Читаем без скачивания Девятка мечей. Игра на опережение - Ольга Романовская

Книга у ночника оказалась обычной, а не пособием по умерщвлению людей – обычный романчик. Теперь понятно, откуда у Тайрона такие познания в литературе!

Личных бумаг нет, средств связи тоже. Шайтан, почему он изопроектор в спальне не держит? Мой диктино, увы, Тайрон отобрал, а саму меня, судя по всему, обыскал.

Решив привлечь внимание слуг, хоть местных, хоть соседских, забарабанила кулаками по стеклу и заорала: «Спасите!», благо голос ко мне вернулся. Кричала долго, до хрипоты, пока не поняла: никто не услышит. То ли в доме никого, то ли Тайрон позаботился, принял меры. Простая звукоизоляция – и хоть людей режь.

В ярости едва не расквасила ладонь о стекло и вернулась на кровать. Сжимая виски, думала, как могла оказаться в такой ситуации. Полюбить некроманта! И мне действительно противно и жутко оттого, что меня ласкали те самые руки, которые отрезали головы. Гадко, больно, стыдно, хочется проснуться и забыть все как страшный сон. Но одновременно я до сих пор любила Тайрона. Невольно вспомнилась хассаби Береника – гадалка, предсказавшая мне несчастья от любви: все сбылось, даже с процентами. Вот он, тот самый Дьявол, тот самый король, пожелавший власти. Он легко растопчет меня, сломает кости и выбросит на помойку.

Уткнулась в ладони и издала громкий хрип.

Как, как я могла ошибиться, как допустила, чтобы все зашло так далеко? Ума не приложу, как буду докладывать обо всем на работе, легче под поезд броситься. Мне ведь служебное расследование светит, а не просто увольнение. Помню должностную инструкцию, знаю, каковы санкции за столь тесное общение с некромантом. Ладно, если только грязное белье обнародуют, а вдруг штраф, как у Гарета, и тюремное заключение? На государственную службу дорога закрыта, тут даже не рыпаюсь, но тюрьма…

Снова перед глазами стало видение: перекошенное агонией лицо Тайрона. Затем еще одно – голова Селии. Оно отрезвило, заставило перестать думать о некроманте как любимом человеке. Думать, но не чувствовать.

Может, это сон? Сейчас ущипну себя, и все пройдет. Не прошло – на память на руке остался синяк.

Щелкнул замок, дверь отворилась, и появился Тайрон. Он так и не переоделся, даже пиджак не снял, будто мы собирались не решать мою судьбу, а ужинать в дорогом ресторане. Окинув меня пристальным взором, Тайрон закрыл за собой дверь и положил на постель букет цветов: «Он предназначался тебе». Даже не взглянула, демонстративно отвернулась и, стараясь не выдавать охватившей меня паники: слишком хорошо знаю, на что способен этот человек, равнодушно поинтересовалась:

– Положите на могилу или эффектно разбросаете над расчлененным трупом?

– Я не буду тебя убивать, если ты не вынудишь, – покачал головой Тайрон и сел рядом.

Я тут же вскочила и попыталась сбежать – ага, сейчас! Мерзавец активировал чары.

– Не надо, Лена, – устало протянул Тайрон. Он все так же сидел на кровати, а я металась по комнате. – Ты уже набегалась. Может, какие-то вопросы или сначала поужинаем? Нам сервируют в зимнем саду. Все свежее, не хуже лучших нэвильских заведений. И твой любимый «Эсканьол».

Рассмеялась абсурдности ситуации: он решил, будто я стану есть! И тут же замолчала, сообразив, что не все еще потеряно. Раз меня выпустят из спальни, а в доме есть слуги, есть шанс на спасение. Хотя бы упрошу знаками сообщить в полицию: на тарелке вилкой текст выведу, Тайрон и не заметит.

– Сначала это было забавно, – некромант усмехнулся. – Как узнал, кому поручили дело, решил, поиграть. Нравились записки? И говори мне «ты», – напомнил он. – Не чужие.

– Чужие, – упрямо мотнула головой я и в изнеможении присела в кресло, скинув с него халат. – Сволочь вы!

Никак не отреагировав на мою гневную реплику, Тайрон продолжил:

– Дейв, твой коллега, так тебя ненавидел! Даже не представляешь, как крысеныш мечтал о повышении! А тут все Магдалена и Магдалена, обласканная вниманием начальства, да и деньгами не обделена. Он легко согласился помочь. Сначала ничего не понял, решил, будто просто любопытствую. Он и адрес сказал. Жаль, ты задержалась, я рассчитывал забрать бумаги, а так, увы, ничего не нашел.

– Вы преуспели в запугиваниях, – горько усмехнулась я и сжала голову руками. – Но почему не убили?

– Пожалел. Поглядел на тебя и передумал. Ты же поняла, что встреча на набережной неслучайна?

Кивнула. Сейчас-то мозаика сложилась.

