Читаем без скачивания Заказанная расправа - Эльмира Нетесова

— Я не хочу жить до старости. Зачем так долго мучиться? И ждать мне нечего. Я лишняя.

— Не стоит так думать!

— Эх, дяденька! Меня когда из школы выгоняли, назвали отбросом общества. Какого? Ведь вот сегодня, хотя времени прошло всего ничего, все девки моего класса на панели промышляют. А учителя торгуют на базаре пакетами и сумками, газетами и чебуреками. Их по старости даже на панель не взяли. Кто они нынче?

— Всем сегодня трудно! — признал Ведяев.

— А вам чего жаловаться? Живете, как мухи в меду. Все есть. И выпивка, и жратва. Аж по нескольку баб приводите! Плохо жили б, не стоял бы охранник у дверей. Значит, есть, что беречь!

— Не от хорошей жизни заводят охрану. Но тебе пока трудно это понять.

— А где твой Барин? Иль закадрили сто замужние суки?

— Нет. Он в Индии. Скоро вернется.

— Чего ему там надо? Челночничает?

— Зачем? У нас свой бизнес, другое дело! Он отдыхать уехал. Туристом. Скучно ему в своем городе. Экзотику человек уважает, древность, другую культуру и перемены.

— Короче, с жиру бесится? — подытожила Женька и сказала: — Мне бы так пожить хоть денек. Потом будь что будет! Я уже все видела, все прошла, кроме радостей…

Через неделю вернулся Юрий. Шумный, веселый, он вытеснил из квартиры тоску и скуку, завалил стол и холодильник экзотическими фруктами. Показал яркие рубашки, купленные в Индии за копейки.

Ведяев разглядывает, удивляется. Носки, галстуки — в пальмах и змеях. На пижамах — морские волны до самого горла поднимаются. Того и гляди захлебнешься. А Платонов достает халат — в обезьянах и крокодилах.

— Бери, Анатолий! Носи!

Выволакивает из сумки бутылки с ромом.

— Ох, и удачно я съездил! Как и не ожидал! Знаешь, что купил? Глазам не поверишь! — достал коробочку, открыл, и Ведяев увидел черный бриллиант.

— За гроши оторвал! Ему, если по правде, цены нет. Оправа, конечно, дешевая. Но что с них взять? В Индии золото низкопробное. Зато камешки — сокровище!

— И что ты с ним делать будешь? Продашь? — поинтересовался Анатолий.

— Ты съехал! Да во всей России не сыщется человек, способный его купить. Это клад!

— Значит, беречь будешь до конца?

— На всякий случай, на черный день хранить стану! — Платонов положил коробочку в ящик стола и начал рассказывать о поездке:

— Нет! Я даже не ожидал такого везенья на базаре в Дели. Там много диковин продавалось: и черный коралл, и громадные жемчужины. Кстати, были черные. Они особо ценятся среди знатоков. Но жемчуг у нас не в спросе. Я это вмиг сообразил. И сразу пыл остыл.

И вдруг чудо! Я своим глазам не поверил. Старик продавал его. Сказал, что этот камень принадлежал жене. Но она давно умерла. А детям он не нужен… Да и выросли, живут отдельно, далеко от него, в других городах. Сам старик вздумал продать потому, что скорую смерть почуял. Когда умрет, кто-нибудь заберет бриллиант даром. Ему обидно будет. Я и купил. Никто из группы даже внимания не обратил на мое приобретение. Каждый свое искал. А там было на что глянуть!

Оттуда наших туристов только на вожжах вытаскивать нужно! Глаза в разные стороны разбегаются.

Зато воров, ворюг и воришек больше, чем муравьев в муравейнике. Попрошаек — целое море. Короче, везде, на каждом шагу приходилось ухо востро держать. И ведь как приловчились, гады! Один пацаненок забегает вперед, вытаскивает дудочку, вроде нашей свирели. Начинает на ней играть. Глядь, а через минуту у него змея из-за шиворота или пазухи полезла. И в ритм мелодии извивается, качается. У нас мурашки по коже бегут. Как не боится этот сорванец? А он хоть бы что! Знает босяк, пока мы стоим, ошалело глаза вылупив, сто свора все наши карманы обшарит. Стоило мне одного прихватить за руку в собственном кармане, первым не сам воришка, а тот — со змеей стрекоча дал. Вот тебе и дети! — смеялся Барин.

Наскоро поинтересовавшись делами, он решил весело провести вечер. Ведь в поездке, как сам посетовал, пришлось воздержаться от женщин.

— В нашей группе — сплошные старухи были! Ну кто теперь смотрит на тех, кому за двадцать? Лично меня они не возбуждают. Да и не модно эдаких клеить. Ну а клубнички не было. Индийскую — опасно трогать. Нас гид заранее предупредил о высоком проценте венерических заболеваний среди тамошних проституток. Но… Каких баб, скажу тебе по секрету, приводили в гостиницу! И недорого просили за ночь. Только страх подцепить заразу всех остановил.

