Читаем без скачивания Пёс. Книга 1. - Nik Держ

— Не откажусь, — произнес Паша.

— А ты, тезка, пригубишь?

Незнански покачал головой. Его бедное лицо с неестественно алыми губами скривилось в разочарованной гримасе.

— Рад бы, произнес он, да не хочется хороший продукт переводить!

— Не торкает? — участливо поинтересовался Паша.

— Не чувствую я алкоголь… Вообще ничего, ни вкуса, ни запаха… Только кровь меня пьянит, хлеще любого коньяка.

— А ты с собой прихватил хоть грамульку?

— Да. Сидоренко снабдил.

Незнански достал из кармана плоскую металлическую фляжку.

— Тогда другое дело, — обрадовался Петр Семеныч. — Чего ты в одного будешь на сухую сидеть? А так все при деле будем! Девушка! — окликнул Министр симпатичную стюардессу. — Принесите нам с товарищем по бокальчику коньячку с лимончиком, — попросил он, проникновенно глядя девушке в глаза. — Хочется расслабиться в кои-то веки…

— Только два? — очаровательно улыбаясь, уточнила девушка.

— Два. Наш третий товарищ не так давно закодировался…

— Минуточку, — произнесла девушка и вышла из салона.

— Петь, а почему на тебя никто внимания не обращает? — полюбопытствовал Паша. — Я как на твою бледную рожу взгляну — так мурашки по коже. Краше в гроб кладут.

— Простейшее внушение, — пояснил Незнански, — они меня видят несколько иначе, чем вы. На вас внушение не распространяется. Чего силы зря тратить?

— Покажи, как это, — попросил Паша.

Неожиданно мертвенная бледность кожи исчезла — лицо вампира окрасилось здоровым румянцем. Куда-то подевалась пугающая угловатость черт, присущая мертвецам, пропали синяки под глазами, пухлые губы съежились и потускнели. Перед Пашей сидел абсолютно нормальный живой мужчина, ничем не напоминающий выходца из преисподней.

— Ловко! — воскликнул Паша. — То есть ты мне все это внушил?

— Угу. Мимикрия — основное умение вампира. Нужно внушить жертве симпатию, чтобы она ни о чем не подозревала. Даже слабенькие вампиры могут зачаровать пару-тройку человек, а Высшие — держать под контролем десятки смертных! Можно, конечно, поступить проще — применить заклятие «Пустого глаза». Тогда меня просто перестанут замечать, а, следовательно, обращать внимание на некоторые странности моего облика. Но так, как ты видишь, намного естественнее. Хотя и в этом случае имеется небольшой нюансик — мое зеркальное отражение неизменно! Жертва, взглянув в зеркало, вместо, во всех смыслах приятного человека, видит там жуткого монстра…

— А разве вампиры отражаются в зеркалах? — наивно спросил Паша. — Я как-то не проверял.

— Можешь поверить мне на слово — отражаются. Одно время Высшие вампиры практиковали совместную обработку сознания смертных «Мимикрией» и «Пустым глазом». «Пустой глаз» проецировался на зеркала. Жертва смотрела в зеркало и не видела отражения вампира. Так выросло суеверие, что вампиры не отражаются в зеркалах.

— А откуда ты все это знаешь? — спросил Министр.

— Господа, ваши напитки! — проворковала стюардесса, вернувшаяся в салон.

— Спасибо, красавица! — поблагодарил её Петр Семеныч, забирая с подноса бокалы. — Так откуда такие познания?

— Учитель хороший был, — криво усмехнулся Незнански. Его лицо вновь посерело и приобрело естественный для вампира облик. Силы Незнански не любил растрачивать понапрасну. — Высший каинит с тысячелетним стажем!

— Дай Бог, бродяги, и мы с вами столько протянем!

При упоминании всевышнего Паша мелко, но истово перекрестился.

Министр недовольно поморщился:

— Ничего, Паш, привыкнешь! Вон Петька, вообще богомерзкий вампир, а ничего — не тушуется и духом не падает! Живет себе, не тужит. Ты мне еще спасибо скажешь!

— Просто мне не по себе как-то становится, — оправдывая свое поведение, произнес Паша, — при одной мысли…

— Не тушуйтесь, вьюноша! — покровительственно произнес Министр, передавая бокал с коньяком Паше. — Я тоже хорош! Нужно было с тобой заранее перетереть… Да я об этом не думал… Спонтанно как-то все получилось! Ладно, Петр, доставай свою баклажку — пришло время вздрогнуть! Ну что, господа-товарищи, братья? За наше светлое будущее? А при таких возможностях оно обязательно должно быть светлым! Поехали…

В аэропорту «Шереметьево» их ждали. Возле трапа троицу путешественников встречал серьезный молодой человек, облаченный в строгий деловой костюм. Он без труда опознал в прибывших свою клиентуру, видимо Сидоренко скинул по электронной почте их личные дела.

