274
Ibid.
275
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 244. Двести фунтов серебра равняются, в сущности, 13 954, а относительно – 149 300 франкам, по исчислению Герарда.
276
Ibid.
277
Ibid.
278
Ibid.
279
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 244.
280
Ibid.
281
Ibid.
282
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 244.
283
Ibid., с. 245.
284
Ibid.
285
Ibid.
286
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 245.
287
Ibid.
288
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 245.
289
Ibid.
290
Ibid.
291
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 245.
292
Ibid.
293
Ibid.
294
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 245. Adriani Valesii Rer. Franc., кн. X, с. 86.
295
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 245.
296
Greg. Turon., Hist. Franc., с. 246.
297
Ibid.
298
Ibid. См. Дюлор, Истор. Парижа, т. I. См. Историю завоевания Англии, кн. I и II.
299
В изданных по настоящее время семи рассказах автор не поместил повествования о смерти Хильперика. Но как обстоятельства кончины этого короля, одного из главнейших действователей в эпоху Меровингов, могут быть любопытны для русских читателей, то я считаю небесполезным описать здесь это трагическое событие, извлеченное мной из Истории Франции, соч. А. Гюго.
Отправив в Испанию дочь свою Ригонту, выданную за Рекареда, сына готского короля, Хильперик удалился в Шелль, поместье в окрестностях города Мо, в пяти лье на восток от Парижа. Возвратившись однажды с охоты, он слезал с коня и оперся рукой на плечо слуги; в это мгновение к королю подошел какой-то человек, ударил его ножом под мышцу и, повторив удар, проткнул ему живот. Извергнув много крови ртом и раной, Хильперик тут же испустил дыхание. Убийца убежал и скрылся в лесу. Неизвестно, кто был виновник преступления. Григорий Турский, единственный из современных летописцев, которого творения дошли до нас, не указывает ни на кого, ограничиваясь приведенным выше рассказом. Историки, писавшие лет сто после этого происшествия, наводят подозрения то на Фредегонду, то на Брунгильду, то на некоторых нейстрийских и австразийских владельцев, подвигнутых личным мщением. Любопытно предание, сохраненное этими писателями и обвинявшее Фредегонду в убийстве своего мужа: «Однажды король Хильперик, собравшись в лес на охоту, приказал оседлать лошадей и вышел из дворца. Королева, думая, что он сел уже верхом и не вернется, пошла в платяную комнату мыть себе голову; но король, еще не садясь на коня, воротился и так тихо вошел в комнату, где была королева, что она его не слыхала. Как она стояла к нему спиной, наклонясь головой над скамейкой, то он, шутя, ударил хлыстом ниже поясницы. Она не обернулась, не посмотрела, кто это был, но, подумав на другого, сказала: “Ландри! Ландри! Мне больно; как смел ты это сделать?” Этот Ландри, палатный граф, первая особа в дворце короля, позорил его в лице жены и был с ней в блудной связи. Когда король услышал эти слова, то впал в ревнивые подозрения и стал как бешеный; он вышел из комнаты и ходил взад и вперед в сердечной тревоге и муке. Несмотря на то, он поехал в лес рассеяться и облегчить тоску своего сердца. Фредегонда вскоре догадалась, что то был король и что слова ее пришлись ему не по сердцу. Тогда она вздумала, что опасно ждать его возвращения; но потом отбросила всякий страх и вооружилась женской смелостью. Она позвала к себе Ландри и сказала ему: “Ландри, голова твоя теперь в опасности; помышляй лучше о могиле, нежели о постели, если не придумаешь средства поправить дела”. Тут она рассказала ему, как у нее вырвалось слово. Сильно удивлен был Ландри, когда это услышал; он начал припоминать и перебирать про себя свои преступления, к великому сокрушению сердца. Жало совести страшно его кололо; он не знал, куда бы мог скрыться и как выручиться; ему казалось, что он пойман, как рыба в невод. Он стал жалобно стенать и вздыхать, и говорил: “Горе мне, бедному! Для чего пришел ныне этот день повергший меня в такую тяжкую участь? Увы, несчастный! Совесть терзает меня; не знаю, ни что предпринять, ни куда обратиться”. Тогда Фредегонда ему сказала: “Ландри, слушай, что я хочу, чтоб ты сделал и что будет нам пригодно. Когда он вернется поздно с охоты (ведь часто бывает, что он приезжает ночью), то постарайся расставить убийц и склони их подарками, чтобы в то время, когда он слезет с коня, они убили его ножами. Когда это будет сделано, тогда мы спасемся от смерти и станем сами царствовать с сыном нашим Хлотарем”. Ландри очень похвалил этот совет и распорядился как должно. Король поздно возвратился из леса; те, кто был с ним, не стали его ждать и разъехались в разные стороны, как обыкновенно делают охотники. Убийцы, бывшие около него наготове, поразили его ножами и таким образом умертвили. Тогда те же самые, которые убили его, стали кричать: “Беда! Беда! Умер король Хильперик! Племянник его, Гильдеберт, умертвил его своими людьми, и они разбежались”. Когда услышаны были эти крики, то все собрались к тому месту, где король лежал мертвый. Некоторые вскочили на коней и пустились преследовать тех, кого не было видно и нелегко было найти; погонявшись напрасно, они возвратились».
Все покинули Хильперика после его смерти, и он остался бы вовсе без погребения, если б санлисский епископ, Малульф, которого король три дня продержал у ворот дворца, не допуская до себя, не был проникнут чувством христианской любви и не отдал ему последнего долга. Обмыв тело, Малульф покрыл его королевским одеянием и
