нет дела.
Летчик бросился на голос. Буквально за углом на полу в луже лежал мужчина, уже потерявший сознание, перепачканная кровью девушка пыталась зажать рану на его руке, и Маркусу с первого взгляда стало ясно: она понятия не имеет, как останавливать артериальное кровотечение.
— Дайте сюда! — крикнул летчик, опускаясь на колени рядом, и выхватил у нее из руки аптечку, достал жгут: — нужна какая-то палочка или спица! Или стальная ручка, наконец, ножка от стула, что угодно!
Маркусу удалось уменьшить кровотечение, и тут девица вернулась со стулом, из соседней двери выбежал парень с аптечкой.
— К черту аптечку! Ломайте стул! Немедленно!
Парень моментально сориентировался, выхватил стул и хряпнул им об угол.
— Вон тот обломок! Давайте сюда!
Летчик затянул жгут, как положено, затем вдвоем с парнем дотащил раненого к лифту. Все к этому времени уже покинули здание, потому лифт пришел с первого этажа почти сразу. Они спустились вниз.
— Оставайтесь тут, с ним, я побегу за помощью, — велел Маркус, — где же гребаные «скорые»⁈
— Но нам нельзя тут оставаться! Надо прятаться, в переход или подземный гараж! — запричитала девушка.
— От чего⁈ Это не бомбежка, вы что, ничего не видели⁈
— Мы работали, и тут…
— Это просто авиакатастрофа! Самолет упал, вот и все! Никто нас не бомбит!
Маркус выскочил на улицу под завывание сирен и огляделся по сторонам.
Зрелище было ужасным. Везде — выбитые стекла, столкнувшиеся и покинутые машины на проезжей части, тут и там лежат обломки кирпичей, камни, дымящиеся лоскуты металла. Людей нет, словно их корова языком слизала. Трупов тоже вроде бы не видно, но пострадавших от стекол наверняка много, сколько погибших внутри зданий — неизвестно. Господи боже, что он натворил… В одно мгновение в мирный город пришла война, стараниями всего одного человека. Попытка убить Первого обернулась катастрофой. Маркус прекрасно помнил одно из важнейших правил военного летчика: никогда не катапультируйся над местностью, которую только что бомбил. Он думал, дело только в разъяренных людях, которые после бомбежки не склонны брать в плен… Если бы. Маркус воевал четыре месяца, пятьдесят три боевых вылета, но так близко видеть дело рук своих ему не приходилось никогда.
На улицу влетела полицейская машина, вторая, тут и «скорая» появилась. Маркус, тяжело дыша и пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, направился к медикам. Внезапно его подхватили с двух сторон под руки. Полицейские. Попался, и до чего же быстро! Последняя надежда — пистолет в кармане, но его держат крепко.
Летчик крутанул правую руку против большого пальца удерживавшего его копа и сумел освободить ее, оттолкнув нападающего.
[1]Феномен «гигантской руки» (от англ. giant hand) — в авиационной психологии разновидность нарушения пространственной ориентации пилота, ощущаемая летчиком как вмешательство в управление полетом неких потусторонних сил. (прим. автора)
Глава 8
Западня
На улицу влетела полицейская машина, вторая, тут и «скорая» появилась. Маркус, тяжело дыша и пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, направился к медикам. Внезапно его подхватили с двух сторон под руки. Полицейские. Попался, и до чего же быстро! Последняя надежда — пистолет в кармане, но его держат крепко.
Летчик крутанул правую руку против большого пальца удерживавшего его копа и сумел освободить ее, оттолкнув нападающего.
— Он в шоке! — завопил второй, — беги за медиками, я постараюсь удержать!
Маркус, сориентировавшись, завопил:
— Идиоты! Нахрена мне медики? Они другим нужны!
— Сэр, вы свои ноги видели⁈
Он опустил глаза — штаны в крови. Ну да, из того несчастного натекло будь здоров.
— Это не моя кровь! Вы что, не видите, что я сам стою⁈ Я жгут раненому накладывал! Вот сюда, в эту дверь, первый этаж, у лифта! Там человек без сознания, а я в порядке!
Копы помчались туда. А Маркусу самое время убираться. Подземная стоянка вроде в той стороне, хотя переодеться ему там не выйдет: судя по всему, народу будет очень много, раз все уверены в бомбежке. Да и смысла переодеваться и маскироваться нет: куртку он заменит на другую, а штанов запасных нет.
Маркус прошел по улице квартал, то и дело натыкаясь на медиков, копов и прохожих, спешивших к месту аварии. Отделался от них тем же аргументом: кровь не его. Затем заметил магазин одежды, продавщицы которого испуганно выглядывали наружу из витрины, и зашел внутрь.
— Ох, месье, что с вами⁈
— Да ничего, кровь не моя. Я раненому помогал… Мне нужны новые штаны, как видите.
Он купил неприметные недорогие брюки, расплатившись со взломанного ПЦП — хорошая была идея заказать один из них с деньгами на счету — и покинул магазин, выбросив испачканные штаны в мусорную урну.
Затем Маркус отыскал общественный туалет в подземном переходе, заперся внутри, снял парик, сбрил бороду и наклеил усы. Куртку выбросил, надел запасную. Оба травматических пистолета выбросил, они его только отягощают. ПЦП, через который он общался с Ганном, полетел следом.
Выйдя на улицу, достал взломанный ПЦП для связи с Пайпер и послал вызов. Девушка отозвалась незамедлительно.
— Ты цел? А я уж вся извелась!
— Я цел. Иду, жди меня там, где договаривались, но через дорогу и в ста метрах дальше в сторону центра, я скоро буду. Машину оставь там, где ты сейчас, и свой личный ПЦП в ней.
— Поняла.
Маркус поспешил прочь, стараясь идти переулками и дворами. Сколько времени у него? Минимум. Полиция, как бы догадлива ни была, не сможет отреагировать мгновенно, но вот тот же Янек Каспар вполне способен догадаться, откуда ноги растут. Отдать полиции приказ найти и задержать подозреваемого — вопрос минут, и, вполне вероятно, что Маркуса уже ищут. Не исключено, что тот же Каспар или любой другой человек с интеллектом выше среднего уже получил данные о тратах денег, узнал об участке и самолете. Но даже если к участку уже летит вертолет с бойцами — самолет предусмотрительно спрятан в десяти километрах от того места. Все, что теперь необходимо — выбраться из города вместе с Пайпер. Если тот, кто сейчас охотится на Маркуса, не дурак, то может сообразить, что девушка, недавно купившая машину на деньги Маркуса, имеет отношение к попытке побега. Пускай теперь машина с ПЦП будет ложным следом, воспользоваться ею слишком опасно.
Мимо неслись полицейские, пожарные и медицинские машины, спешили в две стороны люди, кто подальше от греха, кто поближе, поглазеть на невиданную катастрофу. Маркус шагал
