Читаем без скачивания Как Ворон луну украл - Гарт Стайн

Дженна пораженно следила за тем, как Бобби неуверенно поднимается. Он снова был гол, правда, сзади торчал маленький мохнатый хвостик. Бабуля похлопала по нему, и хвостик тут же исчез.

— Ну его, — сказала бабуля. — Он тебе больше не пригодится.

Бобби взглянул на Дженну синими — синими, не черными! — глазами. Потом взял прабабушку за руку, и вместе они пошли к лодке.

— Идем с нами, мам, — позвал Бобби.

Дженна шагнула было за ними, но бабуля остановила ее взмахом руки.

— Разве мне с вами нельзя? — спросила Дженна, заранее зная ответ.

Покачав головой, бабуля заговорила с Бобби:

— Ей пока на тот берег не надо. Она придет позже.

Испуганный, Бобби отбежал к матери.

— Идем, идем с нами!

Дженна подняла сына на руки. Отпускать его совсем не хотелось. Она надела на него рубашку Дэвида и закатала рукава. Неподходящий наряд для маленького мальчика, однако за неимением лучшего… К тому же Бобби смотрелся в этой рубашке очень даже мило.

— Мне на ту сторону пока нельзя, маленький, — сказала Дженна, глядя на сына. Поправила его спутанные волосы. Как же ей хотелось присоединиться к нему в лодке, переплыть на тот берег… — Я скоро приду. А пока держись бабули, она о тебе позаботится.

Мальчик обернулся к реке. Бабуля, улыбаясь, протянула ему руку, и Дженна слегка подтолкнула сына в нужную сторону. Больше Бобби не боялся, он смело пошел навстречу прабабушке.

Та взяла его на руки и усадила в каноэ, затем устроилась в лодке сама. Двое гребцов оттолкнули суденышко от берега, но, прежде чем они отплыли достаточно далеко, Бобби обернулся и помахал матери рукой:

— Пока, мамочка!

Дженна махнула ему в ответ, и по щекам ее покатились слезы.

Пока, Бобби, мужайся!

Когда каноэ достигло противоположного берега, гребцы и бабуля с Бобби выбрались на сушу. Обернулись напоследок и исчезли в лесу. Дженна осталась стоять в полном одиночестве на берегу Реки слез, по ту сторону от Края мертвых душ.

Глава 39

Эдди тупо пялился в окно, когда вдруг заметил Дженну. Растрепанная, в каких-то обносках, она поднималась от берега по холму. При виде ее Эдди испытал одновременно и радость, и беспокойство. Конечно, здорово, что Дженна цела и невредима, но чем обернется ее возвращение?

День клонился к вечеру, и Роберт в это время разогревал на кухне суп. Что, если Эдди сейчас незаметно выбежит из дому и спрячет Дженну в лесу? Тогда Роберт не узнает о ее возвращении, и Дженна останется с Эдди, только с ним и больше ни с кем.

Но кому от этого будет хорошо? Кто от этого выиграет? С чего Эдди взял, будто Дженна не захочет остаться с ним по доброй воле? Вдруг она будет жить с ним долго и счастливо во Врангеле? Родит пару детишек, научит их остерегаться куштака?

В этот момент из кухни с ложкой в руке вышел Роберт.

— Готово. Пошли, если голоден, — сказал он.

Когда Эдди не ответил, Роберт проследил за его взглядом и, заметив Дженну, бросился наружу.

— Стой! — окрикнул его Эдди. — Вдруг это не она?

Помедлив секунду, Роберт возразил:

— Нет, она. — Распахнув дверь, он выбежал навстречу жене.

Она упала ему на руки, и Роберт буквально внес ее в дом. Глядя на супругов, Эдди вдруг понял, чем для него завершится история. Джои был прав: Дженна уедет с Робертом, лишь так в жизни и бывает. Удрученный собственной наивностью, Эдди незаметно отошел в дальний угол гостиной.

Роберт каким-то образом умудрялся делать несколько дел одновременно: вот он поднес к очагу стул, усадил на него Дженну, потом закутал ее в плед. Изможденная, Дженна молча принимала его помощь. И вот, когда она в тепле и покое сидела пред огнем, Роберт встал рядом с ней, словно щенок, ожидающий команды хозяина.

— Поесть найдется? — спросила Дженна.

Поесть? Ну конечно же! Суп. Горячий. Роберт метнулся на кухню.

Дженна смотрела на огонь. Она чувствовала на себе взгляд Эдди, но не знала, что сказать. Не нашелся со словами и Эдди. Наконец Дженна встала.

— Мне бы в душ сходить, — пробормотала она.

Кивнув, Эдди проводил ее взглядом.

Роберт понимал: сейчас Дженна есть не станет. Не нести же ей тарелку супа прямо в душ. Однако столько всего нужно сказать, о стольком поговорить с Дженной. Терпеть он больше не может.

