он пальцем указал на левую часть лица, и София увидела на его руке точно такие же шрамы от ожогов. – Спасибо за подарок. – Иво сделал шаг вперед.
София инстинктивно отступила, но он рывком притянул ее к себе и резко приложил к лицу тряпку. От неожиданности София сделала вдох и почувствовала резкий запах. Она догадывалась, что с ней будет, но уже ничего не могла поделать. Не было сил кричать и звать на помощь, отбиваться или бежать.
Она рухнула прямо ему на руки, а дальше были обрывки каких-то нелепых моментов. В голове были только мысли об Анхеле и малыше. Иво жив, и ничего хорошего это не сулило.
София не знала, сколько времени прошло, когда она очнулась. Придя в себя, она начала принюхиваться к запахам. Пахло сыростью, деревом и плесенью. Тишина. Значит, поблизости никого нет. Девушка открыла глаза, изучая обстановку. Комната была маленькой, но с большими окнами. Наверняка где-то на окраине города в деревянном доме. На окнах висел тюль, посеревший от времени. Это заброшенный дом, здесь явно никто давно не жил.
Девушка лежала на кровати с кованым изголовьем. Одна рука ее оказалась обездвижена. Свободную руку она положила на живот и выдохнула, закрыв глаза. Она волновалась за ребенка, сердце сжималось, а на глазах выступили слезы и теплыми дорожками полились по щекам, с губ сорвался стон, и София застыла. Нельзя шуметь! Она попыталась взять себя в руки и разведать обстановку.
Левая рука была пристегнута к железным прутьям кровати наручниками. Это плохо, шансов на спасение нет. Если только Иво сам не отопрет замок и не отпустит ее. Она в плену! В плену у психически нездорового человека. Надо было кричать во весь голос, когда она его увидела.
Снова выступили слезы, и девушка разрыдалась. Ничего не могла с собой поделать, эмоции захлестнули ее. Что теперь будет? Что хочет Иво? Если логически подумать и сопоставить факты, то ему нужен Анхель. Он будет мстить ему! Тот не задумываясь пойдет под пули ради спасения жены и ребенка.
Что бы София ни думала, все было плохо! Любое действие Иво приводило к трагедии. Она уже не могла сдерживаться, рыдания вырывались из нее. Чтобы стало легче, София легла на бок, положив руку на живот и поджав под себя ноги. Нет, надо прекращать рыдать и начать думать!
Сейчас ее ищет Йована, наверняка позвонит Анхелю. Тот начнет волноваться, и на сцену выйдет красавчик Иво! Какой он уродливый… Теперь его внешность под стать его мерзкой душе!
София с трудом, но начала успокаиваться. Глубокий вдох через нос – выдох через рот. Обычная гимнастика для релаксации помогла, в голове прояснилось. Когда ребенок пошевелился, девушка улыбнулась сквозь слезы.
Минуты спокойствия длились недолго. В комнату зашел Иво. Вальяжно прошел к кровати и сел на край. София пыталась отодвинуться от него подальше.
– София, – уже спокойно произнес он, – любимая София… Что он с тобой сделал? – Иво с такой злобой посмотрел на ее большой живот, что у девушки перехватило дыхание.
– Я замужем, Иво, – начала София. Сейчас бы заговорить его, как цыганка, но для этого нужен талант, которым она, сербка, не обладала. Она хотя бы попробует: – Я беременна. Ребенок скоро должен родиться. Прошу тебя, отпусти, мне надо в больницу. – София не выдержала и разревелась.
Ей было страшно. Наверняка малышке сейчас тоже очень страшно, она свернулась клубочком и боится чужого голоса.
– Это должен был быть наш ребенок, София, – лицо Иво скривила страдальческая усмешка, – ты предала меня. Разбила мне сердце. Воткнула нож в спину. Десять лет, что мы провели вместе, не должны были пройти бесследно. У тебя должны были остаться хоть какие-то чувства.
Что случилось с ней? Раньше бы она защищалась, сопротивлялась, ругалась и кричала, а сейчас ее словно подменили: она плачет, закрывая глаза и прижимая ладонь к животу. В голове одна мысль – лишь бы с ее ребенком все было хорошо! Она выполнит самую безумную просьбу Иво, только пусть
