Или… я не знал того, что было известно ему. А если посчитать это как наиболее возможный вариант, то история становилась все более увлекательной. Хоть и выглядела слишком опасной.
– Если я преподнесу ему это как подтверждение возникших у него подозрений, – продолжая мысленно оценивать, как при этом могут развиваться события, заговорил я после нескольких минут напряженного молчания, – то, скорее всего, он захочет устроить тебе ловушку. И ни в коем случае не откажется от идеи увидеть тебя в доме герцога. Ну а там…
– А там, – барышня посмотрела на меня с хитрым прищуром, – мы устроим ему сюрприз. Не уверен, что он ему понравится, но отказаться от него мы ему не позволим.
Мне бы его уверенность… Впрочем, если сомневаться в удаче, то рано или поздно она отвернется от тебя. А я этого хотел меньше всего.
– И как мы это сделаем? – стараясь не показать, насколько мне импонировала его наглость, уточнил я.
Но вместо ожидаемого ответа услышал совершенно иное.
– Может, поговорим об этом утром? – невинным голосом спросила у меня дамочка и, не дав мне возможности высказаться по поводу ее предложения, натянув повыше одеяло, опустила ресницы.
Весьма недвусмысленно давая понять, что общаться со мной и дальше она не намерена. Мне же ничего не оставалось, как последовать ее примеру. Пусть я и жаждал узнать о подробностях того, что придумал оборотень для графа, это вполне могло подождать и до утра. Тем более что до него осталось совсем немного. Как раз только сделать вид, что ты спал.
Мне показалось, я только-только успел провалиться в объятия сна, как над ухом раздался ехидный голос:
– Милый, пора вставать.
Пришлось открыть глаза.
Очаровательное создание, склонившись ко мне, буквально поедало меня взглядом. Только что пухлыми губками не причмокивало от удовольствия.
– Тебе нечем заняться? – угрюмо прохрипел я, нисколько не сомневаясь в том, что добровольно от меня не отстанут.
– Мне скучно, мой лежебока. – Ее улыбка была одновременно и обольстительной и… невинной.
Уж не знаю, как такое могло быть, но… было.
– Скоро станет весело, – рыкнул я, понимая, что пару дней, оставшихся до бала, я выдержу с этой мегерой только в одном случае.
И я точно знал, где именно находится тот самый уютный домик с барышнями, способными вернуть мне самообладание, но мог предположить, что мое появление там недолго останется тайной для Дамира. А это создавало большие сложности, которые нам были совершенно ни к чему.
Откинув покрывало, я сел на кушетке. Ощущая себя так, словно по мне всю ночь гоняли табун диких лошадей. Взглядом поискал сапоги. Не найдя, сделал попытку сообразить, куда именно их забросил. Память с трудом выдала ответ: к двери.
– Сегодня ты будешь спать на моей кушетке, – мрачно промолвил я, стараясь не замечать довольной физиономии Рауля. – Если я сдержусь и не отдам тебя в объятия д’Арве раньше.
– Только не это! – трагически закатывая глаза и складывая руки на груди, вскричала дамочка. Но не справилась с ролью и язвительно фыркнула: – А не боишься, что после этого придется срочно разыскивать место, куда труп прятать?
Я вполне мог бы продолжить общение в том же духе, но мысль о том, что мне еще предстоит встреча с господином, лишала его всех прелестей. Так что с помятой физиономией, на которой явно виднелись следы бурно проведенной ночи, я вышел из комнаты. Куда угодно и как угодно, но только подальше от этой четвероногой сволочи, прикидывающейся порядочной дамой.
Окончательно испортил мне настроение слуга, пришедший уточнить: подавать завтрак в комнаты или мы с моей гостьей спустимся вниз. Точнее, сам он выглядел, как и полагается вышколенному слуге. И в голосе его было ровно столько подобострастия, сколько полагалось при разговоре с хозяином. Но вот его сочувствующий взгляд… Так на меня не смотрели даже тогда, когда я валялся, лишь изредка выныривая из беспамятства, получив отравленный кинжал в спину.
После того как я едва себя удержал, чтобы не кинуться на не повинного в моих бедах человека, принял решение свести наше с Раулем общение к минимуму и остался у себя. Возвращать душевное равновесие. Не скажу, что сумел достичь большого успеха, но к тому времени, когда эта девица заявилась ко мне для серьезного разговора, вполне мог удерживать свой взгляд в любом другом месте, кроме аппетитно выглядывающей из глубокого декольте груди.
Несмотря на мои опасения, что оборотень продолжит устраивать балаган, он был серьезен. Так что план, в котором мы одновременно пытались и добраться до архива герцога, и полностью отвести от меня подозрения, разработали быстро. Оставив место всяким случайностям и согласившись с тем, что определенная доля импровизации не повредит.
На этом мы довольно спокойно расстались, договорившись, что на время нашего с графом общения Раила покинет мой дом. На всякий непредвиденный случай. Правда, мирным окончание разговора оказалось лишь по той причине, что я полностью проигнорировал и тон, которым эта бестия со мной прощалась, проводив до самых ворот, и те слова, которые она при этом произнесла. Ну не буду же я в присутствии сопровождающего меня воина обещать, что не поеду в то заведение, о котором думал все утро.
Пока добирался до городского дома д’Арве, сумел успокоиться окончательно. Впрочем, самому себе вполне можно было признаться, что ничего, кроме удовольствия, присутствие Рауля мне не доставляло. Прошел всего день, как мы с ним встретились, а я уже вспомнил то ощущение радости жизни, которое испытывал до смерти отца. Был в оборотне огонь, которому удалось растопить ледяную корку вокруг моего сердца. Хотя и таилась в этом определенная опасность: Дамир был тем противником, рядом с которым нельзя было позволить себе и малейшую расслабленность.
Так что, поднимаясь по лестнице в гостиную, где слуга предложил мне дождаться его господина, я был собран и, по обыкновению, холоден. Пусть и ощущал определенный кураж: я догадывался, о чем собирался говорить со мной граф, но был намерен изменить ход предстоящей беседы.
Когда он вошел в комнату, я стоял у окна и любовался на зацветающий под окном кустарник. Тонкие длинные листочки уже полностью скрывали собой серо-коричневые ветви, создавая иллюзию ажурного зеленого шара, в котором очень гармонично смотрелись крупные бело-розовые бутоны.
– Как спалось? – двусмысленно уточнил он, отвечая на мое приветствие.
– Тебе – до или после? – без тени улыбки ответил я вопросом на вопрос, жестким взглядом давая понять, что все совершенно не так увлекательно, как он мог подумать.
– Судя по тому, что ты недоволен, произошло нечто, полностью затмившее собой удовольствие от общения с дамой, – не столько спросил, сколько перевел в словесную форму свою убежденность граф.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