– Я знал каждый твой шаг и наслаждался игрой. Знаешь, как приятно, когда жертва мечется и не знает, где и когда нанесут удар? Я подкидывал улики, ты бросалась их описывать, так радовалась, когда находила якобы зацепку. Нет, Лена, – покачал головой Тайрон, – никаких улик, только мои подарки. Один раз, правда, тебе повезло, я не успел все тщательно подчистить, но ты не догадалась. А, – некромант задумался и как-то странно улыбнулся, – что именно больше запомнилось?

– Из чего? – не поняла я.

Стало не по себе. Уж не сумасшедший ли передо мной?

– Из всей игры. Прости, – неожиданно извинился Тайрон, – не хотел доводить до нервного срыва.

– Лучше было бы убить, да?

– Лучше, – подтвердил некромант. – Благороднее. Разжевывать все не стану, чего не знаешь, додумаешь. Об Алерно интересно? Именно он занимался той девочкой, твоей кузиной. Мальчишка, вздумал заняться некромантией со скуки!

Тайрон презрительно скривился и, не договорив, напомнил об ужине. Я возразила, потребовав рассказать все до конца. Пока оставалась неясной причина, по которой меня держали как королеву, а не распяли на жертвеннике. Да, не девственница, но энергию можно забрать.

– Все просто: я учил Мориса Алерно, взамен же получил ту замечательную комнатку для опытов. Сначала не говорил, что делаю, врал, будто в колбах не кровь, а краситель, но потом представился случай… Мальчишка баловался магией, не страдал от избытка морали, мечтал о славе – вот и получил.

Тайрон рассмеялся и, встав, подошел ко мне. Невольно сжалась, когда его руки легли на спинку в непосредственной близости от моей головы.

– Не бойся! – вкрадчиво прошептал Тайрон и, наклонившись, легко поцеловал в губы. Дернулась, но он поймал мои губы снова и, отстранившись, тепло улыбнулся. – Ты никому ничего не скажешь и осторожненько выстроишь цепочку к другому человеку, я помогу. Взамен обещаю поделиться тем, ради чего все затеял, и вытащить из мирка, в котором ты завязла. Я тот же, Лена, все будет как прежде.

Я не верила ни одному слову, но кивнула, позволила взять себя под руку и увести в зимний сад. В голове по-прежнему осталось больше вопросов, чем ответов, и самый главный: почему я все еще жива? Туманные объяснения Тайрона ровным счетом ничего не давали. Да, сначала он играл в кошки-мышки, а затем? Видимо, решил соблазнить дурочку, чтобы та прикрыла его перед законом. И соблазнил же… Поэтому ты и жива, Лена, и ни капельки он не сожалеет о своих поступках.

Да, мужчину бы убил, женщину же использовал: мы доверчивые, глупые, полезнее живыми.

– Но почему Алерно согласился помогать, когда его арестовали?

Задала вопрос, не надеясь услышать ответ, но получила:

– Хотел отомстить ишт Лотеску. Понял ведь, кто и за что его упек. Ты ведь всего лишь марионетка.

– Для него или для вас? – кисло осведомилась я и, поколебавшись, села за любезно отодвинутый стул.

– Исполнитель, – пояснил Тайрон, устроившись напротив. – Тебя натравили на Алерно. Дела чести долго помнятся, особенно людьми с болезненным самолюбием. У первого заместителя главы Карательной инспекции его хватает, он себя благородным мнит, помню мину, с которой извинялся. Выскочки, они все такие.

– Зато вы настоящий аристократ! – не выдержав, зло усмехнулась я, сняла сервировочное кольцо и разложила салфетку на коленях. – Я тоже видела. О болезненности и вовсе молчу.

Стол ломился от разных яств, в ведерке со льдом охлаждалось божественное игристое, только ни есть, ни пить не хотелось. Нет, вру, выпью с удовольствием.

Тайрон насупился, хотел ответить, но промолчал, не стал при слуге. Он ловко открыл «Эсканьол», разлил пенистый напиток по бокалам и разложил по тарелкам первую перемену.

– Свободен! – грубо приказал Тайрон. – Понадобишься, позвоню.

Ага, вот и колокольчик. Значит, ужинать предстоит наедине с некромантом. Надеюсь, на десерт не подадут мою голову.

Тайрон задумчиво глядел на меня, а потом сухо сообщил: мой диктино останется у него, во избежание недоразумений. Ни следящих чар, ни «жучков» на мне нет, связаться с кем-либо без разрешения не смогу.

– Я все отключил: вдруг доберешься до изопроектора? – улыбнулся Тайрон. – Остается мой диктино. У прислуги же выходной, в доме остался только наш официант, остальных я полчаса назад отпустил.

Понурилась и лениво подцепила вилкой лист салата. Посмотрела и положила обратно. Не хочу есть. Да и зачем есть, когда не доживешь до рассвета? Зачем еще спроваживать слуг? Придушит, застрелит или зарежет, а потом утопит. Да, это лучше, чем умереть на алтаре, только суть от способа убийства не меняется.