Он тихонько вошел в ванную, присел на опущенную крышку унитаза и отставил тарелку супа на край мойки. Дженна мылась под горячей водой, за белой занавеской, в керамической ванне. Клубы пара заполняли комнату, оставляя капли конденсата на стенах и зеркале. Вряд ли из-за шума воды Дженна слышала, как Роберт вошел.

— Дженна? — произнес он. — Я тут супа принес. Подумал, вдруг ты захочешь…

Через какое-то время Дженна ответила. Это не были слова, она просто промычала что-то в знак благодарности.

— Понимаю, ты жутко утомилась, но мне нужно поговорить с тобой. Совсем немного. Я только скажу, что чувствую.

Так и не дождавшись ответа, он продолжил:

— С тех пор как ты уехала, я столько всего передумал. Особенно сидя здесь, в ожидании, пока ты вернешься. Я ведь не смогу без тебя. Все два года после смерти Бобби мы жили как чужие. Я хочу снова быть с тобой, Дженна.

Роберт замялся. Он сейчас сказал не совсем то, что хотел. Он нервничал, и мысли в голове путались.

— Черт, вечно я все порчу. Думаю только о себе и говорю, что нужно мне, что меня беспокоит. Забываю о большем, о тебе, Дженна. В общем, так: я признаю свои ошибки и готов исправиться.

Встав, Роберт подошел к ванне.

— Дженна, ты для меня — самое ценное в жизни. Бобби тоже был для меня самым ценным, и когда он умер, я не захотел ничего понимать. Просто оттолкнул тебя. Нет бы наоборот, еще больше сблизиться, беречь тебя. Помогать в горе. Да, сейчас уже поздно каяться, однако мне жаль, я ошибся.

Он приблизился к занавеске. Дженны за ней видно не было, впрочем, Роберт знал, чувствовал, что ее от него отделяет лишь полотно белого полиэтилена.

— Я все понимаю и хочу сказать: если сейчас слишком поздно, если я погубил наш брак окончательно, оттолкнул тебя и ты не вернешься, то винить тебя я не стану. Просто знай: мне теперь все ясно.

Он ждал знака, ждал, что Дженна велит ему остаться или уйти. Так и не получив ответа, Роберт развернулся и пошел к выходу. Он уже взялся за ручку и обернулся напоследок. Почему Дженна ничего не сказала? Даже не взглянула на него?

И тут он услышал всхлип. Роберт отдернул занавеску и увидел Дженну: она сидела в ванне, сжавшись в комочек и закрывшись руками, словно защищаясь от чего-то невидимого. В тот же миг сердце Роберта будто ожило, в нем проснулось давно позабытое чувство. Дженна, должно быть, поняла это и открылась ему навстречу, обняла, прижала к себе. Роберт ступил в ванну, под горячие струи, и тоже обнял Дженну. Как тогда, впервые поняв, что любит ее. От облегчения Роберт расплакался в голос. Мир вокруг, казалось, исчез, перестал существовать. Остались Дженна и Роберт, обретшие друг друга заново.

Глава 40

Часов в десять вечера Дженна уже мирно спала в кровати. Эдди и Роберт сидели у огня и дожидались Дэвида. Времени прошло много, да и Дженна рассказала неутешительные вещи. Договорились, что, если к утру Дэвид не вернется, надо будет звонить его жене. Однако потом скрипнула задняя дверь, и Эдди с Робертом побежали на кухню — там стоял Дэвид, голый, грязный, весь в крови, он отмывался у большой раковины.

Оглянувшись, Дэвид спросил:

— Дженна вернулась?

— Пару часов назад, — ответил Роберт. — Как вы?

— Со мной-то все хорошо. Как ваша жена?

— В порядке. Сейчас спит.

— Отлично. Она не говорила, как все прошло?

— Сказала только, что ей все удалось. Что бы это ни значило…

Дэвид улыбнулся и принялся обтираться полотенцем.

— Уверен, как-нибудь она расскажет о своих приключениях.

Опоясавшись полотенцем, Дэвид прошел к буфету и достал из него банку арахисового масла и пачку соленых крекеров.

— Умираю с голоду.

Намазав печенюшку маслом, он съел ее в один укус.

— Может, вам одеться принести? — предложил Эдди.

Дэвид — с набитым ртом — кивнул.

— Знаете, где мои вещи?

— Я ваш дом вдоль и поперек излазил, — заметил Эдди и, хихикнув, вышел из кухни.

Роберт смотрел, как Дэвид жадно поглощает крекер за крекером. Казалось, доктор Ливингстон не ел несколько дней кряду.

— Ну, и что же случилось?

— Вы не поверите, — покачал головой Дэвид.

— Я во что угодно поверю. Пока вас не было, здесь тоже кое-что произошло.

Пристально посмотрев Роберту в глаза, Дэвид медленно кивнул. Затем достал из нижнего ящика буфета бутылку бренди.

— Это я на особый случай припас, — заметил он, с улыбкой глядя на бутылку.

— А сейчас — случай особый?

— Да, — сказал Дэвид. — Определенно, не простой.