— Господа, капитан Земченко! — представился молодой человек, показывая удостоверение. — 16 отдел ФСБ. Следуйте за мной.

Он подвел их к припаркованному неподалеку от летной полосы черному «Мерседесу-Брабус» с тонированными стеклами.

— Прошу, — коротко сказал он, усаживаясь на водительское кресло.

— Куда поедем? — спросил Министр.

— На базу, — туманно ответил капитан.

— В город?

— Нет. База в Подмосковье, — скупо ответил капитан, сосредотачиваясь на дороге.

— Ясно, — протянул Петр Семеныч, поняв, что больше ничего не сможет добиться от немногословного капитана, — лозунг «болтун находка для шпиона» до сих пор действует.

Капитан не ответил, продолжая невозмутимо вести автомобиль. Минут через сорок они свернули с основной трассы на неприметную проселочную дорогу и минут через пятнадцать уткнулись в перегородивший проезд шлагбаум.

— Свои! — высунулся в окошко капитан.

— А, Валентин! — узнал Земченко охранник. — Проезжай.

Примерно через километр «Мерседес» остановился перед еще одним шлагбаумом. В этот раз капитан вылез из машины и вошел в будку постового. Минут через пять он вышел, шлагбаум поднялся и они продолжили движение. Вскоре они остановились у очередного поста, расположенного в проеме высокого бетонного забора. По верхней кромке забора змеилась колючая проволока.

— На зону похоже, — удрученно произнес Министр. — Ностальгия…

— Выходим, — произнес капитан, вылезая из джипа. — Вещи оставляем в машине!

На его место тут же запрыгнул один из охранников, дождался, пока пассажиры покинут салон, а затем проехал под поднятым шлагбаумом на охраняемую территорию.

— А мы — через КПП, — сообщил капитан, указывая на проходную.

— Хорошо у вас охрана поставлена! — вздохнув, произнес Петр Семеныч. — Тройное кольцо оцепления, колючка, небось, под напряжением, вышки… Любая зона обзавидуется! Вход рубль, выход два… Если вообще выйти реально.

— Проходите, — капитан, игнорируя замечания Министра, открыл дверь, приглашая гостей внутрь помещения контрольно пропускного пункта.

Сначала они прошли сквозь створ металлодетектора, затем длинный коридор непонятного предназначения, стены которого были увешаны многочисленными зеркалами. Петр Семеныч не сомневался ни секунды, что сквозь эти односторонние окна их пристально изучают. Проскочив коридор, они вошли в небольшую комнату. Там их встретил старый знакомец — батюшка Феофан, облаченный в неизменную черную рясу. Его сопровождали суровые неулыбчивые парни с автоматами наперевес. Батюшка молча обошел всех гостей, проникновенно заглядывая каждому из них в глаза. Паше показалось, что старец зрит намного глубже, его бесцветные глаза заглядывали в самую душу.

— Это они! — наконец произнес он.

Вооруженные охранники облегченно расслабились, однако продолжали подозрительно поглядывать на вампира, пребывающего в своем естественном облике.

— Ну что, оболтусы, — произнес старец, — шагайте за мной.

Территория охраняемой базы напоминала какой-нибудь заштатный дом отдыха: несколько каменных корпусов в два-три этажа, россыпь маленьких аккуратных коттеджей, живописно расположившихся меж зеленеющих свежей листвой матерых тополей, небольшая спортивная площадка и, как неизменный атрибут любого пансионата, многочисленные беседки и скамейки вдоль асфальтированных аллеек.

— Раньше здесь располагался ведомственный пансионат, — словно прочитав мысли гостей, произнес батюшка. — Но в начале девяностых было решено устроить здесь штаб квартиру 16 отдела.

Батюшка уверенно подвел гостей к небольшому домику, на крыльце которого обнаружились сумки с вещами, оставленные в джипе, и протянул Петру Семеновичу ключ.

— Располагайтесь. На ближайшее время это ваш дом. Две спальни, общая гостиная, кухня и удобства. Завтрак, обед и ужин по расписанию… На территории базы есть продуктовая лавка, если меню не устроит, а оно более чем приличное, можете мне поверить, — усмехнулся в усы батюшка, — мне приходилось едать в компании августейших особ и членов ЦК, готовьте сами. В общем, отдохните с дорожки — поговорим позже. Я зайду за вами к ужину. А для нашего ночного друга я подготовил более подходящее его физиологии жилье.