Читаем без скачивания За руку с ветром - Анна Джейн

Люди вокруг зашептались, увидев эту сценку. Но Кларскому, казалось, было все равно.

– А я тебе верила, – бросила на прощение Ольга и, громко цокая каблуками, удалилась прочь. Никита же некоторое время просто не мог заставить себя посмотреть ей вслед – он потерянно глядел в мраморный пол. А когда смог все-таки поднять глаза на удаляющуюся спину своей любимой, то окрикнул ее хриплым от едва заметного волнения голосом.

– Оля! Стой!

Она сделала милость и обернулась, дернула плечом, перевела взор на Нику, скромно стоящую в сторонке, а потом так уничтожающе посмотрела на парня, словно он действительно изменял ей. Изменял, а не защищал!

– А я тебе верила, – просто сказала она.

После девушка отвернулась и почти побежала к выходу.

Последнее, что видел Никита, – большие голубые глаза его бывшего уже ангела, которые казались светлее обычного из-за застилающих их слез. На миг парню показалось, что губы девушки дрогнули в улыбке, но он понял, что ему померещилось – на самом деле она просто пыталась не разрыдаться. Никита почувствовал себя последним подонком. А потом в нем что-то начало ломаться. Правда одновременно с этим в нем росло и еще одно чувство. Похожее на трещину в скале, которая постепенно все увеличивалась и увеличивалась в размерах. Это была слабая ярость, приправленная щепотками искреннего недоумения и острой обиды. Нет, даже не обиды – оскорбления. Как она смеет так себя вести? Да он знает, что ему пришлось сделать, чтобы защитить? И какого… тогда?

Никита сжал челюсти так, что в деснах появилась легкая давящая боль. Смахнул с лица шампанское.

Почему Ольга так поступила? Разве он раньше давал ей повод сомневаться в нем? Да он все для нее делал, черт возьми! Ей сложно было просто выслушать его? Просто выслушать, а не истерить. Истерить должны такие девочки-принцесски, как Карлова, а она-то стоит спокойно!

– Что это было? – спросила Ника, не совсем въезжая в ситуацию. Поняла только, что эта Оля вроде бы как и есть та самая любимая герла Укропа. Девушка не то, чтобы ей не понравилась, скорее, насторожила своим поведением. Интуиция Карловой нашептывала ей, что что-то в девице с мальчишеской стрижкой не так. Как-то странно она себя ведет. – Слушай, очнись, а?

– Молчи, – приказал ей Ник злым голосом, провожая взглядом Ольгину фигуру, облаченную в серебряное платье с тонкими бретельками. Ее выходки он терпел! Даже пьяную домой утаскивал! И ни слова не сказал против! И какого она подстриглась, как девчонка из бедного приюта?

– Но…

– Я сказал тебе – заткнись. Заткнись и веди себя так, как будто тебя нет. – Его накопившаяся злость-усталость стала выливаться на ни в чем неповинную девушку. Та от обиды пару раз прокляла умника про себя, но смолчала. Уже выучила, что когда у Ника такой взгляд – лучше всего молчать. А еще лучше – отойти куда-нибудь в сторонку, пусть бесится сам с собой, козлоногий скорпион.

И вот, значит, она какая, эта Оля. Интересный персонаж. Четко прошлась по нервам Кларского.

Никита еще минуты две или три стоял просто так. Сам он не двигался, менялись только его глаза. Растерянность, обида, злость. Когда в них появились упрямство и жесткость, он как-то резко пришел в себя.

– Быстро за мной. – Он больно схватил Нику за руку и потащил за собой. Ему вдруг пришло в голову, что ему необходимо поговорить с Ольгой и попытаться все ей объяснить. И… черт возьми! Да какого она не дала ему объясниться?

И эта сумасшедшая Ника в придачу рядом. Только тормозит его, идиотка, напялила свои каблуки, едва тащится. Опять все испортит!

Никита, не контролируя свою силу, еще больнее сжал запястье девушки, и она чуть слышно вскрикнула:

– Больно!

– Потерпишь.

– Мне больно! Отпусти!

– Я же сказал, заткнись, – рявкнул на нее Никита, не в состоянии оценивать реальность. Он почти выбежал из ресторана, в котором вот-вот должно было состояться открытие благотворительного вечера – уже заиграл торжественный оркестр. Парень огляделся по сторонам внимательными глазами, ища Ольгу, и, все так же таща за собой вяло сопротивляющуюся Нику, быстро направился к стоянке.

Добравшись до нее, в метрах тридцати от себя он увидел Ольгу. Она как раз садилась в такси – мелькнул кусочек ее серебряного платья, дверь авто хлопнула, и светло-желтая «Киа» тут же газанула вперед.

Никита не растерялся, подбежал к машине, на которой приехал (благо, припаркована она была неподалеку), молниеносно вытащил брелок от сигнализации, нажал на кнопку и залез на водительское сиденье.

