Потрясённая, Беатрис шагнула вперёд, пытаясь вобрать всё это в себя.
Кристофер, войдя в комнату, встал позади своей молодой жены. Беатрис повернулась, и он принялся изучать её лицо, его взгляд был полон мягкого лукавства.
— Если тебе нравится, то мы можем провести нашу первую брачную ночь здесь, — сказал он. — Но если этот дом не подходит, мы отправимся в Фелан-Хаус.
— Всё это ты сделал для меня? — Беатрис едва могла говорить.
Кристофер кивнул.
— Я спросил у лорда Уэстклиффа, можем ли мы остаться здесь на ночь. И он не возражал против незначительного украшения комнаты. Ты…
Он замолчал, когда Беатрис подбежала к нему и крепко обняла за шею.
Кристофер прижал её к себе, его руки медленно гладили девичью спину и бёдра, а губы, покрыв поцелуями нежную кожу щёк, подбородок, встретились наконец с её мягкими податливыми губами. Сквозь окутавшее её невесомыми покровами наслаждение Беатрис слепо ответила ему, а, почувствовав, как его длинные пальцы обхватили её подбородок, судорожно вздохнула. Их губы слились, язык Кристофера нежно искал её язычок. На вкус её супруг был таким мягким, нежным, мужским. Пьянящим. И ей нужно было больше. Она попыталась ещё теснее прижаться к нему, поцеловать его ещё крепче. Тихонько рассмеявшись, Кристофер воспротивился.
— Подожди. Постой… любовь моя, есть ещё один сюрприз, и я не хочу, чтобы ты его пропустила.
— Где? — выдохнула Беатрис в истоме, её рука скользнула к застёжке его брюк.
Издав сдавленный смешок, Кристофер взял жену за плечи и отстранился. Глядя на неё сверху вниз своими сверкающими серыми глазами, он прошептал:
— Слушай.
И когда её собственное сердце перестало стучать так оглушительно, до Беатрис донеслась музыка. Но то были не звуки инструментов, а человеческие голоса, гармонично слившиеся вместе. Ошеломлённая, она подошла к окну и выглянула на улицу. Её лицо озарилось улыбкой.
Несколько однополчан Кристофера, по-прежнему в мундирах, стояли под окном в ряд и пели медленную, запоминающуюся балладу.
Пускай в Гренландию навекМеня сошлют с моей красоткой —Покажется мне тёплым снег,А ночь полярная короткой.
Тебя б ласкал я в час ночнойДа и по целым дням,Когда бы ты пошла со мнойПо весям и по городам.[32]
— Наша песня, — прошептала Беатрис, когда, поднимаясь выше, ближе к ним, в воздухе поплыли сладкие напевы.
— Да.
Опустившись на пол, она положила сцепленные руки на подоконник… на то самое место, где столько раз зажигала свечи для солдата, сражающегося в далёкой земле.
Встав на колени рядом с женой, Кристофер обнял её. Когда песня закончилась, Беатрис послала воздушный поцелуй офицерам.
— Благодарю вас, джентльмены, — сказала она. — Воспоминание о вашем пении станет одним из самых драгоценных для меня.
Один из мужчин выступил вперёд:
— Возможно, вы не знаете, миссис Фелан, но одна из свадебных традиций стрелковой бригады состоит в том, что в день свадьбы каждый участник почётного караула жениха получает поцелуй от невесты.
— Какая чушь, — любезным тоном возразил Кристофер. — Я знаю одну единственную свадебную традицию стрелковой бригады — прежде всего вообще избегать женитьбы.
— Ну, ты не очень-то ей следовал, дружище, — рассмеялись товарищи Кристофера.
— Не могу сказать, что виню его, — добавил один из них. — Вы — видение, миссис Фелан.
— Прекрасны, как лунный свет, — вторил другой.
— Спасибо, — вмешался Кристофер. — А теперь прекратите заигрывать с моей женой и убирайтесь.
— Мы начали дело, — сказал один из офицеров, — а тебе предстоит его закончить, Фелан, — и, мешая пожелания всего наилучшего и радостный свист, стрелковая бригада удалилась.
— Они забрали с собой лошадь, — заметил Кристофер, в его голосе послышалась улыбка. — Теперь ты окончательно застряла здесь со мной, — повернувшись к Беатрис, он приподнял её лицо, заставляя посмотреть на себя. — Что такое? — его голос смягчился. — В чём дело?
— Ни в чём, — ответила Беатрис, глядя на него сквозь дрожащую пелену слёз. — Правда, всё в порядке. Просто… я провела здесь так много времени, мечтая, что когда-нибудь буду с тобой. Но я никогда не осмеливалась поверить, что это на самом деле может случиться.
— Должно быть, ты всё-таки поверила, хотя бы чуть-чуть, — прошептал Кристофер. — Иначе этого не случилось бы, — притянув Беатрис к себе, так, что она оказалась между его расставленных ног, он успокаивающе обнял её. Так, слившись в объятиях, они долго стояли. Наконец, он тихонько шепнул, не отнимая губ от её волос: — Беатрис, одна из причин того, что я не занимался с тобой любовью после того полудня заключается в том, что я не хотел вновь злоупотребить твоим доверием.
— Но ты и не делал этого, — запротестовала девушка. — Я сама отдалась тебе.
— Да, я знаю, — Кристофер поцеловал её в макушку. — Ты была так щедра, прекрасна и полна страсти, что теперь я и не посмотрю на других женщин. Но я не хотел, чтобы твой первый раз был таким. Сегодня я собираюсь загладить свою вину.
Услышав чувственное обещание в его голосе, Беатрис задрожала.
— В этом нет необходимости, но если ты настаиваешь…
— Я и правда настаиваю, — погладив её по спине, он ещё какое-то время не размыкал объятий, чтобы дать ей почувствовать себя в безопасности, а затем начал покрывать горячими неторопливыми поцелуями её шею, и Беатрис уже не чувствовала себя в такой уж безопасности. Её дыхание сбилось, когда он остановился на особенно чувствительном местечке.
Ощутив, как она конвульсивно сглотнула, Кристофер поднял голову и улыбнулся.
— Стоит ли нам сначала поужинать? — с лёгкостью вскочив на ноги, он потянул Беатрис за собой.
— После нашего грандиозного свадебного завтрака, — ответила она, — я вряд ли когда-нибудь снова проголодаюсь. Однако… — её лицо осветила сияющая улыбка, — я бы не отказалась от бокала шампанского.
Обхватив любимое лицо ладонями, Кристофер быстро поцеловал её.
— Своей улыбкой ты заслужила целую бутылку.
Беатрис прижалась щекой к его ладони.
— Ты не расстегнешь сначала платье? — она повернулась спиной, и Кристофер принялся трудиться над рядом спрятанных крючочков, соединявших платье на её спине.
Ему пришло в голову, что расстёгивать платье жены — это именно то, что должен делать муж: действие было одновременно и успокаивающим, и доставляющим радость. Обнажив её шею, он поцеловал нежную кожу, а затем задержался чуть дольше на верхней части спины, лаская её губами.