Хотя и нелегко это далось. Знаешь, какие там промышляют? Моложе наших! С девяти лет! На семнасток даже старики не смотрят. Они не в спросе. Так и остались мы нецелованными. И это среди моря цветов! Я чуть не свихнулся! Не чаял, когда домой вернусь, отведу душу за все воздержанье разом! — добавил рюмку рома и пошел за девками.

Но вскоре вернулся домой избитый. Рубашка застегнута на одну пуговку, на подбородке ссадина, весь костюм в пыли и грязи.

— Что с тобой? — изумился Ведяев.

— Узбеки прижучили. Прямо возле дома. Грозили пристрелить. И оружие у них есть серьезное. Обещали сегодня в клочья пустить, если не рассчитаюсь. Сейчас отпустили под бриллиант. Придут взглянуть и вызовут своего. Чтоб он решил окончательно. Придется отдать…

А через пяток минут в квартиру вошли двое узбеков. Они не глянули на Анатолия, молча прошли в комнату Платонова. Барин показал им бриллиант, но в руки не дал. Те молча переглянулись. И предупредили, что сегодня созвонятся с Рашидом.

— Смотри, не вздумай смыться. Мы тебя всюду сыщем. Понял? — сказали, уходя.

Едва за ними закрылась дверь, Юрий стал приводить себя в порядок. Помылся, почистился, переоделся.

— Юр! Давай обойдемся без бабья! — попытался остановить Барина Ведяев, но тот даже слушать не хотел. И через полчаса привел всех троих малолеток.

О! Что это был за вечер! Юрий танцевал с девками так озорно, что Анатолий завидовал. Девчонки были в ударе. Они пили и ели, плясали, раздевшись догола, а Платонов кричал:

— Слабо вам танец живота изобразить! А задницами все крутить умеют. Это не цимес!

Девчонки очень старались, но у них ничего не получалось. Захмелевший Юрий прогнал Наташку с Иркой. Разозлился, что им не понравились индийские песни.

Женька промолчала, и он ее оставил на ночь. В этот вечер Барин много пил. Перебрал свое и Анатолий. Зная дурной характер Юрия, сидел за столом, хотя так хотелось спать. Ром расслабил его, и он уже плохо слышал, о чем говорил Юрий. Анатолий так и уснул за столом. А утром проснулся от жуткого крика. Он увидел Платонова прямо перед собой. Бледный, с перекошенным лицом, глазами навыкате, Юрий кричал:

— Где он?

— Кто?! — не понимал Конюх.

— Где?! Камень где?!

— Какой камень? — не мог взять в толк Анатолий.

У него болела голова. Тошнота сворачивала в спираль. Он пошел в ванную. Но Барин схватил его за локоть, сдавил, как в тисках:

— Ты что? Оглох?

— Чего тебе надо? — присел Конюх от боли.

— Где бриллиант, придурок?

— Я откуда знаю? Ты его прятал!

— Нет его там! Я все вывернул!

— Ты один спал?

— Да, эту сикуху на рассвете выпустил.

— Вот у нее и спрашивай! Показывал ей камешек? — спросил Анатолий.

— Не помню! Хоть убей, ни черта не могу в голове восстановить!

— А может, подарил ты ей его?

— Ты что?

— Может, переложил куда-нибудь сам, от греха подальше?

— Нет. Я помню, он лежал в столе в коробке, в дальнем углу ящика. Потом мы легли в постель. А дальше — полный провал, — схватился Платонов за голову.

— Ничто не исчезает бесследно! Это первое ревизорское правило. Сначала успокойся. Давай подумаем. Если ты его перепрятал, он никуда не денется из квартиры. Коли его взяла Мартышка, ее мы всегда достанем. Даже если ты подарил его, заберем обратно. Она из города никуда не смоется. Это знаю точно, — говорил Конюх.

Вскоре они поставили на дыбы всю квартиру. Не проверенным не оставили ни одного угла, ни единой вещи. Но тщетно. Камень словно испарился.

— Пойду искать эту стерву! — ринулся Платонов к двери, по зазвонил телефон. Юрий узнал голос Рашида. Тот приехал за бриллиантом.

— Исчез! Пропал! Нет его! Сами ищем!

— Что?! Я приехал, чтобы услышать от тебя новую брехню?!

— Я найду его! Клянусь! Разыщу! — кричал в трубку Барин.

— Когда?

— Сегодня! Или завтра!

— Ты мне мозги не суши! Не затевай новую пакость. Твоя паршивая душонка охнуть не успеет, как я вытряхну ее из тебя!

— У меня украли его! Но я найду!

— Послушай, Барии, сколько лет тянутся твои «сегодня» и «завтра»? Я устал! Знай, если не отдашь, потеряешь все! Ты помнишь мой телефон! Я жду до семи вечера! Дальше — все! — Рашид бросил трубку.

Женьки не было на панели. Никого из трех девчонок не встретил Платонов, хотя исколесил весь город. Он побывал во всех притонах и кабаках. Расспрашивал о малолетках других путанок. Те предлагали себя взамен.