– Назад, – кивнул он Нике, топчущейся за стеклом

– Может, я не поеду? – жалобно сказала она, теребя черный клатч в руках. Запястье той руки, за которую ее схватил Никита, болело.

– Может, ты все-таки закроешь свой очаровательный ротик? Назад. И молчи. Ника, сядь назад.

Карлова послушно залезла на заднее сиденье, и Ник, забыв пристегнуться, погнал вперед за «Кией», в которой ехала его Ольга. По дороге он молчал, все так же крепко сжимая зубы, и произнес только пару слов – и то только тогда, когда ему позвонил брат.

– Оле-е-ень, – протянул он веселым голосом, – ты где, олененок?

– Скоро буду, – сквозь зубы выдал всего лишь два слова парень. И их хватило, чтобы разозлить Марта.

– Ты, – проговорил он, едва сдерживая ярость – не иначе рядом с ним кто-то находился. – Ты что удумал? Я же тебе сказал – будь на вечере. Будь на этом чертовом вечере! – Пауза помогла ему взять себя в руки. И мужчина продолжил спокойным голосом: – Я хочу тебя увидеть.

– Я сказал же, что скоро буду, – ответил вполне уже спокойно Ник. – У меня проблемки.

– Если не появишься в течение получаса, у тебя будут не проблемки. А большие проблемища. Обещаю, тебе будет плохо, – точно таким же спокойным голосом предупредил Андрей. Интонации в его голосе менялись почти мгновенно, как и настроение. – И я не шучу.

– Я появлюсь.

– Никита, – вдруг совершенно обыденным голосом сказал его брат, не злым и неравнодушным. – Это типа светское общество. Высшее звено сегодняшней социальной эволюции. Ты ведь не хочешь оставаться приматом до конца своих дней? Давай, поднимайся с низшей ступни на высшую. Ты должен светиться на таких тусовках. Это такая же необходимость, как и твое образование.

– А ты на какой ступени? – спросил Кларский.

– А я вообще не человек, – рассмеялся в ответ Март действительно каким-то волчьим смехом, в котором, однако, скользнула печаль. – Полчаса, щенок. Полчаса – и ты должен быть здесь. Представлю тебя людям. В дальнейшем ты будешь возглавлять наш официальный бизнес, – вновь его голос стал человеческим – таким, каким и должен быть голос старшего брата, пекущегося о младшем.

– В смысле? – коротко спросил Ник. Все его мысли были заняты только Ольгой.

– Отец сдох на зоне. А из тебя на свободе я все-таки сделаю человека, олень. Чтобы ты сдох от старости в окружении заботливых родственников на пуховой перинке. Жду, – и Март положил трубку.

Никита отбросил мобильник на второе переднее кресло, не отрывая взгляда от дороги – «Хонда» неспешно катилась по знакомому пути прямо к дому Ольги. Брат порядком удивил молодого человека. Что опять щелкнуло в его ненормальной башке? Какой затвор? Ладно, об этом обо всем они поговорят после.

Ника, которой был слышен не только голос Кларского, но и Андрея, тоже слегка прифигела, но опять промолчала.

«Тупой чел, как ты меня достал. Ненормальный, – с тоской подумала она. – Хотя немудрено, что ты стал таким – с братцем-психом другим и не станешь».

Она злым взглядом уставилась на его плечи – Нике тут же захотелось положить на них голову, а потом пустить в эти самые плечи пару пуль. Рука ее продолжала саднить, а гнев смешался с усталостью.

«Вот же ты тварь, – вновь подумала девушка. – Задрал! Хватит меня мучить! Какое ты право имеешь?»

Никита словно почувствовал, что Ника прожигает в нем дыру, и посмотрел на нее через салонное зеркало заднего вида. Их злые взгляды встретились: голубые глаза против серых. Первой не выдержала и отвернулась Ника – взгляд Никиты был уж очень тяжелым, как у гипнотизера.

Светло-желтое такси с Ольгой в салоне подъехало к ее дому – здесь Кларский был много раз и прекрасно знал окрестности. Свою любимую девушку он всегда провожал до самой квартиры, но в гостях у нее ни разу не был – как, впрочем, и она у него. На подъезде ко двору Ник ловко обогнал «Кию» и первым затормозил около подъезда Оли. Хотел догнать ее, как только она выйдет из машины, чтобы девушка не убежала от него в подъезд. Однако его ждал необыкновенный сюрприз. Около подъезда Ольги на заборе сидел Димка, одетый в черный спортивный костюм, застегнутый под горло. Неподалеку от него стоял красно-черный мотоцикл.

Думать о том, как его друг оказался здесь и что ему тут понадобилось, Кларский не стал. Он просто молча наблюдал за тем, что Оля выходит из авто, видит Диму и почти бежит к нему, чтобы обнять. Тот в ответ гладит ее по спине, они о чем-то говорят, стоя друг напротив друга, а после целуются.