Я с ужасом смотрела на рыжеволосого мужчину. Сейчас это действительно был мужчина, опытный, умный и мудрый. И я отлично понимала, что он не позволит мне сделать все по-своему.
— Меня зовут Шайниларрин, — на одном дыхании произнес он, не дав мне возможности запротестовать, — «Страж огня».
— Ты не можешь просто так пожертвовать собой! — с горечью крикнула я.
— Я же феникс, Лея! Феникс! И в отличие от Рины, я не погибал еще ни разу!
— Ты хочешь сказать, что сможешь возродиться снова? — с надеждой спросила я. Ларрин кивнул. Какое красивое у него все-таки имя… Девушка за спиной рыжего всхлипнула.
— Ты чего? — обернулся он к ней.
— Никогда не думала, что кто-то способен на подобное ради меня, — почти шепотом произнесла она. — Обещаю, что после возрождения буду заботиться о тебе так же, как ты заботился обо мне.
Феня, тьфу, нужно прекращать его так называть! Ларрин бросил хитрый взгляд на меня.
— После возрождения, будь добра, корми меня мясом, — сказал он Рине, продолжая смотреть на меня. Я покраснела.
— А можно было, да? — ковырнула носком сапога землю, как провинившийся ребенок.
Элементаль засмеялся:
— Даже нужно. Мы же не обычные птички, хлебушком питаться!
Рина крепко обняла его за шею и дала все необходимые обещания.
— Ну все, давайте перейдем к делу, — вмиг стал серьезным рыжий. — Ты, — он посмотрел в мои глаза, — называешь меня по имени и приказываешь раствориться в Ниле, а ты, — взгляд упал на Балуа, — просто стоишь и не дергаешься, даже если будет очень больно, понял?
Нил уверенно кивнул. Сомневаюсь, что кьерн боится какой-то там боли.
Через несколько минут я дрожащим голосом приказала элементалю сделать то, что требовалось, и он, на миг став чем-то эфемерным, мало похожим на человека, вошел в тело Нила. Это была даже не тень, а просто прозрачная субстанция, изредка полыхающая алым.
С минуту ничего не происходило, а потом Нил начал кричать. Громко, отчаянно, как будто его плоть выжигали изнутри. Но это продлилось всего несколько секунд. Потом Балуа открыл зажмуренные глаза. Я заметила, что несколько кровеносных сосудов все же лопнули. Значит, было действительно больно.
— В порядке, — предупредил мой вопрос Нил.
— Теперь все просто идеально, — сказала бабуля, смотря поверх кьерна.
Рина и Ритар не разговаривали. Элементаль чувствовала, что ее предали, и я это понимала, как понимал и Далан. Ничего, может, когда-нибудь она найдет в себе силы его простить.
— Полагаю, сейчас нам нужно поискать в окрестностях феникса, — сказал Нил.
— Я уже нашла, — улыбнулась Рина и, нагнувшись, подняла из густой травы маленького птенчика. Он был даже меньше, чем тогда у ручья, когда его нашла я!
— Нужно подпитать его. — Глядя на малютку, почти непреодолимо захотелось поделиться с ним магическим запасом.
— Нельзя, — возразила Петра. — Сейчас вам важна каждая капля силы, не позволю разбрасываться.
— Она права, — подтвердил Далан. — Никто не знает, сколько магии потребуется для слияния. — А вот я могу попробовать создать для нас подъем.
Ритар закрыл глаза и, видимо, попытался совладать с нитями силы. Мое волнение было столь явным, что даже Нил, только что переживший муки слияния с элементалем, пытался меня поддержать. А мне казалось, что опасность исходит не от слияния, есть что-то еще…
— Лея, не волнуйся, у нас все получится. — Нил опустил ладони на мои плечи и посмотрел прямо в глаза. Я не могла ему не поверить.
— Рина, пока мы будем разбираться с подъемом, ты не могла бы слетать на небольшую разведку? — спросила я. Элементаль понимающе кивнула и, вручив птенца леди Петре, перевоплотилась в феникса.
Пока Рины не было, Далан придумал для нас весьма удобный подъем. Он вырастил над обрывом подобие гибких лиан и заставил их сплестись, падая к нашим ногам. Вышла своеобразная лестница.
— Готово, — улыбнулся он.
Первым взбирался Нил, за ним я, потом бабуля и только после Далан. Для Рины взлететь к нам особого труда не составит, поэтому за нее я не переживала.
Итак, пещеры… А их здесь было о-о-очень много… Разные: большие, маленькие, в которые даже человеку не войти, с удобными входами и с темными провалами вместо них…
— Чувствуешь что-нибудь? — спросил Нил.
— Нет, — развела руками я, — наверное, я немного пройдусь одна.
Пошла вдоль обрыва, заглядывая в пещеры. Ветер, казалось, продувал насквозь. Я зябко поежилась, плотнее укутываясь в плащ. Нет, я не знала, какая именно пещера нам нужна. Надеялась увидеть свечение, но, увы, оно отсутствовало. Я устало брела в обратном направлении, чтобы сказать друзьям о том, что ничего не нашла, когда услышала крик Нила, он звал меня. Я моментально сорвалась на бег. На плече Ритара сидел феникс. Сразу поняла, что ничего хорошего ждать не стоит, слишком говорящими были выражения лиц моих попутчиков.
— Рина говорит, что за нами идут! — крикнул он. — Их много, очень много!
— Кто? — хрипло спросила я.
— Она утверждает, что армия. — Далан сделал короткую паузу и все же добавил: — Мертвая!
— Демон, — прошептала я и схватила Нила за руку, увлекая за собой. — Сюда, нам нужно сюда!
Балуа послушно последовал за мной, крепко сжимая мою дрожащую руку. Идти пришлось неожиданно долго, когда прогуливалась одна, даже не дошла до этого места. Сама не заметила, как остановилась у одной из пещер и без колебаний вошла внутрь. Вот оно! Как только нога коснулась пола внутри пещеры, я увидела исчерченный трещинами пол, а из щелей полился голубоватый, совсем бледный свет.
Балуа как завороженный смотрел на игру света.
— Это оно? — Он поднял взгляд на меня.
— Я уверена.
Нас нагнали Петра и Ритар, но в пещеру они войти не смогли, наткнувшись на невидимую стену.
— Что это значит!? — бесновалась бабуля, колотя руками по воздуху.
— Вероятно, вы не можете войти, — предположила я.
— Я должна прочесть заклятие! — воскликнула леди.
— Прочтете оттуда, — предложил Нил.
— У нас мало времени! — крикнул Далан. — Я уже вижу их!
Все произошло за какие-то доли секунды. Я схватила Нила за руки и зажмурилась, взывая к сосуду. Странное, почти нестерпимое желание, чтобы все получилось, и вот уже нити, как сумасшедшие, вырываются наружу, опутывая нас, образуя замысловатые сплетения, сверкая и унося от реальности. Голос Петры звучал как в тумане подобно эху. Казалось, что она кричит, но разобрать слова было невозможно. Нил, такой близкий и такой родной. Его руки на моей талии, губы, захватывающие мои, жаркое дыхание…
— Я люблю тебя, больше всего на свете люблю, — словно во сне слышится шепот кьерна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
