во всю стену напротив нее тут ничего не стояло. Марк глянул на зеркало, где отражалось ложе, и усмехнулся. В его понимании это было извращением.
Внезапно Марк почувствовал, как что-то невидимое обхватило его, прижав руки к телу. Он попробовал освободиться из захвата, но ничего не вышло.
— Дементьев — идиот! Присылать ко мне домой своих шестерок додумался! Смешно. Я ведь могу внушить тебе прикончить хозяина, и ты об этом даже не вспомнишь, — раздался за спиной уверенный в себе, нахальный голос. — Но сначала, ты будешь страдать, а я пить твои эмоции.
— А потом отъедешь в Солянку за нападение на сотрудника Седьмого отдела, — недобро усмехнулся Марк и выпустил сущность, пока до Толика не дошел смысл сказанных Голицыным слов.
Видеть противника Марку не требовалось. Он послал ленты силы за спину и крепко спеленал ими Воскресенского. Затем немного усилил давление, и оппонент не выдержал. Марк почувствовал, что снова может двигаться, и повернулся к хозяину квартиры. Он вернул человеческое зрение, но при этом продолжил крепко держать мужчину силой сущности, чем немало удивил того.
Толик оказался невысоким, но крепким молодым человеком с копной кучерявых волос, торчащих в разные стороны. Он уже вернул глазам человеческий облик и со страхом, смешанным с удивлением, смотрел на Голицына. Узнал. Явно был слабее и понимал, что Марк при желании может сломать ему ребра.
— Я облажался, — улыбнулся Марк. — Не думал, что ты акудзин, хотя фамилия показалась знакомой. А я не у твоих ли родственников купил дом?
— У моих, — кивнул Толик. — Может отпустите?
— Отпущу, если ответишь на мои вопросы, — согласился Марк.
— Какие вопросы?
— Мне нужен Павел Горелов. Знаешь, как его найти?
— Нет, — слишком быстро ответил Толик.
— А если подумать? Солянка, знаешь ли, не курорт.
Угроза сработала. Парень задумался.
— Я правда не знаю где он, — ответил Воскресенский. — Просто уехал и сказал, что, если его кто-то будет искать, надо идти в отказ.
— Не говорил, куда собирается?
— Сказал куда подальше, — Толик отвел взгляд, и от Марка не ускользнуло его волнение, даже несмотря на то, что эмоции сородичей он чувствовать не мог.
— Но ты, тем не менее, знаешь, как его найти, — констатировал Марк.
— Зачем он вам?
— Затем, что он может помочь нам поймать убийцу.
— Значит слухи не врут? Среди акудзин появился еще один маньяк? — словно воодушевился Толик.
— Не врут. И Павел возможно знает имя этого акудзина, — подтвердил Марк. — Не люблю угрожать — для этого у меня есть специально обученные акудзины, но, если ты мне сейчас не поможешь, пытки тебе обеспечены. Толик, Паша ведь был с человеком? Точнее с человеческой, не так ли?
Воскресенский отвернулся, будто обиделся, и кивнул.
— С Лерой. Они жениться собирались, — буркнул он, понимая, что выбора нет, и придется говорить.
— Значит, мы сейчас прыгнем к Лере, и ты свободен, — весело заявил Марк.
— Ага! Сейчас! Только шнурки поглажу со стрелками! Пашка сказал, что они уедут далеко, чтобы даже десятки не достали. А я хоть семерка, но прыгать не рискну. Вдруг они так далеко, что не допрыгну? Окажусь по пути в какой-нибудь тайге безлюдной. Как домой вернусь?
— Твоя правда, — задумался Марк. — Хорошо, я сам. Я смогу прыгнуть куда угодно. Фото Леры есть? Она училась с вами?
— Нет, она вообще не училась. Приехала поступать и пролетела. Работала официанткой в кафешке рядом с институтом, — нервно огрызнулся Толик.
Марк вздохнул. Тянуть клещами информацию ему надоело.
— У кого может быть ее фото? Родственники, подруги? Хоть кто-то.
— Ну наверное есть… — нахмурился Толик. — Отпустите, она соседка моя. Вместе тусили. Человечка.
Марк ослабил хватку и, убедившись, что Толик бежать не станет, убрал силу. Воскресенский размял затекшие конечности и взглянул на Марка.
— Я бы никуда не делся.
— Но я же этого не знал, — пожал плечами Марк. — Как ты думаешь, с чем было связано бегство Паши?
— Не знаю. Видимо с отцом. Он строго запретил хоть кому-то говорить про Леру. Сказал, что ей грозит опасность. Может его папаша наметил ее следующей жертвой? — словно догадавшись спустя пять лет о причинах отъезда друга, спросит Толик Марка.
— Это вряд ли, — отмахнулся Марк. — Веди уже к своей соседке.
Толик махнул рукой и направился к входной двери. Пересек коридор и позвонил в дверь напротив. Ответа не последовало, и Толик еще раз вдавил кнопку звонка, но палец не убрал. Противный трезвон, не переставая, раздавался с той стороны, пока дверь резко не открылась. Воскресенский еле успел отскочить.
Перед ними предстала красивая девушка с пучком светлых волос на макушке, маечке и коротких шортах.
— Ты офонарел Воскрик? — наехала она было на соседа, но, увидев Марка, поправила лямочку майки и мило улыбнулась.
Марк решил, что в другой раз задержался бы у человечки, но маньяк нынче важнее. Так что он плечом отодвинул Толика, подошел к девушке, положил руку ей на плечо, а сам потянулся к сущности.
